Похищение
Шрифт:
– Ты так и будешь кукситься? – нарушил молчание первым Шеннон.
Я предпочла ничего не отвечать, дабы показать степень моей обиды.
– Когда ты молчишь, ты мне нравишься намного больше, – хохотнул он.
– А я тебе нравлюсь? – я повела бровью, заговорив с ним.
– Возможно, – уклончиво ответил Шеннон, – у нас есть небольшие проблемы. Так как деньги мы про*бали, то мы не сможем снять даже самый скудный номер в Миннеаполисе. И кстати, мы уже подъезжаем к нему.
Ну зашибись! Надеюсь, что хоть на еду хватит. Мы оставили запасы в той гребанной тачке.
– Я
– А ты раньше спал в машине хер пойми где?! – меня не прельщает вся эта ситуация.
– Спал, и не только в машине, – с пофигистским видом ответил мужчина.
– ЗБС, Шеннон. Зачем ты вообще меня взял в заложники?! Ты не мог взять кого-нибудь другого? Я бы сейчас спокойненько пила горячее какао у себя дома в тёплых носочках и с пледиком, а не сидела бы тут со стариком, у которого явно не сложилась жизнь, и который про*бал всё на свете! Даже бабки, которые украл из банка, из-за которых Я ТУТ! – я просто взорвалась.
– Психичка, – он посмотрел на меня, как на ума лишенную, – вали из машины, ты меня за*бала. Мне абсолютно пох*й, что с тобой будет, как-нибудь доберёшься до участка сама, – он остановил машину и разблокировал двери.
Шеннон продолжал смотреть на меня, давая понять, что он говорит серьёзно и моей компании он не рад. Я не могу поверить, что он вот так кинет меня посреди ночи в незнакомом мне городе.
– Шен, ну ты же не серьёзно, да? Пошутили и хватит. Ты напугал меня до усрачки, ты доволен? Теперь мы можем продолжить путь, – я начала тараторить.
– Я не пошутил, Никки. Ты права, я старик с несложившейся жизнью, тебе делать рядом со мной нечего. Поэтому, попрошу на выход, – он нагнулся через меня и открыл дверь.
Я почувствовала, как подул ветер. Мне действительно страшно. Что я буду делать одна, без него? Я ведь замёрзну и умру от голода, или меня изнасилуют и убьют.
– Ше…
– Не заставляй меня силой вытаскивать тебя из машины. Не беси меня, черт побери! – он с силой ударил по рулю.
Я кинула на него обиженный взгляд, еда сдерживая слезы и вышла из машины, хлопнув дверью. Я поёжилась от ветра, который начал усиливаться. Все таки не день, солнце не греет лучами.
– По башке себе хлопни, *бнутая! – выкрикнул Шеннон из машины, выкинул мой рюкзак и сорвался с места, быстро уезжая.
И что мне теперь делать? Я нахожусь посреди какого-то леса, фиг знает сколько километров от города. Нет никаких табличек или опознавательных знаков. Куда мне вообще идти?
Я не выдержав зарыдала в голос. Подобрала свой рюкзак и пошла в ту сторону, куда уехал мужчина.
Не знаю, сколько времени я уже иду. Ноги ужасно ноют от усталости, в животе урчит от голода, голова раскалывается от того, что я долго ревела. Меня ужасно трясёт после истерики. А в рюкзаке нет ничего, кроме грязной одежды, зарядки от айфона и айпода, который, к слову, уже давно разрядился, а телефона у меня нет ещё со времени моего похищения.
Сколько бы я не шла, складывалось ощущение, что этот бесконечный лес никогда не кончится и я не увижу проблески цивилизации.
Я сошла с обочины дороги ближе к деревьям. Кинула рюкзак возле одного из них и легла, устраиваясь поудобнее, насколько вообще позволяло моё положение это сделать. Я закрыла глаза от усталости, проваливаясь в темноту.
***
Я проснулась от громкого звука тормозов машины недалеко от меня. Когда я открыла глаза, солнце светило сквозь листву деревьев редкими лучами. Не знаю, какое точно сейчас время, но предположительно часов 6 утра.
Воздух ещё не успел прогреться и моё тело закоченело ото сна на холодной, местами мокрой земле. Я отлежала все части тела, какие только есть.
Не успев опомниться от неприятного пробуждения, я успела уловить рядом с собой шелест от чьих-то шагов, и вот меня уже подхватили за шкирку, как котёнка и прижали крепко к дереву.
Моему удивлению не было предела, когда я встретилась взглядом со знакомыми карими глазами моего похитителя, из-за которого у меня была не самая лучшая ночь в моей жизни.
Я не успела толком открыть рот, чтобы сказать хоть что-нибудь, когда меня заткнули поцелуем. Мои глаза расширились, моему удивлению не было предела. Не могу сказать, что это мой самый лучший поцелуй в жизни, так как я всю ночь провела на улице, и сейчас мечтала абсолютно не об этом.
Я начала отталкивать мужчину от себя, показывая всем видом, как мне неприятна вся эта ситуация. Но он лишь сильнее прижал меня, зажимая мои руки.
Он начал с жадностью меня целовать, углубляя поцелуй. Я даже и не думала начать наслаждаться. На глаза навернулись слезы обиды и безысходности. Я чувствовала сейчас к мужчине лишь тошнотворную неприязнь, которая росла с каждым прикосновением его языка к моему языку и губам.
Он оторвался от меня тогда, когда начал заканчиваться воздух. Слезы уже ручьём бежали по моему лицу. Я не могла больше сдерживать свои эмоции, которые растекались по моему телу, отдаваясь на кончиках пальцев неприятным покалыванием.
Он прикоснулся своим лбом к моему, и наши взгляды встретились: мой гневный и его извиняющийся.
– Прости, я не смог удержаться, – его голос хрипел, а глаза были красными от усталости.
Какое-то время мы стояли молча, по-прежнему продолжая смотреть друг другу в глаза. Я ни на миг не смягчилась. Представляю, какой у меня наверное сейчас ужасный вид, которой дополняет перекошенное от гнева лицо.
– Прости меня, – повторил Шеннон, не отрываясь от меня, крепко держа в своих объятиях, – я не мог глаз сомкнуть. Я не знал, куда мне деть себя и то чувство, что росло во мне по мере отдаления от места, где я тебя бросил. Этого места. Я рванул за тобой сразу же, как злость во мне уступила другому чувству, которое я пока не могу понять.
Мой мозг отказывался что-либо понимать. Я хотела поскорее в тёплое место с удобной кроватью и вкусной едой. Да что там вкусной, я согласна сейчас на любую еду, лишь бы удовлетворить это тошнотворное чувство голода, которое начинает уже сосать изнутри.