Похищение чародея
Шрифт:
Он встал на колени, а все отвернулись и не стали смотреть на него, потому что вид обнаженного человеческого тела, стоявшего на коленях и опустившего голову в воду, был более чем неэстетичен.
После первого глотка Ут-бе-бе испуганно воскликнул:
— Ой, холодно! Зубы ломит!
Но затем он пересилил себя и стал пить большими глотками, получая удовольствие и не собираясь умирать.
Первыми последовали его примеру переводчики По-из и Люба, а затем и остальные.
Густые кроны деревьев нависали в том месте над рекой, бабочки и стрекозы медленно парили над прозрачными
И этот царивший вокруг покой и отсутствие непосредственных опасностей дали возможность космонавтам собраться с духом и трезво оценить свое положение и перспективы остаться в живых. Они расселись по берегу, каждый скрывался за кустиком, чтобы не тревожить сотоварищей своей наготой и самому не видеть голых тел.
— Что будем делать? — спросил капитан Ут-дирек.
Ответили ему далеко не сразу. Каждый в меру своей мудрости искал нужное решение, а телепаты прикрыли внутренние глаза, чтобы не вмешиваться в эти далеко не всегда им понятные мучения мозгов.
— Нам надо питаться, — сказал мудрый Ут-бе-бе. — Но мы не знаем, как это сделать без приборов.
Капитан не перебивал его, хотя понимал, что вопрос о пище — тактический. Надо было сначала решить главный вопрос — жить ли дальше либо, осмотревшись вокруг и убедившись, что шансов победить судьбу нет, все же покончить с собой.
— Нам следует отыскать местных жителей и внимательно наблюдать за ними, — сказала мудрая Не-лю. — Потом одеться, как они, научиться их разговору и влиться в их число так, чтобы они не заметили.
Это уже было конструктивное предложение, однако техническая сторона дела оставалась неясной. Во-первых, неясно было, захотят ли местные жители, чтобы их изучали…
— Я категорически против такого решения, — отозвался из-за колючего куста штурман Ут-пя. — Судя по известным картам Земли, в области, где мы приземлились, находятся обширные незаселенные пространства. Климат здесь пригоден для жизни. Мы должны затеряться в этих горах.
— Нам надо калорийно питаться, — напомнил горячий Ут-бе-бе, — иначе клетки головного мозга не будут получать должного питания и мы станем глупыми, как обезьяны.
— О нет! — вырвалось у умудренной Не-лю. — Только не это!
Не-лю, как и большинство жителей Дома, полагала, что самое страшное, что может приключиться с человеком, — это оглупление.
— Я не совсем представляю, как нам здесь выжить, — мрачно заявил капитан Ут-дирек, который вернулся к мысли склонить своих подчиненных к самоубийству, так как уже не видел смысла в продолжении жизни и накоплении позора. — Я полагаю, что лучше закончить все сразу.
— Ах, оставьте, капитан! — сказал штурман Ут-пя, который не мог простить капитану смерти своего помощника, приходившегося ему к тому же двоюродным племянником. — Вы имели все возможности уйти от нас дорогой чести, но предпочли испить с нами чашу позора.
— Я капитан, — ответил с достоинством Ут-дирек, — и как таковой должен разделять все испытания моего экипажа.
Ут-пя лишь отмахнулся, потому что знал, как на такое решение капитана посмотрят дома. Ведь каждая минута пребывания экипажа «ВВР» на Земле увеличивает опасность разоблачения.
Ут-пя поднялся и, скрываясь за кустами, отправился вниз по течению речки к тихой заводи, потому что его привлекло движение в водоеме. Не обращая внимания на укоризненные взгляды сотоварищей, он вошел в воду и стал приглядываться к существам, которые, поблескивая серебристым покровом, скользили под водой. Отдаленно они напоминали тех рыб, которых Ут-пя еще недавно ловил в речке, протекавшей у его родного города. Правда, там не встречались рыбки длиннее пальца, но и здесь, в горах, в небольшой речке, они были невелики.
Старый переводчик По-из, уловивший ход мыслей штурмана, присоединился к нему, не обращая внимания на наготу собеседника, и они заговорили о том, как бы лучше поймать рыбок.
Люба, нанервничавшаяся за день, задремала на камнях.
Капитан, обратившийся к умудренной Не-лю, подумал вслух, что недурно бы для начала отыскать какое-нибудь прикрытое от непогоды и любопытных глаз пристанище.
А так как штурман и переводчик пока не придумали, как ловить рыб в реке, то после некоторых споров все вместе, разбудив Любу, направились вниз по течению, надеясь отыскать приют до темноты.
Любопытно, что каждый из ученых, как они потом признавались, страдал по какому-нибудь пустяку и жалел, что не захватил его с собой. К примеру, капитан жалел, что не взял в нарушение правил маленький кипятильник, без которого неизвестно, как обеззараживать воду от местных, возможно, смертельных микробов.
А вот красавица Не-свелю мечтала о гребне — о своей полуавтоматической щетке, которая и мыла, и сушила, и завивала волосы. Зато умудренная Не-лю страшно боялась того, что, оставшись без книг, не захватив с собой хотя бы карманный словарь, она рискует поглупеть.
Постепенно голод все более мучил странников. Прошло уже несколько часов после катастрофы, и никто с тех пор не держал во рту и маковой росинки.
Однако пока не удалось придумать, как ловить рыбу, неизвестно было, можно ли поймать и убить какое-нибудь животное, съедобны ли грибы и ягоды, которые встречались на пути. Тем временем Ут-пя мысленно изобретал лук, пользуясь образами, почерпнутыми в историческом музее.
Уже начало темнеть и отчаяние охватывало путников, когда быстроногий Ут-бе-бе, заметив на обрыве темное пятно, поднялся туда и убедился, что это вход в небольшую нишу, углубление в обрыве, куда они смогли набиться, тесно прижавшись друг к другу.
С каждой минутой воздух становился все холодней. Голые люди впервые в жизни ощутили, что такое тепло обнаженного тела соплеменника.
Они долго не спали, прислушивались к звукам леса.
Страшно ухала какая-то ночная птица, бесшумно стаями пролетали перед пещеркой летучие лисицы, внизу неровно шумела вода…
— Если отыскать каменный наконечник, — сказал Ут-пя, — и приделать его к палке, получится копье.
Все зашикали на него, им показалось, что его голос разнесся на тысячи шагов вокруг.