Поэзия
Шрифт:
Спустил уже Лукашкин дед
И наш Лукашка, бедный малый,
Остался нищим с малых лет.
Судьбою не был он балуем,
И про него сказал бы я
Судьба его снабдила хуем,
Не дав в придачу - ни хуя!
Ч а с т ь ч е т в е р т а я
Настал уж вечер дня другого.
Купчиха гостя дорогого
В гостиной с нетерпеньем ждет,
А время медленно идет.
Пред вечерком она помылась
В пахучей розовой воде
Чтобы
Помадой смазала в пизде.
Хотя ей хуй большой не страшен,
Но тем не менее ввиду
Такого хуя, как Лукашкин
Она боялась за пизду.
Но чу! звонок! она вздрогнула...
И гость явился ко вдове...
Она в глаза ему взглянула
И дрожь почудилась в манде.
Пред ней стоял, склонившись фасом,
Дородный, видный господин.
Он прохрипел пропитым басом:
"Лука Мудищев, дворянин."
Вид он имел молодцеватый:
Причесан, тщательно побрит,
И не сказал бы я, ребята,
Что пьян, а все-таки разит...
"Весьма приятно, очень рада,
Про вас молва уже прошла."
Вдова смутилась до упаду
Сказав последние слова.
Так продолжая в том же смысле
Усевшись рядышком болтать,
Вдова одной терзалась мыслью
Скорей бы еблю начинать.
И находясь вблизи с Лукою,
Не в силах снесть томленья мук,
Полезла вдовушка рукою
В карман его широких брюк.
И под ее прикосновеньем
Хуй у Луки воспрянул вмиг,
Как храбрый воин пред сраженьем
Могуч и грозен и велик.
Нащупавши елдак, купчиха,
Мгновенно вспыхнула огнем
И прошептала нежно, тихо,
К нему склонясь: "Лука, пойдем!"
И вот уж не стыдясь Луки
Снимает башмаки и платье
И грудей обнажив соски
Зовет Луку в свои обьятья.
Лука тут сразу разъярился
И на купчиху устремился
Тряся огромною елдой
Как смертоносной булавой.
И бросив на кровать сразмаху,
Заворотивши ей рубаху,
Всем телом на нее налег,
И хуй задвинул между ног.
Но тут игра плохою вышла,
Как будто ей всадили дышло,
Купчиха вздумала кричать
И всех святых на помощь звать.
Она кричит - Лука не слышит,
Она еще сильней орет,
Лука, как мех кузнечный дышит,
И все ебет, ебет, ебет!
Услышав крики эти, сваха,
Спустила петлю у чулка
И шепчет, вся дрожа от страха,
"Ну, знать, заеб ее Лука!"
Матрена в будуар вбегает,
Купчиха выбилась из сил
Лука
Но еть бедняжку продолжает!
Матрена, в страхе за вдовицу,
Спешит на выручку в беде
И ну колоть вязальной спицей
Луку то в жопу, то в муде.
Лука воспрянул львом свирепым,
Матрену на пол повалил
И длинным хуем, словно цепом
Ее по голове хватил.
Но тут купчиха изловчилась,
(Она еще жива была)
В муде Лукашкины вцепилась
И их совсем оторвала.
Но все же он унял старуху
Своей елдой убил, как муху,
В одно мгновенье, наповал
И сам безжизненный, упал!
Э п и л о г
Наутро там нашли три трупа
Матрена, распростершись ниц,
Вдова, разъебана до пупа,
Лука Мудищев без яиц
И девять пар вязальных спиц.
Был труп Матрены онемевший,
С вязальной спицей под рукой,
Хотя с пиздою уцелевшей,
Но все с проломанной башкой!
К о н е ц
Стихотворения (Из цикла "девичьи шалости")
* * *
Поначалу "аз" да "буки",
А потом хуишко в руки.
* * *
Ученье - свет,
А в яйцах - сила.
* * *
Стая воробышков к югу промчалась,
Знать надоело говно им клевать...
Там на осине ворона усралась...
Ну и природа, еб твою мать.
* * *
Шел хуй по хую,
Нашел хуй на хую,
Взял хуй за хуй,
Посмотрел хуй на хуй,
Ну зачем мне хуй?
Когда сам я хуй?
Взял хуй за хуй
И выкинул на хуй.
Сельский вид
Жаркий день мерцает слабо,
Я гляжу в окно.
За окошком серет баба,
Серет, блядь, давно.
Из ее огромной сраки
Катыхи плывут...
Полупьяные ребята
Девку еть ведут.
Девка вся горит-пылает.
"Матушка", - орет...
Прислонившийся к забору,
Мужичек блюет...
За рекой расплата в драке,
Телка в лужу ссыт.
Две сукотные собаки
Вот вам сельский вид.
* * *
– Ебена мать, - кричат, когда штурмуют,
– Ебена мать, - кричит тот, кого бьют,
– Ебена мать, - кричат, когда рожают,
– Ебена мать, - кричат, когда ебут,
"Ебена мать" под русскою короной,
"Ебеной матерью" зовут и Агафона,
Хоть знают все, что фоньку не ебут,
Но все ж "ебеной матерью" зовут.
"Ебена мать" - для русского народа,
Что мясо в щах, что масло в каше,