Похитители Тайн
Шрифт:
Я почти уронила шар, когда тот показал двух целующихся в, должно быть, его комнате. Такой пылкий поцелуй вел ко многим другим вещам. Пожалуйста, прекратите, я взмолилась у себя в голове. Так, будто кто-то услышал мою просьбу, громкий стук в дверь комнаты раздался в шаре.
— Арик? — слабый мужской голос раздавался из-за двери. — Что вы там вдвоем делаете?
Арик оторвался от Вероник. Его голос в шаре был очень высок.
— Блин, это Демос… Мы не можем… правила.
Она вновь прильнула к его губам и пробормотала:
— Плевать
Постучали громче.
— Идем, Мерл в коридоре, — окликнул женский голос, я его узнала. Лея?
Шар выскользнул из моих рук и приземлился на край раковины. Ахх. Какая же ты глупая, Джиа? Парням вроде Арика не нравятся девчонки вроде тебя.
Это было безумием, думать, что такое возможно. Я даже и близко не стою к Вероник, не говоря о привлекательности. Никакого соревнования. Конец игры.
Я вымыла свою ладонь под обжигающей водой. Когда высушила руки, Вероник вошла в уборную. Ее бедра качались из стороны в сторону, в то время как она цокала острыми высокими каблучками.
— Что ж, забавно встретить тебя здесь, не думаешь?
— Нет. Я имею в виду, конечно, забей, — я попыталась пройти мимо нее. — Извини.
Она устремила на меня свой взгляд.
— Как ты адаптируешься в убежище?
— Кажется, хорошо, — я ответила, чувствуя себя неловко из-за тревоги на ее лице. Или испытывая вину за то, что она мне не понравилась, после того, как я увидела ее с Ариком в том шаре.
— Если понадобится, я рада помочь.
Она улыбнулась и провела кисточкой с блеском по губам, окрашивая их в красный цвет.
Когда я вышла, Арик стоял, облокотившись о стену. Его улыбка померкла, и он подбежал ко мне.
— Что такое? Что-то случилось?
Я опустила глаза.
— Я не понимаю. Зачем ты сказал, что я тебе нравлюсь, если ты уже с кем-то встречаешься?
— Прошу прощения? — спросил он.
Мой взгляд нашел его.
— Вероник?
Он ничего не говорил в течение нескольких стремительных ударов сердца. Ничего до тех пор, пока озадаченное выражение его лица не сменилось на что-то похожее на понимание. Затем он улыбнулся.
— Между нами ничего нет, но, как я вижу, у тебя уже сложилось определенное мнение обо мне. Может будет лучше, если мы закончим на этой ноте. Я провожу тебя до твоего места.
— Конечно. Хорошо. Но я и сама могу дойти.
Я направилась в обеденный зал, хорошо осознавая, что Арик следует за мной.
Он пошел за мной до самого столика, и я избегала зрительно контакта, когда он помог мне сесть.
— Спасибо, — сказала я уже сидя.
— Хорошего вечера, — сказал он и кивнул всем сидящим за столиком.
Я схватила салфетку и положила ее себе на колени. Все были настолько заняты поглощением своих десертов, что никто и не заметил, как дрожат мои руки. Я посмотрела на десерт, стоящий передо мной.
— Это пудинг с тягучей ириской, — сказал профессор Этвуд. — Попробуй…
— Я знаю. Мне понравится, не так ли?
Уголки его губ подернулись
— Боюсь, я становлюсь слишком предсказуемым.
Вероник улыбнулась мне, когда осторожно возвращалась к своему столику, виляя бедрами. Я нахмурилась, когда она накрыла руку Арика своей, и хихикала, игриво, как котенок (так сказала бы бабушка), над всем, что он говорил.
«Ничего нет между ними, как бы не так.»
Я опустила ложку в пудинг и откусила большой кусок.
Вскоре после ужина я сидела за столом в своей комнате, листая книги, которые профессор Этвуд дал мне. Как же хорошо быть свободной от этих хитроумных корсетов! Как женщины вообще раньше в них ели?
Читать о чарах, заклинаниях и всем том, что магия могла сделать, было увлекательно и в то же время страшно. Некоторые чародеи могли сплетать свой разум с разумом другого человек или даже два совершенно разных разума между собой. Они использовали эту способность для шпионажа, а, иногда, и для кражи личности.
Я зевнула.
— Отлично. Теперь и нашим мозгам нужен антивирус.
Я закрыла книгу на разделе с чарами, отложила ее и решила почитать больше о мифических существах в «Невидимой книге» Джана Бианки, профессора чародейства. Кто-то написал стихотворение на страницах перед первой главой. Чернильные пятна и отпечаток пальца немного размазали надпись. Заголовок был на итальянском, но само стихотворение на английском, что показалось мне достаточно странным.
Libero IL Tesoro
Вот некто набожный, он с сомном херувимчиков на шее;
Из оных выдается тот, кто пошустрее.
На сводах потолочных по краям мы видим властных дам -
Одна — в наряде стражницы — волшебну туфельку показывает нам.
Та, что стоит у Леопольда за спиной,
Одной рукой корону поправляет
И ценный свиток держит во другой;
С расчетом в помыслах и знаньем вооружена,
Корону на челе своем пристроила она.
Тот, кто у мира на виду,
С достоинством несет всевластия звезду;
Под списком разрушений, грабежей
Свое он пишет имя — так проходит век.
Все это есть в тиши библиотек.
Перевод предоставлен
Alex_ander
В стихах всегда есть рифма, но иногда нет смысла. Афтон нравились такие вещи, и мне хотелось, чтобы она была рядом и помогла мне разобраться в этом.
Я перелистнула страницы к первой главе. Чтение всегда помогало мне уснуть, а эта книга выглядела достаточно скучной, чтобы сон пришел как можно скорее.
Глава была о том, как когда-то Мистики спокойно жили с людьми, не скрывая своих возможностей или необычного внешнего вида. Количество людей все росло и росло, пока они не превзошли мифические расы. Некоторые Мистики стали злыми, убивали людей ради еды или своих ритуалов. Из-за страха люди выслеживали и убивали Мистиков, даже самых невинных, таким образом уничтожая целые ковены.