Похитители тьмы
Шрифт:
Прошло всего секунд пять, но его легкие уже начинали гореть. Майкл знал, что на всю борьбу после схватки наверху у него есть менее тридцати секунд, после чего он непроизвольно заглотнет воду и наполнит легкие смертью.
Сент-Пьер потянулся к ремню и нащупал отвертку. Крепко ухватив ее правой рукой, вытащил из чехла и потянулся к наручнику. Закрыл бесполезные здесь глаза и попытался представить себе то ловкое движение, которое он много раз делал, но не в объятиях воды и давления, не вслепую, не сотрясаемый потоком. Грудь горела,
Наконец он направил тонкое жало к запястью и попытался ввести отвертку в щель рычажка на наручнике, но промахнулся — острие вонзилось в ладонь. Майкл сосредоточился, невзирая на ярость потока и боль в руке. Всего себя — все мысли, всю волю — он сосредоточил на замке. Попробовал еще раз — медленно, словно продевая нитку в иголку, — и на сей раз попал в цель. Нажал на защелку, выкинул ее из паза, освободил запястье.
Теперь, когда тяжелый якорь больше не держал его, Майкла с бешеной скоростью засосало в трубу вместе с нескончаемым буйным потоком воды.
Его молотило о стенки сорокафутовой трубы — голова и тело отлетали от внутренней поверхности — и в конечном счете выкинуло в малую камеру водосборника. Майкл вынырнул на поверхность и, широко распахнув рот, втянул в себя туманистый воздух. Он тяжело дышал, адреналиновые судороги сотрясали его тело, вызывали дрожь в руках, понижали температуру. Но кровь медленно возвращалась к коже.
Сент-Пьер лежал на спине с закрытыми глазами, приходя в себя. Мысли прояснялись, хотя боль во всем теле и отвлекала. Иблис перехитрил его. Майкл презирал себя за самоуверенность, за то, что вступил в соревнование с этим человеком, тогда как тот все время только и ждал, чтобы дружок Кэтрин выполнил за него грязную работу, а потом просто вырвал добычу из его рук.
Он не знал, что сказать КК, но у него было время. Теперь, когда доступ в гарем затоплен, а веревка обрезана, придется искать другой выход. Он надеялся, что ей, по крайней мере, не грозит опасность, рассчитывал, что она закончила дело и теперь находится под защитой Буша.
Наконец Майкл открыл глаза, оглянулся и с удивлением отметил, что его палочки все еще освещают помещение. Хотя Сент-Пьер и хотел побыстрее вырваться отсюда, он был рад увидеть эту камеру; это означало, что он еще жив.
Потом Майкл услышал звук, который эхом отдался от стен и вывел его из полузабытья. Он встал на ноги в воде, которая доходила ему до подбородка, и оказался лицом к лицу с КК.
Оба они были мокрые, уставшие до изнеможения.
— Господи, ты жив? — прошептала девушка едва слышным голосом.
— Жив, — кивнул Майкл.
Они разглядывали друг друга, и в глазах их бушевал сонм эмоций. Оба избитые, изможденные. Они не прикасались друг к другу, и отсутствие физического контакта увеличивало неловкость. Момент молчания затянулся, но наконец Майкл вернулся к реальности.
—
— Я пришла тебе на помощь.
— Мне не нужна помощь. — В его словах был не столько вызов, сколько протест.
— Неужели? — недоуменно проговорила КК, глядя на Майкла, измочаленного и изможденного.
— Пока ты не пришла сюда, я был в полном порядке.
— Вот как, — радостно сказала она.
— Ну, ты добыла посох?
КК сняла со спины чехол, подняла его, как трофей.
— А ты нашел карту? — спросила в ответ КК.
— Да… — начал было говорить Майкл, но остановился.
— Там? — Она показала на проломленную стену, за которой находилась часовня.
Он кивнул.
— И… — она оглядела Сент-Пьера, — где же ты спрятал карту?
— Понимаешь… — с вызовом проговорил Майкл, бессознательно ощупывая капроновую сумку на бедре.
Глаза КК посуровели.
— Иблис?
— Не волнуйся.
— Не волнуйся? — Девушка повернулась спиной и оглядела разрушенный мир вокруг них, посмотрела на струи воды, бегущие из трубы. В ней закипало бешенство. — Как, черт побери, мы теперь вернем мою сестру, когда он знает, что мы пытались выкрасть карту?
— Успокойся.
— Не смей говорить мне «успокойся», — сказала КК, не поворачиваясь к Майклу.
— Пусть карта у Иблиса, но на самом деле ему нужно… — Майкл показал на кожаный чехол и, понизив голос, сказал успокаивающим тоном: — То, что в руках у тебя. Он не станет рисковать — ему нужно заполучить посох. С Симоном и Синди ничего не случится, пока посох у тебя.
КК стояла, словно не замечая Майкла, глядя на кожаный чехол в руках, от которого зависела судьба ее сестры и Симона.
— Давай по порядку, — продолжил Майкл, пытаясь вернуть их к главному. — Сначала нам нужно выбраться отсюда.
Кэтрин повернулась.
— Я об этом позаботилась.
— Правда? — Он пытался прикрыть свой скептицизм улыбкой.
— Правда, — ответила она, словно это очевидно. — Я об этом позаботилась — мы выберемся отсюда за считаные минуты.
Майкл усмехнулся, и они снова безмолвно уставились друг на друга, как в первые минуты встречи.
— Конечно, — сказал, наконец, он, отворачиваясь и направляясь к дальней стене с выпускной трубой. Не сказав больше ни слова и словно не замечая КК, лег на спину, и его понесло потоком к пятифутовой трубе, действовавшей теперь в качестве стока.
КК снова закрепила кожаный чехол за спиной и последовала за ним, пытаясь сдержать злость.
Приблизившись к трубе, Майкл набрал полные легкие воздуха и ушел под воду. Его быстро засосало в трубу ногами вперед. Он выставил в стороны руки, чтобы не молотило об стены. Секунда — и его выкинуло в главную камеру водосборника. Здесь было темным-темно — никто не оставил тут светящихся палочек.