Поезд

Гром Ирина

Картина в купе номер четыре оставалась прежней: читающая дама, грустный мужчина и молодые люди, сидящие напротив друг друга, в своих телефонах. Зрелище было весьма печальное. Они не говорили, не рассказывали анекдоты, они просто пытались скоротать время в пути, вместо того, чтобы прожить его и насладиться им.

– Вот ты где! – закричал высокий молодой человек, который заглянул в их купе. – Я уже думал: всё, финита ля комедия. Вернее, трагедия! И тут – БАЦ, а ты в моём вагоне!

Марго сняла наушники, ничего не понимая. Она видела его впервые.

– ТАДАМ! – закричал он и раскрыл ладонь, в которой было золотое кольцо с изумрудом.

Кирилл тоже начал наблюдать за всей

историей. Василий рассматривал камень и пытался прикинуть его стоимость. Лиля, что-то сама себе придумала – и начала уговаривать Марго ответить «да». Даже сам парень растерялся, услышав просьбу женщины с книгой.

– Я не знаю её… Я просто сбил тебя на перроне, помнишь? – он вертел головой, глядя то Лилю, то на Марго.

– Да. Точно. Я поняла, увидев моё любимое кольцо, спасибо! – Марго улыбалась так искренно, что Кирилл снова не мог оторвать глаз от неё.

– Не стоит меня благодарить, я просто исправил свою же ошибку! Вот держи! – он протянул руку и случайно прикоснулся к Лиле, которая сидела перед Марго. Она сильно вздрогнула и подскочила. Потом начала тяжело дышать.

– С вами всё в порядке? Что случилось? – спросила Марго.

– Всё хорошо. От неожиданности, – ответила Лиля.

Марго забрала кольцо и надела его на палец. Потом посмотрела на свою руку и улыбнулась.

– Всё же спасибо, что поймал его.

– Прости, ещё раз. Пойду к себе, – и молодой человек развернулся и ушёл, а Лиля по-прежнему сидела с каменным лицом.

– Мне надо выйти, – сказала она, вышла и закрыла за собой дверь.

– Странная женщина, всё сегодня странное… – заговорил Кирилл. – Лучше бы полетел, но ведь брат, мелкий гад уговорил поездом, взял на слабо! – продолжал он, потирая ладони.

– А я не летаю – боюсь. Избегаю пока самолётов всеми возможными путями…

– Железнодорожными! – закончил предложение Василий вместо Марго и рассмеялся. Кирилл улыбнулся, ему шутка тоже показалась забавной.

– Получается, что так! – сказала Марго. И после этого снова наступила тишина.

Минут через десять вернулась Лиля. Она уже пришла в себя, села и громко сказала:

– Мы, конечно, с вами не друзья, но я всё же скажу. Что-то плохое случится сегодня с наступлением сумерек. Этот парень… когда прикоснулся, меня будто током ударило. И чувство такое пришло нехорошее! Я на следующей станции сойду, я уже проводницу предупредила. А вы как хотите! Не хочу потом вину свою чувствовать, думала долго – вот пришла и говорю! – она громко выдохнула.

– А с виду же приличная женщина, и тут такое – гадалка-шарлатанка. Сколько живу, первый раз такое! А платить за такую ценную информацию надо? – спросил Василий, улыбаясь. – Вы слышали, э? – он громко прокричал, чтобы Кирилл и Марго услышали его. Они сняли наушники.

– Что? – одновременно переспросили они.

– Она выходит на следующей станции! – повторил Василий.

– Хорошо. А мне какое дело? – удивился Кирилл.

– Да ну вас. В уши себе вставляете эти штуки, ничего не слышите! – причитал Василий.

– Вы хорошо себя чувствуете? – поинтересовалась Марго у Лили.

– Вот выйду, и станет отлично, укачало меня, – ответила Лиля и открыла книгу.

Она не могла читать, а просто делала вид, чтобы больше не разговаривать. Она не была ни ведьмой, ни магом, ни экстрасенсом, но иногда случалось, что предчувствовала что-то. Такие моменты случались крайне редко. Впервые Лиля предсказала беду, когда ей было восемь лет. Она жила в большой деревне, где особых развлечений, кроме казаков – разбойников, и быть не могло. Однажды к ним приехал фокусник и в местном клубе творчества показывал фокусы детям, но она не пошла и просила свою лучшую подругу не ходить.

