Подземелье
Шрифт:
Неужели?
После этих слов Зур”дах и остальные на короткое время впали в прострацию.
Мы действительно дошли?
Просто не верилось, что идти больше никуда не нужно, и что теперь им ничего не угрожает.
Он переглянулся с Тарком и Кайрой — у них было такое же состояние.
Зур”дах сел возле источника, слушая как вода медленно стекает по желобку вниз, становясь крохотным ручьем. Почти полчаса он сидел так неподвижно, и мысли совсем застыли. Он даже забыл, что хотел пить.
Ну дошли мы, и что дальше?
Какая-то волна грусти и безнадеги нахлынула на
Старик тем временем бродил и набирал воду в какой-то сосуд, подобранный по пути.
****
Жизнь в новом месте потекла медленно и уныло.
Старик в общем-то пытался занять их делом: заставлял парами зачищать тоннели и маленькие пещерки, так как тварей тут хватало и все они были вполне по силам детям. Зур”даху не сильно хотелось кого-то убивать, но он ходил за компанию — с Кайрой. Не то, что ему было жалко тварей — нет, именно, что не хотелось. Разогнать наступившую апатию он не мог. Пока они шли, они двигались вперед, но теперь, остановившись впервые за долгое время Зур”дах стал вспоминать и думать о произошедшем.
Поэтому Драмар и поставил Кайру в пару к нему. Если б не девочка — он бы продолжал ничего не делать.
Сарик с Саркхом тем временем как будто подуспокоились. Они и не разговаривали с Зур”дахом, и в тоже время из их взглядов исчезла ненависть. Тарк же наоборот — будто оживился и стал разговорчивее.
Первые несколько дней все дети дружно, вместе с Драмаром, перетаскивали каменные стулья, посуду и остальные предметы обихода, которые могли им пригодиться. Все то было покрыто мхом и насекомыми, поэтому пришлось отмывать возле источника. Собственно, возле него отряд и устроил себе место жительства.
Зур”дах нашел себе небольшую пещерку, где часто уединялся, когда возвращался с охоты с Кайрой. Еды всем им хватало: только бери копье или кинжал и охоться, — живности в старом поселении все еще было хоть отбавляй, — хватило бы на целое племя.
Зачистка одного только центра поселения заняло больше полутора недель. Но даже после этого разнообразные зверьки продолжали сбегаться сюда - все-таки это был ближайший источник воды.
Но все же охотиться они с Кайрой ходили дальше. Путь до пещер с небольшими камнекрабами занимал полчаса, и столько же обратно. Мясо их Зур”дах постепенно полюбил. По пути он молчал, зато говорила Кайра. Она вспоминала отца, мать, но чаще знахарку Прату, в честь которой назвала свою змейку. Та уже изрядно подросла и черной тенью скользила у их ног, иногда вырываясь вперед за очередной крысой.
Зур”даха эти разговоры немного расслабляли и успокаивали, хоть он и не всегда слушал то, что она говорила. Просто сам тембр ее голоса как-то умиротворял его, и главное — разбавлял царившую в тоннелях тишину. Иногда, конечно, он и сам что-то рассказывал. Конечно, тишиной это можно было назвать весьма условно: перед ними постоянно перебегали какие-то зверьки, шурхали ящерицы и летали тучки спугнутых насекомых. Последних было особенно много, так как мох плотно заполонил стены поселения.
Но в остальном — заняться им было нечем, только понемногу обследовать окружающие пещеры и тоннели. Пару раз Зур”дах брал в руки камни, но рисовать не то что не хотелось, рисунок просто не шел.
Почему в эти места не забредали
— Почему досюда? — спросил Тарк.
— Потому что я дальше вас не услышу, а не услышу — значит спасти не успею, понятно?
Тот угукнул в ответ.
Конечно, большую часть времени Драмар проводил с детьми, но иногда и отлучался куда-то подальше. Несколько раз он брал их всех и вместе они дошли до совсем заброшенных жилищ, где даже куски одежды сохранились вместе с разбитой посудой. В некоторых пещерках лежали наконечники давно сгнившего оружия, даже древка не осталось.
****
Наверное прошло еще две недели прежде чем все пришли в себя. Жизнь приобрела какой-то распорядок. У Зур”даха это было проснуться, порисовать, умыться, напиться, поесть, пойти на охоту с Кайрой, иногда с Тарком, они как-то стали чаще разговаривать, а затем — обратно. Иногда они ловили ящериц и устраивали забеги — чья быстрее доберется до ближайшей норы.
Если по пути в поселение Драмар их учил обращаться с оружием и заставлял тренироваться, то сейчас почему-то прекратил. Похоже, его мысли занимали совсем другие вещи.
Впрочем, дети об этом не жалели: меньше всего им сейчас хотелось вернуться к тренировкам до седьмого пота. Зато они уговаривали Драмара чаще их брать с собой. Теперь он показывал им реальные границы поселения, а пару раз даже показал нижние ярусы. Оттуда, правда, шла такая сырость и холод, что дети спускаться туда больше не захотели. Там, снизу, чудилась какая-то смутная опасность.
Зур”дах же инстинктивно представлял, что там внизу живет какая-то огромная и мерзкая тварь, после чего по его телу проходила волна легкой дрожи.
Впрочем, теперь наибольшую радость ему доставляла охота с Кайрой.
Сегодня они вновь выбрались на нее и решили выйти чуть дальше и поймать что-то особенное. Камнекрабы и ящерицы приелись, а каких-то необычных насекомых они пока не встречали.
— Может в этот раз нам попадется та синяя тварь, которая сбежала от нас? — спросила Кайра, тихо и осторожно двигаясь с копьем вперед. Змейка шуршала рядом.
— Надеюсь… — пробормотал Зур”дах, присматриваясь к тоннелю.
Зрение его было острым. Острее чем раньше, но измененное состояние, когда реальность расчерчивалась сеткой, больше не возвраащалось. Правда, об этом он почти не думал. Пауков тут не было, так что те эксперименты, когда он погружался в их сознание он не мог проводить.
— Ты слышал? — замерла Кайра.
Зур”дах застыл, выставив вперед копье.
Через мгновение к ним шуршащей веревкой примчалась змейка, таща во рту очередного крысеныша.
— Прата! — воскликнула Кайра, которая почему-то перепугалась.
Змейка выплюнула крысу и вползла на девочку.
—Это просто Прата. — улыбнулся гоблиненок.
— Да-да… — отмахнулась Кайра, — Я все равно что-то слышала.
— Ладно, я пойду первым.
— Да я не боюсь!
Однако Зур”дах уже выскочил вперед и через минуту девочка уже перестала возмущаться и пытаться его обогнать. Они пошли молча. Довольно скоро закончилась граница, обозначенная Драмаром. Они уже не раз выходили за нее и ничего не случалось. Однако внутренний трепет и волнение неизбежно возникали, когда они переступали линию, отмеченную стариком.