Поэмы
Шрифт:
Но коль скосишь глаза - все волшебство пропало.
27
Она, дрожа, на ложе возлегла
И тело девичье тотчас сомлело
От нежного, снотворного тепла;
И, словно мысль, ее душа от тела
До утренней денницы отлетела,
Так девушку сковал блаженный сон,
Так древний свиток спит осиротело,
Песком и солнцем надписей лишен,
Так роза под дождем спит, превратясь в бутон.
28
Порфиро, в этот рай проникший
В мечтах смотрел на брошенный наряд
И слушал каждый вздох, когда случайно
Вздыхала девушка, - и был он рад
В молитвах возводить влюбленный взгляд
При каждом вздохе. Но, страшась открыться,
Ступил вперед, волнением объят,
Взглянул - и сердце стало чаще биться:
Как безмятежно спит прекрасная девица.
29
И расстелил Порфиро в полумгле,
У края ложа, скрытого от света,
Парчовый плат на маленьком столе
Сей плат, имевший свойства амулета
Был ярко-красного, как пламя, цвета.
Издалека донесся звук рожка,
Литавры, приглушенный тон кларнета
Коснулись слуха юноши слегка,
Но миг прошел, и вновь тревога далека.
30
А дева все спокойнее, все тише
Спала в сорочке, тонкой, как туман,
Пока Порфиро доставал из ниши
Пунцовые, как солнечный шафран,
Сладчайшие плоды из дальних стран;
Душистый мед, искрящийся и жидкий.
И Самарканд, и Смирна, и Ливан
Благоухали здесь, прислав в избытке
Дары своих садов и пряные напитки.
31
Из темной ниши на парчовый плат
Явилась драгоценная посуда.
И разливался пряный аромат
В ночной, прохладной тишине, покуда
Порфиро яства разложил на блюда.
"Теперь проснись, мой чистый серафим,
Открой глаза, пускай свершится чудо,
О, пробудись! Твой друг тоской томим
Иль он заснет сейчас последним сном своим"
32
Так прошептав, рукою осторожной
Коснулся он ее закрытых век,
Но нет - разрушить чары невозможно,
Их растопить трудней, чем горный снег,
Чем лед, сковавший гладь широких рек;
А лунный свет бледнел. Сказать короче,
Казалось, не откроются вовек
Девичьи зачарованные очи
Во власти колдовства необычайной ночи.
33
Порфиро лютню в руки взял тогда,
Коснулся струн. Аккорд раздался длинный,
Молчанье разрушая без следа:
La belle dame sans merci {*} - напев старинный
{* Прекрасная дама, не знающая милосердия (франц.).}
Встревожил слух прекрасной Маделины.
Она во сне вздохнула - и напев
Умолкнул.
Сверкнули очи, в миг один прозрев,
А юноша застыл, как мрамор, побледнев.
34
Того, кто ей приснился, несомненно,
Перед собой увидела она:
Мучительно свершалась перемена,
Почти прогнав очарованья сна
Красавица была изумлена
И поскорей заснуть желала снова,
Но медлила, волнения полна,
Столь робким видя юношу младого,
Что перед ней стоял, не говоря ни слова.
35
Она сказала: "Милый, что с тобой?
В моих ушах еще не отзвучали
Те клятвы, что шептал мне голос твой.
И не было в твоих глазах печали
Они огонь прекрасный излучали...
О, возврати, верни свой голос мне,
Таким же стань, каким ты был вначале
Еще побудь со мной, в прекрасном сне,
Не покидай меня в холодной тишине".
36
Такою речью сладостной Порфиро
Был зачарован и воспламенен.
Как яркая звезда среди эфира
Сверкнет, спеша взойти на небосклон,
Как в аромат, что розой порожден,
Вплетет фиалку нежную природа,
Так он вошел в ее прекрасный сон.
А за окном - бушует непогода,
И медленно луна спустилась с небосвода.
37
Темно. Зернистый снег стучит в стекло.
"Нет, я не сон, мой ангел светлоокий!"
Темно. Метелью все заволокло.
"Да, ты не сон! Зачем же в путь далекий
Пустился ты? Кто так погряз в пороке,
Что нас оставил в комнате вдвоем?
Но знай, что покидаешь ты, жестокий,
Лишь горлинку с надломленным крылом,
Тебя не прокляну... Но ты оставь мой дом!"
38
"О Маделина! Милая невеста!
Моих очей светлейшая звезда!
Я лишь затем проникнул в это место,
Чтоб стать твоим вассалом навсегда,
Я пилигрим, и на пути сюда
Мне встретились тревоги и ненастья,
Но ничего из твоего гнезда,
Кроме тебя самой, не стану красть я,
Молю, доверься мне - пред нами годы счастья!
39
Чу! Слышишь голос вьюги колдовской,
Он нас зовет. Вставай, моя родная!
Заря близка, и день не за горой,
Спеши за мной, сомнения не зная,
Скорей, в дорогу! Братия хмельная
Не в силах ни подняться, ни взглянуть,
Над кружками рейнвейна засыпая.
Сквозь снег и вереск предстоит нам путь
На юг, где замок мой, где сможем отдохнуть".
40
И подчинилась Маделина. Скоро,