Похитители тьмы
Шрифт:
До факелов оставалось двадцать ярдов, а он так пока и не увидел Майкла. Но вдруг краем левого глаза Джианни уловил какое-то движение. Он замер на месте; ошибиться невозможно — в десяти ярдах слева от него что-то двигалось за скалами и известковыми отложениями.
А потом он услышал странный шум, словно гомон отдаленной толпы, и ужас оледенил кровь в его жилах. Он никогда не слышал ничего подобного и не мог понять, где источник этого звука. Джианни напрягал зрение, чтобы увидеть человека, прячущегося где-то рядом, хотя и понимал, что эти голоса
Он поднял оружие, а голоса становились все громче. Почувствовал, как страх охватывает его, — такого он не чувствовал с самого детства. Этот страх не позволял мыслить рационально.
И вдруг ему стали являться видения.
Он вспомнил, как в семилетием возрасте различал животных в пушистых облаках, плавающих в синем небе, а когда по вечерам ложился спать, его воображение переворачивалось. Там, где при свете дня он видел неодушевленные предметы, в темноте возникало то, что так пугало его: чудовища и бешеные собаки, разбойники и звери; все они, казалось, прятались в тени и только ждали удобного момента, чтобы выхватить его из кровати. Часто его ночи были наполнены ужасом, который исчез, только когда его вытеснил здравый смысл взрослых лет.
Но теперь, слыша голоса, он снова вернулся в детство, его страхи разрослись; вот только то, что пряталось в тени, теперь не стало игрой воображения. Это был Майкл Сент-Пьер.
Джианни поднял автомат; он убьет американца одним-единственным выстрелом и вернется к лестнице.
Сквозь почти полную темноту он увидел, как Майкл обогнул большой камень и замер, не зная о направленном на него стволе.
Джианни, крепко сжимая в руках оружие, прицелился и выстрелил. Грохот взорвал тишину, оглушил его. Он попал Майклу точно в затылок — и тот свалился на землю.
Парень бросился к телу противника, радуясь тому, что выпьет за своего дружка Сильвиу еще до конца дня. Вытащил фонарик и встал над телом. Майкл лежал лицом вниз. Из того, что осталось от его черепа, вытекала кровь, скапливаясь на полу. Джианни подсунул носок ботинка под грудь Майкла и перевернул его… И тут голоса стали громче. Его ярость перемешалась со страхом, когда он увидел то, что осталось от головы Карла.
Джианни развернулся, взбешенный собственной глупостью, своей паранойей. Он убил Карла. И хотя они не были друзьями, но сражались на одной стороне.
Боец оглянулся. Он стоял под двумя горящими факелами, и голоса, казалось, затихали — игра разума, подавляющая близость смерти. Парень объяснял себе эти голоса глубиной пещеры, недостатком кислорода, коробящим его разум. Попытался снова сосредоточиться. Он должен найти Майкла и убить его.
И вдруг увидел его. Теперь сомнений не было. Джианни узнал его лицо. Противник перемещался среди камней у группы сталагмитов за вторым факелом.
Джианни двинулся вдоль стены. Чем дальше он шел, тем жарче становилось в пещере, и это угнетало.
Он снова увидел его. Майкл уходил, мелькал среди камней и известняковых отложений. Джианни, наплевав на осторожность,
Позиция для стрельбы была великолепная, ничто ему не мешало, Майкл находился на открытом пространстве, никаких камней, чтобы спрятаться, никаких отложений, чтобы укрыться. Джианни прицелился, палец его лег на спусковой крючок и…
Он даже закричать не успел, как погрузился в землю, окутанный каким-то полотнищем — это был кусок паруса. Тут же обожгло кожу, а потом парус разорвался, и грязь обволокла его — заполнила рот, попала в горло, запекла изнутри и снаружи, сварила заживо.
Майкл подошел к кипящему источнику. Часть паруса зацепилась за камень, но в остальном никаких следов происшествия не осталось. Джианни исчез.
Майкл не знал, сколько бойцов придут сюда за ним, и хотел сохранить боеприпасы и не привлекать внимания стрельбой. Он видел, как они спустились в пещеру и разделились. Сент-Пьер оставался в свете второго факела, избегая тени, избегая безумия, которое охватило бы его разум, если бы он держался тьмы.
Парус оказался идеальной обманкой. Потрепанный и серый, он был почти неотличим от поверхности пола. Вырезанный Майклом кусок прикрывал горячий источник, маскируя его убийственное присутствие.
Сент-Пьер не стал терять время — направился к середине пещеры, к комнате, где находился Веню. Пора было кончать с ним.
Глава 61
КК стояла в середине центрального помещения с изображениями мандалы. На секунду она потерялась, вглядываясь в бесконечную круговерть рисунка на полу, спрашивая себя: можно ли, как говорит легенда, и в самом деле увидеть небеса, если долго разглядывать это изображение?
Наконец Кэтрин очнулась, почувствовав чье-то присутствие, и повернулась, держа пистолет наготове. Она увидела Иблиса, который смотрел на нее. Его пустые руки — никакого оружия в них она не видела — висели по бокам.
— Почему ты вернулась?
— Ты убил мою сестру? — спросила Кэтрин, едва сдерживая готовый взорваться голос.
Иблис не ответил.
— Ты сделал это? — Голос стал выше, наполнился прорывающейся яростью.
— Нет, — сказал, наконец, Иблис. — Это Веню. Он назвал это своим прощальным подарком.
— Я пришла за Майклом. — КК подняла пистолет, целясь в Иблиса. — Хотя тебе и трудно понять, что значит любить другого человека.
Тот шагнул вперед, не обращая внимания на оружие, направленное ему в лоб. Он смотрел на КК, выдерживая ее взгляд, его идеальное лицо было спокойно. И на какое-то мгновение Кэтрин сумела заглянуть в самое его сердце, и то, что она увидела, испугало ее больше смерти, больше всего, что они могли найти в этом храме.
Она увидела его любовь к ней. И на мгновение снова почувствовала себя девочкой, когда он появлялся вдруг, словно ниоткуда, обучая ее, заботясь о ней и Синди, ограждая их от жестокостей судьбы.