Конечно, Маша её не послушала, и в итоге случился пожар, многие дети получили ожоги, в том числе и Маша – на ноге осталось воспоминание на всю жизнь. Тогда родители Лили пытались узнать, почему та не захотела посмотреть шоу, но она не могла внятно объяснить, лишь говорила, что при мысли об этом начинало печь в груди и становилось плохо, ей казалось, что она задыхается. Потом ничего подобного не происходило. Только в двадцать четыре года она спасла всю компанию от взрыва фейерверков. Почти все жители пятиэтажного дома спустились вниз и решили запускать салюты на футбольном поле. Внизу у Лили начало жечь внутри и она не могла дышать. Она вспомнила это чувство и вместо того, чтобы объяснять пятерым друзьям, что будет беда, притворилась, будто упала в обморок. Конечно же, всем было не до салюта, её на руках несли обратно в квартиру, потом брызгали водой, а затем вызвали скорую. Через пару минут вся компания услышала ужасные крики о помощи. Один фейерверк полетел не по заданной ему траектории: видимо, палку закрепили плохо, и он просто вертелся в сетке футбольного поля, обжигая всех, и в итоге взорвался. У многих были ожоги, горела одежда. И тут же приехала скорая, Лиля тогда уже стояла со всеми у окна и наблюдала, как врачи вызывают ещё машины и пытаются оказать первую помощь пострадавшим. Друзья благодарили Лилю. Они думали, что всё произошло случайно.

– Как вовремя ты ушла в себя! Это ж надо так! Не успели на тебя разозлиться, как уже благодарим, Лилька!

И только Лиля знала всё, но не хотела говорить никому, она винила себя за Машин ожог, и в случае с салютом просто решила схитрить, чему ужасно была рада. Но утром первого января она плакала, ей казалось, что огонь преследовал её. Она пребывала в постоянном страхе, который мешал ей завести семью и построить длительные отношения.

К своим сорока двум годам она была довольно успешным юристом, но оставалась одинокой – ни мужа, ни детей.

И вот она опять была в ужасной ситуации: всё внутри её горело, она знала, что вот-вот случится какая-то беда. Что она могла сделать? Она даже не предполагала, что именно произойдёт? Никто бы её не послушал, у всех были важные дела и встречи, ежедневные заботы… И вот она сидела там, с книгой в руках и не знала, что делать. Этот Василий и вовсе отбил охоту спасать кого-то. В такой панике она просидела все тридцать минут, и тут поняла, что поезд стал замедлять ход. Вот и пришёл её шанс спасти себя. Она встала и начала собирать свои вещи.

– Вы же тоже направлялись в С? Или я что-то путаю? – спросила Марго, снимая наушники.

– Так она же шарлатанка! Денег снять не получилось, вот и сваливает, – затараторил Василий. – Тут же беда будет с наступлением сумерек – вот она так сказала. Хотела, чтобы мы кинулись гадать у неё, да о жизни узнавать! Но нет, не на тех напали, выходите!

– Вы сейчас так неправы! Просто грубиян, – сказала Лиля и набросила сумку на плечо.

– Какая беда? – переспросила Марго, не понимая, что вообще происходит. – Что приключилось?

– Я говорила уже. Чувство у меня плохое, что случится с этим поездом что-то. Я выхожу тут, на этой станции, и вам предлагала, но никто, кроме Василия, не услышал.

Марго дёрнула Кирилла за плечо, так бесцеремонно, будто лучшего знакомого.

– А ты слышал об этом? Лиля на этой станции выйти собирается!

– Слышал, а мне что. У неё своя жизнь, у меня своя. Если ей надо – пусть идёт.

Марго быстро рассказала Кириллу всё, что он пропустил, слушая музыку.

– Так я тоже думаю, что чокнутая наша Лиля. Пусть идёт, зачем мы вообще обсуждаем действия другого взрослого человека?