Похититель душ
Шрифт:
Так или иначе, а он это сделал, и вот мы здесь. На войну не похоже, но приказ есть приказ.
В четырнадцать ноль-ноль я нанес визит доктору Хорну.
Когда я вошел в сопровождении военного клерка-стенографиста, он поднял голову, но промолчал. Просто указал на дверь.
Я сказал:
– Добрый день, доктор Хорн. Если это время для ежедневного доклада о проделанной работе вас не устраивает, вы только слово скажите. Как вы знаете, я нахожусь здесь для того, чтобы оказывать вам помощь. Может, вас больше устроит время от двенадцати до тринадцати ежедневно?
– Ежедневно?
– Разумеется, сэр. Возможно, вы не обратили внимания на параграф восемь моего приказа. Инструкциями генерала Фолленсби предусмотрено...
Он прервал меня неуважительным замечанием в адрес генерала Фолленсби, но я сделал вид, что не расслышал. Кроме того, вероятно, он был прав.
Я сказал:
– Для начала, сэр, я полагаю, что вы будете так любезны провести нас по лаборатории. Я полагаю, что капрал Мак-Кейб сможет записывать ваши слова с нормальной скоростью.
– Какие еще слова?
– Да ваши, о проделанной работе сэр. Чего вы достигли за прошедшие двадцать четыре часа. Конечно, на этот раз в виде исключения мы подобьем итоги по сегодняшний день.
Он заорал:
– Нет! Никогда! Я решительно отказываюсь!
Я был к этому готов. Дал ему вдоволь поорать. Когда он кончил, я очень просто все ему разъяснил. Я сказал: "Только так и будет".
Он запнулся и задохнулся.
– Как? Ты, вонючий армейский... Слушай, кому это пришло в голову...
Он замолчал и, нахмурившись, посмотрел на меня. Я был рад, что он замолчал, так как в секретной части приказа (в параграфах, которые я не показывал доктору Хорну, потому что он не имел допуска к секретным материалам) был параграф, предусматривающая подобную ситуацию.
Ван-Пелт предупредил генерала, что состояние здоровья Хорна оставляет желать лучшего. Кажется, апоплексия - я не очень-то разбираюсь в медицинских терминах. Во всяком случае, Ван-Пелт в беседе с сотрудниками разведотдела сообщил, что старик может помереть в любой момент. И надо сказать, что это было похоже на правду, особенно когда он бесился. Конечно, я не хотел, чтобы он помер прежде, чем я завершу анализ обстановки, для чего мне и требовался его доклад.
Хорн сел. Он сказал скрипучим голосом:
– Вы намерены упорствовать?
– Да, сэр.
– Тогда я полагаю, что должен приспособиться к ситуации, - сказал он, по-старчески хитря.
– Что же конкретно вам требуется, лейтенант?
– Доклад, сэр.
Он коротко кивнул: "Вот именно".
Ага, сказал я сам себе, разумеется, дело принимает интересный оборот. Вы думаете, он постарается добиться моего расположения, чтобы потом позвонить своему конгрессмену? Или просто заставит меня отвернуться, чтобы треснуть по затылку?
– Да-да, доклад. Вот именно, - сказал он, задумчиво глядя на какую-то машину. Машина несколько напоминала СКР-784 модели МАРК-XII, той самой, что имеет какое-то касательство к радио, радару, ко всякой электронике. С этим пускай разбираются связисты. У меня своя работа, у них своя.
– Вот именно, - повторил он, поднимаясь.
– Придется подчиниться
Капрал Мак-Кейб издал жалкий звук. Я посмотрел на него. Он был в затруднительном положении.
– Сэр, - прервал я доктора.
– Не произнесете ли вы это слово по буквам?
Он хихикнул.
– Очень просто. П-О-Л-И-К-Л-О-И-Д-Н-Ы-Й К-В-А-З-И-Т-Р-О-Н. Итак, лейтенант, надеюсь, вы знакомы с различными потенциометрическими исследованиями мозга, которые... Впрочем, лучше начать с самого начала. Как вы знаете, мозг в основном является электрическим устройством. Потенциометрические исследования показали...
Через каждые тридцать-пятьдесят секунд он взглядывал на меня, склонял голову набок и ждал. И я говорил: "Понятно", а он отвечал: "Разумеется" и продолжал. Положение капрала Мак-Кейба, конечно, было незавидным, но я, пожалуй, наслаждался. Это меня успокаивало. В конце концов привыкаешь извлекать выгоду из любой ситуации. Нельзя же провести столько часов на штабных совещаниях, сколько провел я, и не научиться при этом тактике выживания в сложных ситуациях.
Когда он окончательно закруглился (Мак-Кейб только тихо стонал), я кратко подытожил:
– Иначе говоря, сэр, вы усовершенствовали метод электронного убийства человека на расстоянии.
По какой-то причине мое заявление потрясло доктора Хорна.
Он уставился на меня.
– Электронного, - сказал он.
– Убийства. Человека. На расстоянии.
– Это мои слова, - согласился я.
– Вот именно, вот именно, - он прочистил глотку и глубоко вздохнул. Лейтенант, не сделаете ли вы мне одно признание? Ради всего святого, что в моих словах внушило вам эту идиотскую мысль?
Я с трудом верил собственным ушам.
– Как так? Это же мне сказал генерал! А он, как вы понимаете, предварительно беседовал с Ван-Пелтом.
Я ломал голову - что он там еще замыслил? Пытается сделать вид, что оружие не сработает?
Битых двадцать пять секунд он проклинал Ван-Пелта. Затем взял себя в руки и опять задумался.
– Нет, - сказал он.
– Нет, Ван-Пелт этого сказать не мог. Это ваш идиот-генерал совсем рехнулся.
Я заявил официальным тоном:
– Доктор Хорн, не желаете ли вы тем самым сказать...
– Я взглянул на Мак-Кейба. Он подсказал мне шепотом название. Я продолжал: - Что ваш поликлоидный квазитрон не может с помощью электроники лишить человека жизни на расстоянии?
Он ругался как маньяк. Будто бы что-то доставляло ему физическую боль. Наконец он с трудом признался:
– О да. Да, очевидно, да. Можно ли сказать, что паровоз окисляет уголь, превращая его в силицированные частицы? Конечно, можно. Обычно они называются золой. А раз так, значит, можно сказать, что квазитрон убивает людей.
– А я что говорил!
– Отлично. Именно так, - ответил он, морщась словно от боли.
– Да, теперь я понимаю, что вы имеете в виду. Теперь мне ясно, почему вы здесь находитесь. А то я, сознаюсь, удивлялся. Вам кажется, что квазитрон оружие.