Похищение мечты
Шрифт:
Проблемой, для решения которой ушел почти год, оказалось подыскать ландшафт, в который наиболее выигрышно вписалось бы уникальное строение. И вот оно стояло на невысоком холме, у подножия которого бежала узкая прозрачная речка. Веселые рощи, уютные поляны, искусственные пруды, прохладные леса с проложенными сквозь них конными тропами - владения Джерри в Нью-Джерси раскинулись на многие, многие мили.
В верхнем левом кармане куртки для верховой езды Парсел всегда имел несколько кусков сахара. Нащупав сейчас один, он предложил его Голубой Крови. Лошадь коротко дохнула, деликатно сжала губы, втянула в рот лакомство, влажным глазом благодарила хозяина.
– Успокойся, Принц, - потрепала его легонько по шее Рейчел. И тут же ловко прыгнула в седло: - неужели ты хочешь унизиться до столь мелкой подачки? Ей дали взятку - аванс за послушание. Ведь ты же Принц! Явите, Ваше Высочество, царскую стать, быстроту и силу - и все лакомства мира будут ваши!
Конь единым махом перенес всадницу через речку и помчался к ближайшей роще.
– Взятка не взятка, а сахар приемлемее хлыста!
– Джерри улыбнулся, дал еще кусок сахара лошади. Полминуты спустя Голубая Кровь не спеша пересекла вброд речку и отправилась вслед за Гордым Принцем. Мили через полторы Джерри нагнал Рейчел. Лошади пошли стремя в стремя.
Постепенно редкая рощица перешла в довольно густой лес.
Здесь лучи солнца не достигали травы, которая стала заметно выше. Тропа, достаточно широкая для двух всадников, была проложена, словно по линейке. Но вот она прыгнула в овраг, по дну которого змеей извивался черный ручей, и, выскочив на вершину противоположного склона, запетляла меж толстых деревьев и невысоких холмов.
– Каждый раз в этих местах я вспоминаю о наших пионерах, - тихо сказала Рейчел и задумчиво посмотрела на Джерри. Сколько среди них было отважных первопроходцев...
– И, видит бог, отпетых авантюристов, - заметил Парсел.
Он любовался Рейчел: едва тронутые загаром нежные щеки, светло-карие глаза с огромными темными зрачками, выбившиеся из-под кепи каштановые пряди волос. И этот костюм и этот конь!
"Вот ведь не красавица, - думал он, глядя на нее, а есть в ней что-то от прелестной ведьмы, одухотворенной не злом, а добром. Не от феи, нет - от ведьмы! Ласковой, доброй, семейной ведьмы. да бывают ли такие? Вот ведь бывают".
– А чему это ты улыбаешься?
– Рейчел, совсем как обиженный ребенок, оттопырила нижнюю губу.
– Разве я сказала что-то не то? Уж здесь-то меня трудно заподозрить в невежестве. Я всего Фенимора Купера читала. Всего - и значительно позже тебя. Да!
Джерри молчал, продолжал улыбаться, думал: "Как она хорошеет во гневе!".
"Где уж мне равняться с Джерри в знании истории... Впрочем, как и многого другого, - подумала Рейчел, и слезы нахлынули сами собой.
– Он ведь и старше, и умней - все так. НО к чему же смеяться? Я, дура, начиталась всех этих Кожаных Чулков да Соколиных Глаз - без особых анализов и раздумий, а он все смотрит сквозь призму научно-философских обобщений..." Рейчел рванула поводья и Гордый Принц мгновенно оставил позади Голубую Кровь с улыбавшимся Джерри. теперь ветви деревьев больно хлестали ее по лицу. "Но почему они мокрые?
– подумала Рейчел, пытаясь отвернуться от стремительно набегавших веток.
– Ах, да это же мои слезы". Она медленно подняла голову. И тут же поняла, что идет дождь. На какой-то миг Рейчел выпустила из рук поводья. Гордый Принц на ходу резко тряхнул головой, поводья куда-то исчезли. Пытаясь их нащупать, Рейчел припала к шее и с ужасом поняла, что лошадь понесла. Кончился лес.
Когда Джерри подскакал к тому месту, где стоял Гордый Принц, он увидел молодого парня, который держал на руках Рейчел.
– Что здесь происходит?
– выкрикнул Джерри, резко осаживая Голубую Кровь. И тут Рейчел медленно открыла глаза. Она посмотрела на парня, на мужа, тихонько простонала: - Я упала, кажется!
– К счастью, нет, миссис, - негромко ответил парень, осторожно помогая ей стать на ноги. Рейчел в изнеможении прислонилась спиной к лошади, ладонями закрыла лицо.
– Вы не ответили на мой вопрос, - бесстрастно заметил Джерри.
– Извините, сэр. Я увидел, что лошадь понесла, и миссис вот-вот свалится ей под копыта.
– Ну и?
– Мне удалось остановить лошадь. Правда, с трудом...
"Остановить Гордого Принца на полном скаку - жаль, мне не довелось быть свидетелем этого зрелища", - подумал Джерри, разглядывая незнакомца. Высокий, широкоплечий, смазливый тонкий нос, большие темно-синие глаза, припухлые губы. Глубокая ямка на подбородке, черная нитка усов, черные густые волосы. Небольшой, четкий шрам над переносицей. Одет стандартно, небрежно. Лет двадцати пяти, не больше. Джерри подошел к Рейчел, обнял ее одной рукой: - Кому я обязан спасением моей жены?
– Меня зовут, сэр, Ричард Маркетти. Попросту Дик, если вам будет так удобнее.
Он улыбнулся, и Джерри увидел два ряда ровных, крепких голливудски белых зубов. "У итальянца, - подумал Парсел, может не быть даже нижнего белья, но у него всегда преотличные зубы. Национальное достояние".
– Ты сможешь доехать до дома верхом, дорогая?
– спросил он Рейчел. Она кивнула, слегка пожав его руку. Джерри помог ей сесть в седло.
– А вы, сказал он бесстрастно итальянцу, поведете Принца под уздцы.
Парень молча повиновался. Закрыв глаза, Рейчел мерно покачивалась в седле. Джерри. ехавший сзади, не отрывал от нее взгляда. "Как хрупка жизнь, - думал он, - как чертовски хрупка! И едва ли не самое хрупкое из всего живого - человек.
Всесильный завоеватель космоса, недр и вод может отправиться на тот свет от ничтожного пореза бритвой, от слабого сквозняка, от глотка некипяченой воды. Подумать только - любимая лошадь понесла, и, не окажись волею судьбы поблизости этот итальянец, - могло бы произойти худшее... Кстати, кто он такой и как он здесь очутился?" Джерри молча, вопрошающе посмотрел в спину парню. Тот шагал легко и быстро. темнело. Надвигалась буря. Тишина стояла звонкая, тревожная. Не слышно было даже обычного пересвиста птиц. Копыта лошадей тонули в траве. Раза два в ней прошуршал кто-то невидимый - и вновь ни звука. "И парадокс бытия, - поток мыслей Джерри продолжался в том же русле, - едва ли не самый злой - заключен в том, что "венец творения" почти никогда не ведает о времени финального отключения сложнейшей (и вместе с тем такой простой!) системы жизнепитания. Люди строят планы, которым никогда не суждено осуществиться. Жаждут вечных утех и наслаждений, а попадают в Великое Вечное Ничто. Из-за Случайности, Пустяка, Микроба... И никакого закона равновесия добра и зла, никакого правила неотвратимого возмездия. Безраздельно правит Его Величество Слепоглухонемой Случай. Случай везения. Случай судьбы. Случай силы и денег (а разве это не одно и то же?)...