Похитители умов
Шрифт:
– Чем я ранила тебя?
– спросила она искренне, - скажи мне.
– Ты не ранила меня. Это все порождение ночи и того беспокойства и ужаса, которые я пережил, когда ты наказывала Кенда.
– Ну вот, теперь ты говоришь то же, что говорила тебе я. Что мы привлекаем друг друга только потому, что мы очень разные существа. Ладно, я не буду приставать к тебе с расспросами сейчас. Но ты постарайся переключить свои эмоции так, чтобы я поверила тебе. Что касается Кенда, то ты напрасно беспокоишься. Если он не научится твердо придерживаться Закона и будет нарушать его, когда станет взрослым, то он проведет недели,
Она мило переключилась на другую тему и он должен был последовать за ней, с одной стороны желая такого исхода и, вместе с тем, не желая его. Он знал, что раз он впустил это чувство к себе в душу, он будет все время думать о ней подсознательно. Он был уверен, что может заполучить ее в любое время, если только захочет. Протестуя или нет, но она придет к нему. Эти эмоции уже захватили его и у него не было сил освободиться от них. Ему хотелось, чтобы Кенд уже вернулся в комнату. Он удивлялся, чем мальчик так долго занимается на кухне. Единственное, что он мог сказать Эйрил сейчас, было:
– Пожалуйста, на сегодня уроков достаточно. В мою голову вбито столько сведений об образе жизни риганцев, что мне их хватит до конца моей жизни.
– Теперь мы боремся и ты чувствуешь себя лучше.
– Сражаемся из-за чего?
– Это был Джаэль, трущий ладонями глаза, сонный, но все же поднявшийся с постели.
– Что происходит? Я слышал крик Кенда и больше никакого шума. Но что-то носится в комнатах - эмоции гораздо большего накала, чем я люблю в середине ночи.
Морган был изумлен. Неужели повышенные эмоции их разговора действительно разбудили Джаэля? Но как?
– То, о чем мы говорили и что мы при этом чувствовали, - это наше личное дело, - сказала ему Эйрил, - ты не должен настраиваться на наши эмоции.
– Но я ничего не мог поделать. Они были слишком громкими.
– Я пытался объяснить Эйрил, что такое любовь.
– Морган хотел своим объяснением скрыть свое замешательство. Ее отказ - это было действительно очень личное.
– Опять любовь, - насмешливо произнес Джаэль.
– Это слово используется на Земле чаще всех других слов, этим словом очень злоупотребляют. Излишняя трата энергии.
– Спасибо, - коротко кинул в ответ Морган, наконец освободившийся от стесняющих его оков молчания и решившийся наконец ответить Джаэлю.
– Счет - плюс один в пользу риганцев и минус один - Земле.
Джаэль сел, не обратив внимания на настроение Моргана.
– Что это должно означать?
– То, что с меня хватит, я устал терпеть твои постоянные оскорбления, насмешки надо мной и моим образом жизни. Я больше не хочу терпеть этого и не буду. Я должен был остановить тебя в первый же день нашего знакомства. Я считаю, что допустил ошибку, позволив тебе зайти так далеко, но больше этого не будет.
9
Наконец Джаэль проснулся, пораженный тем гневом, который на него обрушился. Зато Морган наслаждался произведенным эффектом. Он начинал задание человеком уверенным в себе, знающим свое дело и хорошо обученным, но каждый день, который он проводил с Джаэлем, выслушивая его замечания, низводил его все ниже и ниже, пока он не стал смущающимся, неуверенным в себе и путающимся во всем человеком. Он не мог этого больше терпеть.
–
Джаэль уставился на Эйрил, они оба были поражены.
– Ты что-нибудь понимаешь?
– спросил он ее.
– И ее с меня достаточно, - перебил их Морган.
– Я хочу, чтобы она оставила нас одних. У нас есть что обсудить и настало время это сделать. Эйрил?
Она медленно, с сомнением поднялась, затем пожала плечами и вышла с усмешкой на губах, над смыслом которой он не стал размышлять.
Прежде чем Морган начал говорить дальше, Джаэль спокойно произнес:
– Не мог бы ты сбросить свой эмоциональный накал. Ты слишком больно меня задеваешь.
– А меня теперь это не беспокоит, - ответил Морган.
– Наступило время, когда мы должны полностью выяснить наши отношения.
– Ну что ж, делай по-своему.
– Не надо насмешничать надо мной, Джаэль. Я больше этого не позволю.
– Но чего ты ожидаешь от меня?
– Я хочу, чтобы ты сначала ответил на один вопрос. На один простой вопрос. Ты все еще мой напарник, или нет?
– Конечно, я твой напарник!
– Джаэль даже покраснел.
– Тогда ответь мне, когда же ты начнешь действовать, делать свою часть работы? Напарники находятся в равном положении. Они уважают друг друга, доверяют друг другу, работают вместе, объединяя свои знания и умение.
– Но мы совершенно разные существа.
– Наверное, слишком разные, - отметил Морган.
– Мы могли бы постараться составить Команду. Но вместо этого, ты наносишь мне удары, делаешь из меня посмешище и одновременно преувеличиваешь свои достоинства, постоянно повторяя, какая ты выдающаяся личность. Но это неправда.
– Если это мучило тебя все время, Морган, ты должен был высказать это сразу, а не ждать и выплескивать свои чувства мне в лицо в порыве гнева.
– Я знаю. Но шеф убедил меня, что ты самый важный член нашей Команды, так как ты риганец и знаешь Ригу, а я должен быть с тобой шелковым. Он ошибался. И я ошибся, подчинившись ему. Тебя даже нельзя назвать членом Команды. Ты мешаешь мне на каждом шагу; ты не хочешь объяснять мне вещи, которые очень важно для меня знать, - я начинаю думать, что твое правительство ведет грязную игру, а ты их главный агент, который должен сбить меня со следа.
– Подожди минутку!
– Джаэль вскочил.
– Я не буду терпеть такое обвинение. Ты не имеешь права, у тебя нет основания бросать мне такое обвинение.
– Посмотри на факты моими глазами и тогда попробуй повторить свои слова вновь, - Морган опять разозлился, в нем взыграло чувство собственного достоинства.
– Твое правительство действительно ведет грязную игру, оно с самого начала моей работы отнеслось с высокомерием ко мне. Ничего не требуется от тебя и невозможного требуют от меня. Они решительно отказались сообщить мне основные сведения об образе жизни на вашей планете, то есть меня заставили войти в чуждый мне мир совершенно неподготовленным. Я оказался в положении рыбы, выброшенной из воды. А затем меня ставят в двойственное положение: при проведении расследования я должен узнавать предмет и методы расследования, принятые здесь, из вторых рук, от тебя.