Погружение
Шрифт:
Парень, перехватив по удобнее трубу двумя руками, шаг за шагом начал приближаться ко мне, выставив ее вперед. Он что-то тарабанил на своем языке, прожигая меня взглядом.
— Так, стоп! — внезапная мысль пронзила меня, и я опустил взгляд вниз, совершенно не задумываясь, что пацан может этим воспользоваться.
Комбинезон, в котором я пришел в этот мир ярко переливался медным цветом. Символы на нем попеременно вспыхивали, более мелкие сливались с другими такими же, образуя большие, а те в свою очередь, уже почти полностью заполнили поверхность комбеза, вытеснив
Засмотревшись на причудливую метаморфозу комбинезона, я таки упустил из виду парня и чуть было не поплатился за это целостностью своего черепа. Труба, прошла сверху вниз, едва не задев меня и мальчишка, не рассчитав силу инерции тяжелой железки, начал проваливаться вслед за ней.
Я не дрался уже довольно давно, еще с тех пор как служил в армии, и опыт уличных драк у меня отсутствовал как таковой, но упустить такой шанс было трудно. Подняв колено на уровне животе, просто подставил ногу по ходу движения и мой незадачливый противник сам себя наказал за безрассудную атаку.
Согнувшись пополам, он выпустил трубу из рук и осел на пол, пытаясь протолкнуть в свои лёгкие хоть глоток воздуха, открывая рот подобно рыбе, выброшенной на берег. Пока он приходил в себя, я ногой отбросил в сторону оружие, и поняв, что выбора нет, снял еще и штаны, сообразив из них импровизированную веревку.
Парень, размазывая слезы и сопли по лицу, с испугом смотрел за моими телодвижениями. Даже когда я шагнул к в его сторону, он не попробовал убежать, лишь громче заплакал. Видимо последнюю атаку он совершал на одних морально-волевых, а теперь и вовсе расклеился.
У меня мелькнула мысль, что может и не стоит его связывать, на столько безобидно выглядел, словно по волшебству превратившись из дикого звереныша в маленького мальчика. Но тут у меня зачесалось в районе виска, как бы напоминая, что это я мог бы лежать сейчас на полу с повышенной концентрацией металла в голове, поэтому подавив чувство жалости, лишь потуже затянул узлы на ногах и руках паренька.
Обездвижив мальчишку, с чувством удовлетворения распрямился и отряхнул руки. Сама схватка, если можно ее было так назвать, так как после упущенной возможности, у парня не было и шанса на победу, и последующее связывание вряд ли длились больше пары минут. Именно столько понадобилось времени, чтобы опомниться моей виртуальной напарнице.
— Ты чего творишь!? — Девушка задыхалась от гнева. Мне даже стало интересно, как виртуальные существа могут задыхаться. Надо будет как-нибудь расспросить на досуге.
Интонация Алин прекрасно давала понять, что, если бы у проекции была бы плотность и масса, я огреб бы похлеще, чем о от пацана:
— Это же ребенок! Ты как посмел его ударить, садист? Он же и так еле живой, а ты его чуть не добил окончательно!
— Успокойся, матушка-гусыня, ничего с твоим гадким утенком не случится — увидев, как глаза голограммы готовы вылезти от возмущения, понял, что только что подкинул на свою могилу пару лишних лопат земли.
— Что там с девочкой? Жить будет? — я постарался перевести разговор на другую тему, пока Алин стояла, пучив глаза.
Подобрав разбросанные
— Алин, включи мозг, или что там у тебя сейчас за место него — прозвучало, конечно грубовато, но концентрация адреналина в крови стала снижаться и на меня начал накатывать мандраж — Я не мастер по связыванию маленьких мальчиков и не хочу получить обрезком трубы по голове, пока занимаюсь девчонкой.
Разложив аптечку на столе, взял баллончик с пеной и обработал культю руки. Больше всего я опасался, что меч будет недостаточно острым, и лишь раздробит кости, но на удивление срез был довольно таки ровным. Да и прижег рану довольно удачно, по крайне мере кровь из обрубка не хлестала.
Само место среза выглядело страшно, и запах паленной плоти был на столько отвратительным, что если бы я не дышал подобной дрянью уже больше шести часов, то скорее стоял бы и блевал больше, чем врачевал.
— Кстати, да! Может мне надо было в моем мире пойти на военного врача? — обрабатывая рану, разговаривал сам собой в слух — А что? За последние дни только и занимаюсь тем, что сражаюсь да лечу. И даже все выживают вроде. По крайне мере жалоб пока не поступало.
Закончив наносить последний слой пены на девушку и для успокоения совести еще раз проведя над ней сканером, я с облегчением вздохнул. Каких-то пол часа, а я ощущал себя измотанным, как будто пробежал марафон, неся на себе шар земной.
Девочка затихла, окончательно отключившись от очередной порции обезболивающий и лишь хриплое дыхание да показания монитора жизнеобеспечения убеждали меня, что она жива. Ее брат лежал на полу скрючившись и похоже был без сознания. По-хорошему и его бы следовало проверить на наличие скрытых «пассажиров», но я настолько устал, что мне стало все равно, тем более тот же медстаб молчал, так что можно было не торопиться.
Руки начали дрожать сильнее, я с большим трудом положил лекарства в аптечку, и прямо там же опустился на пол, прислонившись к спинке стола спиной. Не смотря на усталость, спать мне не хотелось. Хотелось просто сидеть и ни о чем не думать. Слушать мягкий голос, пусть не осязаемой, но такой живой девушки. И надеяться, что я нахожусь здесь на самом деле, а не брежу в какой ни будь комнате с мягкими стенами.
— Алин? Алин? — позвал я девушку.
Та появилась предо мной, присев и положив голову на коленки, так что мне не нужно было разговаривать, задирая голову вверх.
— Что такое? Извини меня! Я не могу просто смотреть как они мучаются! А я не могу им ничем помочь! Я даже дотронуться до них не могу! — затараторила девушка.
— Алин!
— Что?
— Кто же ты на самом деле? — задал я ей вопрос.
Глава 16
Девушка удивленно подняла на меня глаза и вроде даже дернулась, будто собиралась проверить рукой, нет ли у меня температуры.