Подземелье

Крапп Раиса

Луч скользнул вверх, и Тим увидел, что свод шевелится. Кирпичи скрывались под слоем крохотных белесых созданий.

– Плеснюки из мертвых насекомых получаются. Растут, пока кто-нибудь не заденет. Тогда они лопаются, и во все стороны летят ядовитые брызги. А уж вонь... не отмоешься потом. Знаешь... нам надо уходить из этих мест.

Больше Тим ни о чем не спрашивал. Он и так едва поспевал за Свеном. Тимке ничего не оставалось, как полностью довериться ему, и изо всех сил стараться не отстать, удержаться на ногах, когда спотыкался,

оскальзывался и хватался за влажные стены.

Неожиданно тесные стенки исчезли, и Тим не сдержал удивленного вскрика. Они стояли в огромном зале, пространство заливал слабый зеленоватый свет. С высокого потолка спускались нити, покрытые чем-то, похожим на иней. Они тихо качались, и зал был полон тихого шелеста, как будто ветер играл в кронах. Под этим фантастическим, сказочным лесом блестело большое озеро.

– Красота какая!
– Тим не мог глаз отвести.

– Здесь передохнём.

– Ты же сказал, надо уходить, - опомнился Тимка.

– А мы прошли плохие места.

– Плохие?

– Там обитает большая колония людей, мы были на их территории. Под землей несколько колоний. Они враждуют, стараются побольше в плен забрать.

– Для чего?

– Здесь трудно жить, надо много и тяжело работать. Поэтому нужны рабы.

– А разве сюда те люди не могут прийти?
– забеспокоился Тим.

– Могут. Но это место особое. У этого озера даже заклятые враги не станут драться, а спокойно разойдутся каждый своей дорогой. Тут что-то есть, особенное. Видишь - даже воздух светится. Сюда раненые приходят. И легкие раны прямо на глазах затягиваются.

– Свен, а те люди, в капюшонах - они кто?

– Из той же колонии. Там поклоняются Городу. Религию такую придумали. Жертвы приносят. Вот кого мы с тобой видели, они и исполняют обряды жертвоприношения.

Тим вздрогнул - в нем еще живы были остатки недавнего страха.

– Ты в другой колонии живешь?

– Нет. Кто не меняется, живут сами по себе, поодиночке.

Тим подошел к воде и начал оттирать с себя грязь: "Поодиночке... Странно. Он ведь ребенок. Как можно одному выжить?" И тут краем глаза Тим уловил что-то. Поднял голову, но ничего не увидел. А потом заметил, что над водой, неподалеку, воздух как будто сделался жидким. Тим ощущал (непонятно какими органами чувств) невидимую игру света на текучей фигуре ...

– Свен...
– сдавленно позвал он.

– Это прозрачник, - проследив за его взглядом, сказал Свен.
– Они неопасные. Правда, изредка встречаются вредные. Пакостят по мелочи. Прикинутся, например, призраком и пугают. Или факелы гасят. А то заманят в такие трущобы непролазные, ни один день выбираться будешь.

– Они разумные?

– Немножко.

Прозрачник, с которого Тим не спускал глаз, вдруг скользнул беззвучно и потерялся в белых нитях.

– Свен, а вы знаете, что произошло с вашими городами?

– Их захватила чужая форма жизни. Она блуждает

в космосе в виде сгустка разумной энергии. Иногда вторгается в обитаемые миры. Этот разум способен "оживлять" неживое. Он проникает в молекулы, и они становятся как бы разумными, с вещами происходит странное: деревянный стул растечется, как лужа, или что похуже сделает - нападет на человека, к примеру. А живое этот разум убивает. Я думаю, он что-то извлекает для себя, питается вроде.

– Вы не пытались установить с ним контакт?

– Он слишком другой. Сюда он пришел просто перекусить. Ты можешь представить, что котлета захочет установить с тобой разумный контакт? Мы ждем, что он скоро уйдет. В городах давно уже никого не осталось, ему больше нечего тут делать.

– Но он знает, что люди ушли под землю?

– Знает. Хорошо, что сам в подземелья не лезет.

– А почему не лезет?

Свен пожал плечами.

– Смешно, но я думаю, он боится. Может, у него страх перед замкнутым пространством. Ему привычнее космос, безграничность.

– Но тогда откуда здесь сколько всякого... странного?

– Это наше, - улыбнулся Свен.
– Такое и раньше здесь водилось, всегда. И почти всегда оно объяснимо. В общем-то, опасны здесь только люди. Ну, как ты? Отдохнул? Пошли дальше.

Мальчики шли долго. Свен был бодрым и полным сил, а Тимка устал. Как хорошо, что ему не надо было думать о дороге, и не ломать голову каждый раз, как ходы раздваивались. Теперь он знал, что без Свена ему ни за что бы не выбраться! Десятки раз Свен спасал его, предупреждая: "Стоп! Решетку в полу видишь? Не наступай!" Или говорил: "А теперь даже не дыши! Вон там колония летучих мышей. Они злющие и ядовитые". Да-а, недолго продержался бы он без такого попутчика.

Впрочем, Тим, понятия не имел, прошли они хотя бы половину пути или нет, как и о том, что еще ждет их впереди.

Княжич

Часть третья

Подъем был длинный и утомительный. Одно было хорошо - ход освещали тусклые электрические лампочки. Тим уже с облегчением поглядывал вперед, поверх плеча Свена - там виднелось устье тоннеля, и подъем кончался. И вдруг Свен остановился так, что Тимка едва не налетел на него. Наверху посреди прохода стоял мальчишка и исподлобья смотрел на них. Свен странно молчал. Потом попросил негромко:

– Пропусти, Княжич. Ему очень надо.

Лицо мальчишки сделалось высокомерным и холодным. Свен вздохнул и повернулся к Тимке:

– Пошли назад. Он не пропустит.

– Ты что?.. Как это не пропустит?

Тимка удивленно глянул вперед. Мальчишка, как мальчишка. Только задиристый, сразу видно. Младше их со Свеном. И удивительно чистенький посреди этой грязи, паутины и ржавчины. На нем была светлая рубашка наподобие туники, по низу что-то серебрилось.

– Назад!
– так выразительно повторил Свен, что Тим сразу повернулся и пошел вниз.