Похищенная

Молденауер Дж.

– А почему ты еще не сходила в магазин?! – его голос угрожающе поднялся, и я знала, что все мои попытки объяснения бесполезны.

Как и всегда.

Он схватил бутылку водки и сразу начал пить из нее большими глотками.

– Потому что я была в школе и вернулась домой только десять минут назад и только что увидела твою записку.

– И почему ты только сейчас увидела мою записку?!

Теперь он орал и в его лице нельзя было различить того заботливого отца, которого он всегда играл на публике.

– Потому что она была завалена твоей выпивкой, – зло прошипела я

в ответ и грозно посмотрела на него.

– Что это ты себе позволяешь, ты, грязная сука?

Он поднял свою руку и дал мне оглушительную пощёчину. Я почувствовала, что моя щека начала гореть, но, проигнорировав это, сжала губы.

– А теперь иди и купи мне что-нибудь поесть! – рявкнул он.

Я схватила свою сумку и, не взглянув на него, вышла из дома.

Как только я захлопнула тяжелую дверь, сразу же пришла боль от удара и я аккуратно дотронулась до своей щеки. Я знала, что она была красной. Она всегда была такой, когда он меня бил.

Я уложила свои волосы так, чтобы они закрывали мою щеку и пару раз похлопала себя по другой, чтобы это не очень бросалось в глаза.

Затем я покинула свой ад и отправилась в магазин, чтобы, в итоге, вернуться обратно и готовить для своего дерьмового отца еду.

Но была бы моя воля, я бы с удовольствием убежала и никогда не вернулась бы назад.

Глава 2. Холодные глаза.

Когда я вошла в магазин, то сразу почувствовала себя в безопасности. Здесь не было никого, кто смог бы мне угрожать, к тому же, здесь было слишком много свидетелей. Я медленно и спокойно прогуливалась между полок туда-обратно и пыталась забыть своего отца, пряча лицо в волосы, чтобы никто не увидел моих чувств.

Я знала, что мой отец меня сегодня еще раз побьет. Его еда не была приготовлена, из-за чего его настроение было ниже плинтуса, а мне достанется вся его злость. Я не хотела возвращаться домой. Я не хотела жить с ним. Я не хотела жить такой жизнью. Я вообще не хотела жить.

Взяв банку равиоли с полки, я положила ее в тележку.

Повернувшись, я увидела в проходе между рядами маленькую девочку, которая в растерянности стояла между людьми и оглядывалась вокруг. Ее глаза были заплаканы, по лицу текли слезы, она что-то говорила, но люди проходили мимо и никто не обращал на нее внимания. Видимо, она потерялась. Но как люди могут ее не замечать? Такую маленькую и растерянную? Я подошла к ней и присела на корточки.

– Привет, – сказала я и улыбнулась ей.

Её глаза расширились и она замерла.

– Привет, – всхлипнула она и вытерла слезы.

– Я могу тебе чем-нибудь помочь?

– Я ищу маму, – сказала она, а из ее глаз снова полились слезы.

Мне было жаль ее. Она напоминала мне саму себя задолго до этого дня, когда я, плача от боли, сидела в своей комнате. Я быстро вытеснила воспоминания и боль, которую они несли.

– Давай поищем ее вместе?

Она кивнула и растерянно начала жевать край своей рубашки. Я поднялась и взяла девочку за руку. Вдруг мерный гомон магазина нарушил резкий звук. Я услышала громкий хлопок, и повернулась на этот звук.

Их фотографии

были известны по всему миру, а теперь те двое из газеты стояли у дверей и осматривались вокруг.

Стрелял мужчина со светлыми волосами. Его рука, поднятая к потолку, держала пистолет. Второй стоял рядом с ним, придерживая рукой мешок, висящий у него на спине. Оба они, как хищники, колючим взглядом осматривали зал.

– Ни слова и быстро на пол! – прошипел блондин.

Я уставилась на него, не в силах пошевелиться. Не каждый день попадаешь на ограбление магазина.

– Я сказал на пол! Быстро! – зло повторил он, и я поняла, что эти слова были предназначены именно мне, так как весь остальной народ к этому времени уже лежал на полу. Очень медленно я легла на пол и потянула маленькую девочку за собой.

Я обняла ее и почувствовала, как она дрожит.

– Тихо, тихо. Все будет хорошо. Это просто глупые странные люди. С тобой ничего не случится, – тихо говорила я и гладила ее по голове.

– Охренеть просто. Я разве не сказал, что все должны молчать? – блондин подошел к нам.

Подняв голову, я встретила взгляд холодных карих глаз. Почему-то я всегда думала, что карие глаза никогда не бывают холодными. Оказывается, я ошибалась. Эти глаза были самыми холодными, в которые я когда-либо смотрела.

Крепко сжав губы, я злобно посмотрела на него.

Я ничего не чувствовала кроме злости и ненависти.

Остальные чувства я отгоняла все еще из-за своего отца и из-за того, что меня ожидало дома.

– Ты меня не слышала? Расстояние между каждым не меньше метра, – прошипел он, и я бы ему врезала, если бы у него не было пистолета. Как мог человек испытывать так мало сочувствия к маленькой девочке, которой было так страшно?

– Забудь об этом.

Я сильнее прижала маленькую девочку к себе.

Внезапно он схватил меня за волосы и потянул наверх. Мой отец так делал постоянно. У меня уже был к этому иммунитет.

– Послушай, малышка, немедленно отпусти ее, – прошептал он мне, и я почувствовала его теплое дыхание на своей коже.

– Никогда в жизни.

Тогда он приставил пистолет к моей голове, и я почувствовала холод стали. Его глаза метали молнии. Мы сверлили друг друга взглядами, и я вдруг поняла, что вот он, этот шанс не возвращаться домой. Одно мое неправильное с его точки зрения действие и он нажмет на курок. Я смогу освободиться от этой адской жизни. Я ничего и никогда так не желала, как того, чтобы сейчас он сделал именно это – нажал на курок. Тогда мне никогда не надо было бы возвращаться в ад, а этот придурок сел бы в тюрьму за убийство.

– Отпусти ее.

Этот голос вырвал меня из мыслей о смерти, и я увидела, как другой парень положил блондину руку на плечо.

– Она сама напрашивается, – прошипел тот и продолжил смотреть на меня своими холодными карими глазами.

Тогда я плюнула ему в лицо. В его глазах полыхнул несдерживаемый гнев. «Может, теперь он меня застрелит?» – подумала я, и продолжала уперто смотреть ему в глаза.

Он со всей силой ударил меня головой об пол, и я еле-еле успела упереться в пол руками, чтобы смягчить удар.