Поджигатель
Шрифт:
Две женщины и собака втроём встретили сыщика у двери. И прежде чем Ирина успела что-то сказать, Женя поздоровалась с Тимофеем и попрощалась с ними обоими, пообещав позвонить завтра.
Когда они остались наедине, Ирина спросила:
– Ну что, закончилось?
– Наконец-то. В конце концов, всё, что мы могли делать, – это следить за вспышками и дать огню иссякнуть. Я устал, но испытываю огромное облегчение. Ты в безопасности, поджигатель пойман, а твой отец больше не ненавидит
– Неплохая ночь.
– Самое главное, что ты в безопасности, – Тимофей поцеловал Ирину, и она прижалась к нему. Запах дыма заставил её сердце снова забиться. Пройдёт ещё немало времени, прежде чем она перестанет остро реагировать на все, что связано с огнём, но она не будет одна. И он тоже.
Сыщик снял ботинки и сказал:
– Мне нужно смыть с себя дым и копоть.
– Ты прав, после пожара нельзя оставаться в одежде. Но я не против снова промокнуть. Не хочешь составить мне компанию?
Тимофей задумался, и женщина поняла, что он размышляет, хорошая ли это идея, учитывая ночь, которую они провели, и то, к чему может привести совместное принятие душа. Она улыбнулась, когда он ответил:
– С удовольствием, – и, взяв Ирину за руку, повёл в ванную. Там включил воду и развязал её халат, а она помогла ему освободиться от одежды. В этот момент она больше стремилась быть рядом с ним, чем к чему-то романтическому. Теперь, когда Тимофей был дома, Ирина не хотела разлучаться с ним.
Комната наполнилась паром, и Тимофей открыл дверь в огромную душевую кабинку, явно достаточно большую для двоих. Ирина не была в хозяйской ванной. Как и во всех остальных частях дома, Никита проделал потрясающую работу по реконструкции. Подняв глаза, она сказала:
– Я никогда не видела такой большой… кабинки.
– Судя по твоему взгляду, я знаю, что ты говоришь не обо мне, – шутливо заметил Тимофей.
– Нет, о душевой лейке.
– Я ревную. Вот он я, безо всего, а ты только и можешь, что пялиться на брызги воды.
Ирина опустила глаза.
Если бы он хотел, чтобы она была серьёзной, так бы и сделала, но что-то подсказывало, что юмор может очень сильно утешить их обоих.
– Тебе не кажется, что нам не помешает немного смеха после той ночи, которая у нас была?
– Смех, поцелуи, – всё, что будет держать тебя рядом со мной и поможет вспомнить, что я не потерял тебя сегодня ночью, – это прекрасно. Больше никогда не хочу переживать подобное. Потребовалось всего несколько минут, чтобы вытащить тебя, но это были самые долгие минуты в моей жизни.
Тимофей поцеловал Ирину горячее, чем могла бы быть вода. Она прижалась к нему, наслаждаясь силой его тела. Она тоже нуждалась в нем. Осмотрев стену, Ирина нашла кусок мыла, взяла его и провела им
– Может, это и не самый большой пожар в моей жизни, но точно самый страшный, – сказал сыщик.
Хорошо. Он говорил. В статьях говорилось, что это помогает. Она продолжила своё занятие.
– Из того немногого, что я видела, следовало, что все работали слаженно.
– Никогда не думал, что группа добровольцев может так хорошо работать.
Наблюдая за ним, Ирина заметила, как понимание смягчило его черты.
– Оказывается, любовь к месту может быть полезной. Они не просто боролись с пожаром. Они боролись за что-то вместе. Это имело значение.
Для него это была большая перемена, такая же большая, как и всё, что произошло между ними.
– Как ты себя чувствуешь?
Тимофей открыл глаза и посмотрел на Ирину.
– Лучше, потому что все закончилось. Лучше, потому что ты в моих объятиях.
– Это моё любимое место, – сказала она и приподнялась на носочки, чтобы поцеловать его. Его быстрый ответ возбудил, и она позволила своим рукам блуждать по его спине. Он застонал от её губ, когда она схватила его за задницу. Ирина покачивала бёдрами, чувствуя, как его эрегированный член прижимается к её животу. Она не знала, когда душ превратился из успокаивающего в возбуждающий, но не стала жаловаться. Это было гораздо лучше, чем то, на что она могла бы направить свои мысли в противном случае.
Когда они убедились, что Тимофей очищен от сажи, он взял мыло и намылил Ирину. Вскоре они были покрыты пеной, их тела скользили друг по другу, соприкасаясь манящими способами, но не получая полного удовлетворения. Её руки скользили по его твёрдому члену, а его – по груди, затем переместились между ног.
– Ты заставляешь меня голодать, – сказал он.
– Ничто не мешает тебе взять то, что ты хочешь.
Ирина зашла под воду и ополоснулась, но прежде чем Тимофей успел снова схватить её, она открыла дверь кабинки, выскочила и завернулась в полотенце.
Потому протянула ему одно, когда он присоединился к ней.
– Ты пропустила одно место, – сказал он и наклонился, чтобы слизать капельки воды с её плеча.
– Как же мне вытереться, если ты постоянно делаешь меня мокрой? – спросила она.
– Это то, что я делаю?
– Да.
Тимофей продолжал облизывать Ирину, сначала за ухом, потом шею. Когда он добрался до верха её грудей, она отпустила полотенце и задрожала, но это не было связано с холодом.
– Я не могу забыть, как невероятно ты меня возбуждаешь.