Погранец
Шрифт:
– Нет, не запрещено. Партизан значит?
Тут я услышал окрик сзади:
– Решала!
С недоумением обернувшись, это кто тут из знакомцев, и прикрывшись ладонью от солнца, прямо в глаза били лучи, рассмотрел стоявшего у машины генерала, и улыбнулся. Козырнув старлею, я подбежал к генералу, отбив три печатных шага, кинул руку к виску и хотел было доложится, но тот не дал, обнял. Это Ковпак был. Познакомились, когда с агитбригадой по Украине ездили. Он как раз из своего рейда вернулся, да и мы готовились возвращаться. Тот отпустил и отступил на шаг, с интересом меня изучая.
– Подрос. Сколько сейчас?
– Десять в феврале было.
Тут и старлей подошёл, вернул
– Товарищ генерал-майор, вы знаете его?
– Знаю. Легендарная личность в Белоруссии. Там всего его знают, как Решала. Даже до наших краёв донеслась его слава.
– Решала? Точно, я смотрю лицо знакомое.
Козырнув, старлей отошёл и продолжил патрулирование, а генерал спросил:
– Ты здесь один?
– Вольная птица, куда хочу туда и лечу. Решил на столицу посмотреть, сейчас к фотографу иду, снимок сделать, памятный.
– Хм, хорошая идея. Адрес знаешь?
– Да.
– Я с тобой прокачусь.
Я не возражал, мы сели во вполне неплохой и новый белый «Мерседес», трофейная машина, и покатил по адресу. Водила видимо местный, быстро привёз, не плутал. Очередь небольшая была, но нас пропустили вперёд. Дальше у нас был общий снимок с генералом, с дважды Героем Советского Союза. Тот сидел, я стоял у его плеча, положив руку на спинку стула. Потом наши снимки, но по одному. Узнав, когда готовы будут, вечером можно зайти, или завтра утром, оставили аванс и покинули рабочее место еврея-фотографа. Тот сам предложил пообедать, время уже подходило к обеду. Я на халяву поесть всегда рад, о чём и сообщил тому, вызвав добродушный смех. Думал в какой ресторан повезёт, в столовую генералу не по чину ходить, но нет, мы поехали в здание Генштаба. Вот там в столовой генералы косяками ходят. Тут можно, урона чину нет. Мы сделали заказ официантке, и пока ожидали его, Ковпак спросил:
– Ты чего тут делаешь один. Сбежал?
– От кого?
– не понял я.
– От командования.
– От какого командования?
– ещё больше запутался я.
– Так. Ты сейчас где числишься?
– Нигде. Почти три месяца назад отряд наш расформировали, как Барановичи освободили, и меня ногой под зад на гражданку. Хорошо командир отряда в городе комендантом стал, пристроил киномехаником в кинотеатр. Только там недолго проработал. Харламова на фронт, а новый комендант тоже под зад ногой. Уже привыкаю к пенделям. Кинотеатр проходит по его ведомству, на баланс города ещё не передали. Ну а я, став вольной птицей, полетел страну нашу необъятную изучать, пока лето, и начал с того что решил в Москве побывать.
Тот задумчивым был, но сказать ничего не успел, нашему столу подошёл смутно знакомый мне генерал-лейтенант, со Звездой Героя и другими наградами. Испросив разрешения, сел к нам. А это Судоплатов оказался. Ковпак нас друг друга представил. Тот сообщил:
– Как же, слышал, и не раз, операция по захвату грузовика с солью, проведена ювелирно. Я сам обещался с тем офицером-интендантом, что ты в плен взял. Интересный персонаж, многое поведал. Он слишком много знал, для такого небольшого звания, и мы провели благодаря этим сведеньям несколько блестящих операций. Это слова Главнокомандующего.
Мы стали общаться, тут принесли нам и заказы, Судоплатову тоже. Мы стали обедать, а потом, когда до чая дошло, продолжили общаться. Ковпак начал вдруг вспоминать как впервые меня увидел. Ну не вдруг, это Судоплатов тонкими вопросами подвёл того к этому.
