Поединок

Лосев Владимир

Стояла полная тишина, в которой было слышно только их сдерживаемое дыхание. Тося нашла свободное место у стены, села на пол и замерла, как и все вокруг.

Кир двигался, но все его движения были бесшумными, что было невероятно при высоких прыжках, переворотах в воздухе и многом другом. Даже не было слышно его дыхания, как будто ему совсем не требовалось воздуха. Он то исчезал, закрывшись кругом сверкающего меча, то снова появлялся, застыв в какой-нибудь немыслимой невозможной позе. Глаза его были закрыты, лицо было сосредоточенным, но в то же время расслабленным.

Его

танец всё более убыстрялся, уже казалось, что он одновременно находится в разных концах комнаты, точнее, что его тело занимает уже весь этот довольно просторный зал. Он то оказывался на стене, то на потолке, при этом выдерживая такие длинные паузы, что казалось, что законы притяжения над ним не властны. А сверкающий в свете ярких ламп меч, вдруг становился его крыльями.

Танец заканчивался, темп движения начал замедляться, и финалом было то, что Кир просто замер на рукоятке меча, воткнутого в пол, легко балансируя на одной ноге.

Он улыбнулся, открыл глаза и легко соскочил на пол, одновременно убирая меч в ножны, висящие за спиной. Дети громко и восторженно выдохнули. Кир поклонился и расслабленно сел на пол в позу лотоса, закрыв глаза.

Дети стали расходиться, тихо переговариваясь между собой. Тося покачала головой и тоже пошла к выходу, почему-то понимая, что разговаривать с Киром сейчас нельзя.

* * *

Бомс, немного отойдя от комнаты досуга, спросил у Имса.

– Ну, теперь ты видел, как нужно двигаться, чтобы поймать крысу? Теперь ты понимаешь, как нужно разговаривать с ногой?

Имс вздохнул.

– Я понял, но совсем немного. Он двигался так, словно у него и не было ног, он был просто птицей, которая летала над нашими головами.

Бомс согласно кивнул.

– Вот этому мы и должны с тобой учиться, стать птицами, а не ковылять по земле.

Нора посмотрела на Кроху.

– А ты говорила, что он не бог. Разве обычный человек может так?

Кроха скорчила жуткую гримасу.

– Я и не говорила, что он обычный человек. Я сказала, что он противный и вредный Кир, и так оно и есть. Я в этом сейчас лишний раз убедилась. Он, оказывается, бегает по стенам и потолку лучше, чем я, а подло это скрывал. Он это делал специально, чтобы меня позлить. И никакой он не бог, боги не бывают такие подлые и противные…

* * *

Кир придвинул стул и сел напротив мальчика, он взял его руку и направил тоненькую струйку энергии.

Прошло какое-то время, тянущееся для Кира невыносимо медленно, прежде чем мальчик осознал, что что-то с ним происходит. Он вяло высвободил свою руку, даже не осознав того, что произошло. Кир вздохнул.

– Ты слышишь меня?
– спросил он.

– Нет, - отозвался мальчик, спустя несколько минут.
– Я никого не слышу, это я разговариваю сам с собой.

– О чем ты говоришь с собой?
– спросил

Кир.

– Ни о чем, просто говорю…

– Тебе одиноко?

– Нет, я говорю с собой, и кто-то откликается и мешает мне себя слушать.

– Это я говорю с тобой.

– Я знаю, что тебя нет. Ты давно умер и тебе скучно, поэтому ты говоришь со мной.

– Я не умер, я - живой, - подумал Кир и добавил.
– По крайней мере, я так думаю.

– Все думают, что они живые, но они все скоро умрут. И я тоже умру…

Кир тяжело вздохнул и недовольно покачал головой.

– Ты боишься смерти?

– Нет, теперь уже нет, раньше очень боялся, а теперь я привык.

– Ты видишь мертвых людей?

– Иногда… Моя мама умерла и папа умер, и их положили в ящик и закопали в землю. Они были холодные, и это были не они. И меня закопают в ящик и зароют в землю, и тебя тоже, если ты ещё не умер…

Кир задумчиво поскреб небритый подбородок.

– А ты не хочешь умирать?

– Я не знаю, иногда мне хочется, иногда нет. Если я умру, я снова увижу своего папу и маму, а я по ним соскучился. А иногда мне почему-то хочется жить, не знаю почему. Жить так скучно…

Кир покачал головой.

– А ты видишь живых людей?

– Нет, я их не вижу. Они есть, но они скоро умрут, и их положат в ящик и закопают в землю, и меня тоже…

Кир кивнул головой, он принял решение.

– Орион, Маржи, все, кто меня слышит! Вы все должны разговаривать мысленно с ним, не давайте ему ни единой возможности быть одному. Он должен привыкнуть к тому, что с ним разговаривают, а потом я снова с ним поговорю.

– Понял, шеф. Как говорить, громко? – образ пожарного в каске что-то кричащего в мегафон, - Или тихо? – образ что-то бормочущего себе под нос старичка с длинной до пят бородой, – И главное о чем?

Кир усмехнулся.

– Говорить нормально, как со мной. И твои любимые плакаты тоже показывай, чем смешнее, тем лучше.А говори, о чем захочешь, хоть о себе, хотя более скучной темы я не знаю…

– В этом ты не прав, шеф, Я на самом деле очень интересен, но у меня совсем нет времени, чтобы всем рассказывать о себе, а очень хочется…

– Так ты поможешь?

Маржи, как всегда была очень деловита.