Погружение
Шрифт:
Вера решительно вдет наверх.
МИЛИЦИОНЕР. Куда вы?
ВЕРА. За паспортом. Он у меня в чемодане.
МИЛИЦИОНЕР. Не ходите туда.
Вера садится на место.
ДАША. А у меня вообще паспорта нет.
МИЛИЦИОНЕР. Ну какое-нибудь удостоверение личности у вас есть?
НИКИТА. Шеф, лично у меня из удостоверения личности есть только записная книжка.
МИЛИЦИОНЕР. Вы, гражданин Лебрен, пока помолчите.
АЛЕКСЕЙ. Не надо никаких паспортов. У меня есть список всех участников погружения./вынимает из
МИЛИЦИОНЕР. /смотрит список/ А почему не указано место работа?
АЛЕКСЕЙ. При чем здесь место работы?
МИЛИЦИОНЕР. А при том, что сейчас рабочее время. Сейчас не погружаться надо, а на рабочем месте сидеть, если вы, конечно, не в очередном отпуске. Где у вас телефон?
ЛЫСОВ. Вот, на полке.
МИЛИЦИОНЕР. /набирает номер/ Юдин? Докладывает сержант Горшков. Да, по вызову. Имеет место происшествие. Труп. Понятно. Есть. Я думаю, что проводник с собакой не нужен. Следов насилия при поверхностном осмотре трупа не обнаружено. Есть. Понял.
МИЛИЦИОНЕР. /садится, берет в руки список/ Ева Сергеевна Гофф.
АЛЕКСЕЙ. Она умерла. А работала, кажется, в библиотеке.
МИЛИЦИОНЕР. /вычеркивает Еву из списка/ Вера Евгеньевна...Грошева? Непонятно написано.
ВЕРА. Не Грошева, а Гошева./заглядывает милиционеру через плечо/ А почему вы меня называете? Я в списке последняя.
МИЛИЦИОНЕР. /прячет от нее список/ Я вызываю избирательно. И вообще я могу начать список с любого конца.
ВЕРА. Почему вы меня за паспортом не пустили?
МИЛИЦИОНЕР. Потому что туда без понятых хода нет.
ВЕРА. Возьмите меня в понятые и пойдем.
МИЛИЦИОНЕР. Вы не понятая, вы очевидец, а лучше сказать -свидетель, а еще можно сказать...
ЛЫСОВ. Ей что - в убийстве нас что-ли подозреваете?
НИКИТА. А что? Идеальная ситуация! /милиционеру/ Друг, ты Агату Криста читал?
МИЛИЦИОНЕР. С вами, гражданин Дебрей, будет особый разговор.
АЛЕКСЕЙ. Да не Лебрен он. Он/течет дальнем в список/ Никита Бурцев. Мы здесь все живем под выдуманными именами.
МИЛИЦИОНЕР. Понятно, понятно...
НИКИТА. Нет вы представьте. Пустой дачный поселок, вокруг ни души. Следов никаких. На даче восемь человек, и вдруг один умирает. Отчего неизвестно. Мы все на подозрении. Теперь этот юный Эркюль Пуаро будет распугивать узел.
ВЕРА. Прекратите треп. Глупо. И в конце концов просто непорядочно по отношению к Еве.
ЗАХАР. Может оно и непорядочно. Но ее счастье, если у нее инфаркт или инсульт. А если она снотворными опилась, то мы уже и отравители.
МИЛИЦИОНЕР. /очень заинтересованно/ Отравители?
ВЕРА. / со злобой/ Ну конечно, здесь перед вами леди Макбет, Раскольниковы. Борджиа всех мастей, кто там еще?
ЗАХАР. /милиционеру/ Вы сумочку покойной посмотрите, она битком лекарствами набита. Она без снотворных спать не могла.
В комнату входит мадам -Анна Кирилловна.
АННА. Бонжур.../внимательно всех осматривает/ Что здесь
ЗАХАР. /милиционеру/ А вот и наша учительница.
НИКИТА. /подходит к Анне, говорит негромко/ Анна Кирилловна, я не хотел вам говорить по телефону. Мадам Лекер умерла.
АННА. Ева? /видно что она потрясена, не снимая пальто проходит в комнату, садится в кресло/.
МИЛИЦИОНЕР. /Анне/ Вы есть в списке?
АЛЕКСЕЙ. Анны Кирилловны в списке нет.
В комнату входят двое: следователь, мужчина около тридцати лет, очень деловой, и немолодая женщина - врач.
СЛЕДОВАТЕЛЬ. Здравствуйте, товарищи. Я следователь, моя фамилия Перцев. А это судмедэксперт - Мария Христиановна Воронцова. Убедительно прошу вас оставаться на месте, то есть не уезжать с дачи. Сейчас мы в присутствии понятых осмотрим место происшествия.
ЛЫСОВ. Так не было никакого происшествия.
СЛЕДОВАТЕЛЬ. Происшествием мы называем смерть. Понятых желательно позвать со стороны. Хотя это чистая формальность.
МИЛИЦИОНЕР. Вот гражданка Анна Кирилловна может быть понятой, ее здесь не было в момент смерти.
АЛЕКСЕЙ. Еще можно сторожиху с соседней дачи позвать.
СЛЕДОВАТЕЛЬ. Позовите, пожалуйста./милиционеру/ Горшков, проводи, будешь писать протокол.
Следователь, врач, Анна медленно поднимаются за милиционером вверх по лестнице.
Картина вторая.
На кухне за столом сидят Вера, Алексей и Захар. На плите закипает чайник.
АЛЕКСЕЙ. Ну вот, дело пущено. Теперь от нас уже ничего не зависит./о усмешкой/ Только правду, одну правду, голую правду...
ВЕРА. Нужна Еве наша голая правда.
АЛЕКСЕЙ. И странно, я ведь о ней ничего не знаю. Словно в поезде в соседнем купе человек помер. Кто? Пассажир...
ВЕРА. Вначале все в состоянии шока -охают, переживают, жалеют, а потом проехали ближайшую станцию и...все возвращается на круги свои.
Свистит кипящий чайник. Алексей неторопливо начинает заваривать чай.
АЛЕКСЕЙ. В чай хорошо душицу класть и цветки липы. От горячего они разбухают, становятся прямо как живые.
ЗАХАР. Вас, значит, зовут Вера.
ВЕРА. Выходит так.
ЗАХАР. А я - Захар, учитель словесности.
ВЕРА. Тоже не трудно догадаться.
АЛЕКСЕЙ. А вы для меня всегда будите Жанна, неосуществившаявся мечта о Париже.
ЗАХАР. Почему - неосуществившаяся? Человек без мечты...
АЛЕКСЕЙ. Не надо цитировать классиков. Я так истово мечтаю, что все чешется /показывает/ . Но я реалист и понимаю, что самое золотое время это не то, когда рак на горе свистнет, и ты в Париже окажешься, а когда ты туда только оформляешься. Анкеты, собеседования, а ты уже мысленно гуляешь по Монмартру. Хорошо! Потом -трах!: сдайте билеты, ты никуда не едешь. Но ведь было, было, весь Париж в мечтах обгулял. Наше погружение было той же мечтой. Летом во Франции должна была состояться небольшая конференция...