– Мы в столовой были, там столы, навесы. Устали, только из рейда. Кто-то от реки мокрый шёл, купались. И была у нас радистка, Леночка, красоты неописуемой, все офицеры на неё любовались
– Девушка, а вы животных любите?
Та знаешь, так насторожилась, внимательно на него посмотрела. Я уже потом узнал, что Решала за те два дня, что они у нас были и фильмы показывали, несколько раз над ней прилюдно пошутить успел. Как и с нашим военврачом Ириночкой, тоже красавицей. Поэтому ничего хорошего та не ожидала. Однако Леночка девушка бойкая, острая на язычок, потянулась так томно и сказала:
– Да, люблю.
А Решала ей, жалостливо, с надеждой заглядывая в глаза, сказал:
– Девушка, а возьмите меня к себе домой жить. Я такая скотина…
Тут весь зал грохнул. Ковпак описывал ту историю ярко, особо голос не понижая, размахивал руками, так что не удивительно что привлёк внимание всего зала и те нас слушали. Генерал, по-моему, сильно удивился этому, стал осматриваться, смущённо улыбаясь.
– Забавно, - улыбаясь, сказал Судоплатов.
– И чем тебе сержант не угодили красотки?
– Тоже мне красотки. Ни сисек, ни поп. Одно радует, на мордахи смазливы.
– Ты и их фигуры рассмотреть успел?
– похоже начиная догадываться что было, спросил Судоплатов.
– Я не подсматривал, разделся, и хотел искупаться. Кто же знал, что они за кустами? Вышли голые и визг подняли, давай гонять меня крапивой. Я же тоже без трусов был. Мне девять лет, о чём они вообще подумали? Бесстыжие. Извращенки. Мне года три-четыре расти до того возраста, о чём они надеялись. Не оправдал надежд.
Тут уже и Судоплатов не выдержал, коротко рассмеялся. Ковпак с улыбкой кинул и сказал:
– А уж как он пошутил над Ириной, это не встать ни описать.
– А вы попробуйте, мы послушаем, - предложил главный диверсант Сталина.
– Значит, дело было утром, когда все на завтрак выходили. Решала где-то нашёл конфеты, шаманское, всё это красиво так расставил. Ещё когда светло, чтобы никто не видел…
Ковпак рассказывал ярко, со смаком, тот явно тащился от тех розыгрышей, а спалил меня часовой, видел, как я там тихарился и раскладываю заготовки для шутки. Она кстати удалась. Главное, чтобы ты была не пошлой, а немного обидной и смешной. По три раза над обеими пошутил и хватит. Тем более мы дальше уходили. Хотя девчата отомстили, по-своему, подстерегли, при всех поблагодарили за науку, и по очереди, под завистливые взгляды всех мужиков и парней вокруг, смачно поцеловали. Не в губы, в щёки, оставив яркие следы помад. А мы поехали, и я с такими украшениями. Из принципа до вечера не стирал, вызывая смешки у нашей агитбригады и её охраны. Про это Ковпак тоже в красках рассказал, он присутствовал. А дальше меня отвели в один из кабинетов, свободных, и стали уточнять, какие планы и всё такое. Как я понял, те собирались меня куда-то пристроить. Вроде Суворовского училища. Ну да, прям бегу. В смысле, сразу и сбегу. Тут Судоплатов серьёзным голосом и пояснил. Я убивец, убиваю легко и просто, за войну научился этому. Он уже встречался с такими парнишками войны. Если хулиганы нападут, такие дерутся до конца, используя всё, от рук и ног, до ножей. И бьют насмерть. Для них это не просто драка, подрались и подружились, а драка насмерть. Много случаев таких было. И остаётся им одно, военная служба, где их инстинкты возьмут под контроль. В общем, лапшу на уши вешал красиво, и профессионально, я аж заслушался. И согласился попробовать. Меня ждало особое военной учебное заведение. Если что, свалю.