Поглощенный
Шрифт:
– Да пошла ты, Сиенна, это не то, о чем ты думаешь.
Я сдвигаюсь на край кресла и затем встаю.
– Я не сказала ни слова.
Пока прохожу мимо Уайтта, направляясь к выходу из автобуса, Синджин смеется - один из тех редких случаев, когда его смех кажется настоящим, и это странно.
На улице начало августа, и солнечный свет греет лицо, слепя глаза. Я думаю, не вернуться ли обратно в автобус за солнцезащитными очками, но потом решаю плюнуть на это. Во-первых, мне не хочется прерывать беседу ребят. А во-вторых, я не уверена, что
Садясь на нижнюю ступеньку автобуса, достаю из кармана телефон и набираю бабулю. Я не разговаривала с ней со среды, и когда задумываюсь о том, что мы сможем увидеться лишь в конце следующей недели, после моего возвращения домой в целях завершения основной работы, начинаю невыносимо по ней скучать.
После того, как никто не отвечает на домашнем номере, я набираю ее мобильный. Спустя пару гудков она берет трубку, и ее голос кажется довольным. Я тоже не могу сдержать улыбки.
– Мы только говорили о тебе сегодня утром! У тебя там все хорошо?
Предполагаю под "мы" она имеет в виду себя и моего брата.
– На самом деле здесь все иначе.
– Не в плохом значении этого слова, я надеюсь?
– Нет-нет, все хорошо, - убеждаю я ее.
– Конечно, к тому времени как я ко всему смогу привыкнуть, тур уже, наверное, закончится.
– У тебя много работы?
Прижимая телефон к уху плечом, я тру ладони о переднюю часть шорт. Работа консультантом Лукаса требует не очень больших усилий, так как выбор одежды и необходимость в моих консультациях минимальны. В буквальном смысле. Но вне сомнений, бабушка уже это знает.
– Не так много, как было, когда я работала дома, - этот ответ кажется безопасным, верно?
– Что ж, я не могу дождаться, когда ты вернешься домой.
– Я приеду всего на несколько дней, - большую часть из которых проведу за работой по подбору костюмов для нового реалити-шоу, базирующегося в Нэшвилле. Поэтому лучше подготовить ба к тому, что меня почти не будет дома, таким образом, она не так сильно расстроиться на следующей неделе.
– Придется проделать кучу работы, пока буду дома.
Она шумно вздыхает, а затем слышится приглушенный резкий мужской голос, обращающийся к ней.
– Сиенна, дорогая, я перезвоню тебе позже. У меня сейчас встреча, так что...
С тех пор как бабушка стала нашей с Сетом опорой и защитой от всякой хрени, связанной с нашей матерью, я всегда старалась внимательно относиться к ней. Так что сейчас, услышав слово " встреча", ощущаю, как на затылке волоски встают дыбом.
– У тебя все в порядке? Ты ведь не больна?
– Успокойся, - она испускает неуверенный смешок.
– У меня встреча с адвокатом.
И даже не спрашивая, я знаю, что это связано с моей матерью. Подношу руку к телефону и сжимаю его со всей силы.
– Надеюсь, она не попросила тебя потратить деньги, наняв для нее адвоката.
– Это всего лишь консультация. Я обещаю, что не потрачу на нее ни пенса.
– Извини, я просто...
Когда
– Я знаю и люблю тебя за то, кто ты есть. Перезвоню тебе, когда буду дома, ладно?
Я неосознанно киваю; несмотря на то, что единственные люди рядом со мной - пара ребят из обслуживающего персонала, которые проходят мимо, споря о чем-то связанном с басс-гитарами.
– Я тоже тебя люблю, - шепчу я.
После того, как бабуля кладет трубку, бросаю телефон себе на колени и смотрю на заставку в виде фото пляжа до тех пор, пока экран не становится черным. Одна часть меня до боли хочет узнать, зачем мама заставила бабушку пойти к юристу, но другая - остерегающаяся всего, что связано с матерью - побеждает первую. Мама принесла бабушке столько горя и стресса, что я едва ли могу вспоминать о ней без чувства горечи и обиды.
Когда я наконец встаю, думая вернуться в автобус, то вижу Лукаса и Кела, выбирающихся из другого автобуса на противоположном конце стоянки. Взгляд Вульфа моментально встречается с моим, и уголки его губ приподнимаются. И хотя он все еще оживленно общается с Келом, Лукас машет мне рукой, приглашая подойти. Я сую телефон обратно в карман и направляюсь к ним.
Кел подносит банку с энергетиком к губам, и когда опускает ее, в его глазах танцуют смешинки.
– Синджин напугал тебя так сильно, что ты сбежала?
Мотая головой из стороны в сторону, я останавливаюсь рядом с Лукасом. Не глядя на меня, он тянется и оборачивает свои руки вокруг моей талии, притягивая к себе. Как и всегда, его прикосновение магнетическое. Я плавлюсь рядом с ним, не волнуясь о том, что в Хьюстоне сейчас царит невыносимая жара.
– Я могу справиться с Синджином. Даже при том, что прямо сейчас на нем нет штанов.
– Звучит здорово, - Кел одаривает меня лучезарной улыбкой.
– Думаю, твои слова можно воспринять, словно самоприглашение переехать в наш автобус.
– Только через мой чертов труп, - усмехается мне Лукас, выглядя более расслабленно, чем был последние несколько дней.
– Синджин - ручной зверек, по сравнению с Келом.
– Уайтт поддерживает мое равновесие, - возражает Кел.
– Он был девственником до того, как...
– его взгляд скользит по моему телу, а затем парень наклоняет голову в сторону.
– Ну, блин, в общем, он был девственником.
Я прикусываю губу, чтобы скрыть улыбку. Из близлежащего окна автобуса слышится шум, и я откидываю голову назад, замечая палец с окрашенным в розовый цвет ноготком, который и выстукивает четкий ритм по стеклу.
– Думаю, тебя зовут.
Оглядываясь, Кел машет женщине внутри автобуса, а затем снова поворачивается к нам с Лукасом.
– Похоже на то. Боже, я люблю Хьюстон, - он хитро улыбается нам, направляясь по ступеням в автобус. Но как только заходит внутрь, Кел хватает что-то из-за двери. Я удивлена, когда он протягивает мне гитару, размахивая ею перед моим носом, пока я не беру ее в руки.