Погружение!
Шрифт:
– Дава-а-а-а-ай!
Дрожащая лиана застыла. Мычащий Лёруш ударился лицом о трон. Ничего. Переживет.
– Дава-а-а-ай! Ну же! Давай, твою так…
Высвободил руку и шарахнул струной сверху-вниз. Гудящая энергия врезалась в бронированную задницу жука. Тот задергался. Затрещал. Голову Лёруша неестественно вывернуло. Еще струна. Еще! К трону с топотом несется пузан. Позолоченное жабо трясется под отвислыми золотыми мешками, некогда бывшими щеками.
– Дава-а-а-ай!
Хрусть.
И я полетел вверх тормашками. Надо мной со свистом
– Росгард Славный? – хриплый слабый голос раздался из-за трона.
Бах…
И настала очередь лететь кубарем еще одному мэру. Лёрушу врезал пузан. И того перебросило через трон и шмякнуло о пол у моих ног. Нагнувшись, я помог бедолаге встать, схватил его за плечи, заглянул в мутные глаза:
– Лёруш? Ты?
– Светлые боги – прохрипел он – Что же это?! Что за напасть со мной приключилась. Я помню. Но все как в тумане. Я ел и ел, никак не мог насытиться. Я брал взятки! Боги! Много взяток! Я требовал злата от каждого… что же я творил?!
– Это не ты – успокоил я его и хорошенько встряхнул бравого усача – Это проклятье! На тебя было наложено проклятье! Вернее на должность мэра.
– Не понимаю…
– Потом! – отрезал я – Готовься к бою, здоровяк! На нас нападают. Глянь туда!
– Ох…
К нам с целеустремленностью терминатора шагал пузан. За ним топал еще один подраненный жук. Из первого темного тоннеля бежала новая жидкая волна мелких жуков – где-то там они рождаются.
– Это же…
– Он самый – кивнул я, с удовольствием глядя приходящего в себя усача. С него дождем слетала позолота. Золотая статуя превращалась в живого человека.
– Я помогу! – твердо заявил Лёруш – Мне бы рапиру! Вон там оружие!
– Не трогай! – рыкнул я, пресекая его порыв – Все тут проклято! Не бери ничего!
Сам я не особо боялся – вряд ли меня превратит в ментального раба царящая здесь магия. Я чужеземец. Я игрок. Я защищен одним своим статусом. Но вот «местные»…
– ВЕРНИСЬ, ВЛАСТИТЕЛЬ! ВОССЯДЬ НА ТРОН! ПОЗНАЙ ВЛАСТЬ ВЕЛИКУЮ! – взвыл голос, поняв, что из его сетей ускользнула одна птичка.
– Я слышал раньше этот голос! Он повелевал мне! Требовал золота. Требовал еды… я приходил сюда набитый едой как колбаса… и извергал съеденное, кормя мерзких жуков – припомнил стражник некоторые подробности.
– К бою! – скомандовал я.
– Есть, господин мэр! – страж шагнул вперед и ударил ногой.
От пинка пузана отбросило на несколько шагов назад.
– Бей не его! – опомнился я – По жуку, что сидит на его голове! Он контролирует жертву!
– Мерзость! Сорвем! Растопчем! Уничтожим!
– Вот это настрой! – удовлетворенно кивнул я,
– Да, господин мэр!
Ловко обогнув пузана, стражник бесстрашно налетел на крупного жука и врезал ему кулаком. Силушки страже не занимать. Жалобно хрустнувший жук присел от удара, со звоном пробороздил лапами по золотому ковру из монет.
Свободной рукой я отправил в полет огненный шар, что накрыл набегающую мелочь. И пальнул струной. Мимо. Еще раз. Идет точно в цель… пузан вскинул руки, принимая на них удар магии и защищая свою живую корону.
«Босс! Мы у стены! Открыть сможешь?!».
«Нет. Ломайте!».
«Ок. Легко!».
– Ой мама… – сказал я вслух, когда из темного тоннеля вышло еще два золотых истукана. Два страшных головастика – на их головах сидели просто огромные жуки. У одного будто восточный здоровенный тюрбан на голове. А у второго… там целый жирный монстр. Как ноги и спина у несчастного выдерживают? Таскать такой груз… уровни двести пятьдесят и двести восемьдесят. И эти истуканы двигаются куда ловчее.
Столь больших жуков мне лианой не отодрать – даже с разделяющего нас расстояния видно, что лапы жуков обвивают шеи своих жертв. Тут отдирать только вместе с головой.
Большой жук врезался в стену и упал мертвой кучей. Исчез в посмертной вспышке. Отряхнувшись от остатков золотой пыли Лёруш прыгнул на спину теснящего меня пузана. Прыгнул удивительно ловко, одним быстрым ударом сбив того с ног и придавив к полу. Подкочив, я уселся на ворочающегося врага и крикнул:
– Отдирай жука!
Цифровая личность поняла меня быстро. Пальцы стража сомкнулись на паре вцепившихся лап и с хрустом выломали их. Жук затрещал.
– ОПОМНИСЬ! ВЕРНИСЬ НА ТРОН! И Я КОРОНУЮ ТЕБЯ!
С потолка свесилась тонкая нить. На ее конце барахтался крохотный золотой жучок. Готов занять место на макушке очередного болвана. Я взмахнул рукой и жука смело волной огня. Перебьемся без жуткой процедур коронации.
Поддались еще две лапы. Лёруш поднатужился и сорвал жука с насиженного места. Не отпуская добычи, врезал и о пол. И еще. И еще. Во все стороны летели куски панциря, остервеневший страж долбил насекомым как молотком. Как гвозди забивал. Но не преуспел – «молоток» потерял последние лапы и сдох.
– Ох… – задушено издал пузан – Как болит голова.
– Вставайте и деритесь, бывший мэр! – окрик Лёруша был похож на хлещущий удар бича.
Куда там. Приподнявший голову толстяк глянул на ползущих жуков, что-то проблеял и, не вставая, на карачках рванул за наши спины, оказавшись там с поразительной для такой туши скорости.
Характеры никуда не делись. Лёруш – боец и храбрец. Пузан – трус. И заставить его драться практически невозможно. У меня во всяком случае не получится – не гнать же его в бой кнутом. Нет у меня кнута. Разве что липкой лианой по трусливой заднице стеганут. Так ведь минус в карму запишут – измывательство над едва очнувшимся мучеником…