Похититель талантов
Шрифт:
– Позади, мадам Люси, позади!
– Я не оглядывалась.
– Вспомните.
– Да, да... Старик. Худой, в черной шляпе.
– Еще, мадам Люси.
– Ничего не помню.
– Высокий старик?
– подсказывал Этьен.
– Полный, седой?..
– Рыжий! Рыжий!
– вспомнила Люси Клермон.
– Ненавижу рыжих!..
Очень слабая нить, думал Бертье: худых стариков в Париже полмиллиона. В черных шляпах полмиллиона...
Но случай с женой и мужем Клермон
Подумав над этим, Бертье нажал клавишу общего вызова, чтобы отдать распоряжение.
Вечером, перед уходом домой, инспектор получил еще одно донесение - разговор, услышанный в вагоне подземки:
– Этот паршивец Мишель начал вдруг рисовать, как Брайан!
– Мишель Комбье? Идиот?..
– О ком я еще могу! Неожиданная говорят, вылечился. И знаешь, манера, ну точно как у Брайана! К+раски, полутона!
Инспектор наклонился над пультом и отдал второе распоряжение - о Мишеле Комбье.
Утром следующего дня в кабинет инспектора без стука ворвался Франк:
– Новости, шеф!
– Жду, - поднял глаза Бертье.
– Возродилась Мадлен Прево!
Франк подал инспектору экземпляр "Паризьен" со стихами на первой странице.
– Под чужим именем?
– полувопросительно, полусогласно сказал Бертье, взглянув на подпись под колонкой стихов.
– В том и штука, Бертье!
– воскликнул Франк.
– Стихи Мадлен, подпись - Клотильды Флоранс! Наконец у нас ключ к этому делу.
– Отмыкайте им двери, Франк.
– Отомкну!
Телефонный звонок прервал диалог.
– Мишель?..
– спросил Бертье, переключил телефон на динамик. Донесение они стали слушать вдвоем с Франком.
– Двадцать два года, - продолжался доклад через динамик. "Леклюз, девятый участок, площадь Вогезов", - отметил Франк.
– Умственно дефективный с рождения. Нигде не учился, - продолжал говорить Леклюз.
– Неожиданно обнаружил талант в живописи. Манера, краски - как у Брайана. Будут приказания, шеф?
– Пока никаких.
– Бертье отключил связь.
– Слышали, Франк?
– Слышал.
– Bот вам и вторая дверь. Отмыкайте.
Франк был человеком действия. Бертье - мыслитель. В этом Франк всегда отдавал приоритет начальнику. Но получив нить в руки. Франк становился гончей и бульдогом одновременно. Это свойство помощника Бертье знал отлично. На подвижного энергичного Франка он всегда полагался в подобных делах.
Переодевшись в штатское, Франк поехал на улицу Буланже, в особняк коммерсанта Флоранса.
– Полиция, - сказал он Жюли, открывшей дверь на звонок.
Представился хозяйке дома:
– Морис Франк,
– Боже!
– воскликнула госпожа Флоранс.
– Что-нибудь с крошкой Кло?
– Об этом я хотел бы у вас спросить, мадам.
– Отвечайте же - с дочерью?
– Ничего плохого, мадам Флоранс.
– Слава богу!
Разговор был бестолковым, и Франк это чувствовал.
– Давно Клотильда пишет стихи?
– спросил он, круто меняя угол беседы.
– Стихи? Недавно. Совсем недавно.
– Как это у нее проявилось?
– Все мы взрослеем, месье Франк. Постепенно меняемся. Изменилась и моя девочка.
– Каким образом?
– Все дело в нераскрытых возможностях мозга. Хотите ее альбом?..
Франк взял альбом, начал читать стихи.
– Разве мы знаем, в ком из нас сидит гений?
– спрашивала между тем госпожа Флоранс.
– Ваша дочь, - глянул Франк в зрачки госпожи Флоранс, вторая Мадлен Прево.
– Что же в этом плохого, месье Франк?
Клотильду Франк нашел в кабаре "Собачья ночь". Клотильда читала стихи. Молодежь в джинсах, в пестрых рубахах ей аплодировала.
Разговор с Клотильдой Франк записал на портативный кристаллофон. Запись представил Бертье.
– Это произошло недавно, - рассказывала о себе Клотильда.
– Я проснулась - и стала писать стихи...
– До этого вы их писали?
– Никогда в жизни.
– А теперь?
– Думаю стихами, говорю стихами, пишу.
– Может быть, это зрело у вас в душе?
– Не знаю. Вы удивляетесь?
– Но так перемениться за одну ночь...
– Удивляетесь? В наш век?..
– спросила Клотильда и пошла на эстраду.
Разговор с Комбье-отцом ничего не дал Франку. В этом помощник откровенно признался Бертье:
– Крепкий орех!
Комбье-отец спросил:
– У вас ордер на допрос и на арест, господин сыщик?
– Дело касается вашего сына, - сказал Франк.
– И что? У него проявились способности. От природы. Сначала она отобрала у Мишеля все. Потом возвратила сторицей. Нераскрытые способности мозга.
Бертье, усмехнувшись, кивнул.
– Да, шеф, - сказал Франк.
– С того же голоса.
– Продолжайте, - попросил комиссар.
– Больше я узнал от швейцара. Швейцары - это такой народ... Перед ними проходит не только жизнь дома, но и улицы. На улице же случается всякое. Швейцар всегда настороже.
– Франк...
– Знаю, шеф. Это элементарно. Так вот, швейцару я показал свой жетон, спросил: "Худой старик в черной шляпе?"
Швейцар кивнул.
– Рыжий?
– Глаза у него рыжие.