Подвал
Шрифт:
– Садись, – приказал Рой, когда они дошли до поляны.
Джони опустилась на спальный мешок, обхватила руками колени и съежилась. Рой наломал еще сучьев и побросал их в огонь. Когда костер разгорелся, он сел рядом с Джони.
– Правда, красиво? – спросил он.
– Нет.
– А ты раньше ходила в поход с ночевкой?
Джони отрицательно покачала головой.
– Знаешь, что тут лежит? – Он поднял большой белый пакет из «Макдональдса» и поднес его к лицу Джони. Та тут же отвернулась, но Рой успел заметить в ее глазах жадный блеск и с показным наслаждением
– Смотри, что у меня есть! – Он высоко поднял ломтик и покачал им перед лицом девочки. – Это все тебе. Бери!
Джони сжала губы и отвернулась.
– Делай, как знаешь. – Рой махнул рукой, запрокинул голову, открыл рот и кинул туда ломтик. Картофель оказался очень соленым.
Он вынул из рюкзака банку пива. Она была сухая и теплая. Рой вспомнил, какими холодными были банки, когда он доставал их из холодильника Карен, и как его ладони сразу покрылись влагой от прикосновения к ним. Ну что ж, теплое пиво – все же лучше, чем вообще никакого. Когда он открывал банку, пиво случайно брызнуло в лицо Джони. Она вздрогнула, но вытираться не стала. Рой сделал несколько глотков, чтобы смыть соль во рту.
– Поешь картошки, – снова предложил он и протянул ей другой ломтик. – Не хочешь? Ладно. – Он съел и его. Потом достал весь пакетик с картофелем. – Там лежит еще твой «биг мак». Я специально брал два. Свой я уже съел. – Сам он продолжал уплетать картошку. – А этот есть не буду. Он твой.
– Я не хочу.
– Да хо-очешь!.. – недоверчиво скривился Рой.
– Нет.
– Я купил его для тебя, и ты его съешь! – Он начал раздражаться.
– Ты не мой папа…
Черт! Надо быть осторожным, пока она снова не заскулила.
– Ну, как хочешь. В общем, он твой.
– Я не хочу. Может, ты его уже отравил.
– Ничего я не отравлял. – Он скова захрустел картошкой и запил ее пивом. Потом бросил пустой промасленный пакетик в костер и, наблюдая, как пламя пожирает его, взял еще банку пива. На этот раз Рой встряхнул его перед тем как открыть, а затем умышленно направил струю пены в лицо Джони. Девочка закусила нижнюю губу. Пиво капало с ее носа и подбородка. Рой засмеялся.
– Жалко, что ты сама этого не видишь! – Он достал из пакета оставшийся «биг мак» и развернул его. – Так будешь?
– Нет.
Рой широко открыл рот и «угрожающе» приблизил к нему «биг мак». Джони бросила на еду быстрый взгляд, но тут же отвела глаза.
– Ты же хочешь его!
Она отрицательно замотала головой.
– Конечно, хочешь. Я вижу… На! – Рой поднес сэндвич к ее лицу, но она плотно сжала губы и опустила подбородок на грудь.
– Открой рот! – потребовал он.
Джони снова покачала головой.
Тогда Рой прижал «биг мак» к ее закрытому рту и поводил им по губам. Вокруг рта девочки остались следы соуса. Он опустил сэндвич и стал ждать, когда Джони начнет облизываться.
Но ее рот оставался закрытым.
– Ладно, открой рот. – Он снова
Джони отрицательно промычала, не разжимая рта. Рой поставил банку с пивом на землю и встал рядом на колени.
– Ешь, Джони!
Она резко замотала головой.
«Будь проще – и к тебе люди потянутся», – вспомнил вдруг Рои любимую фразу своего начальника тюрьмы, зажал ей левой рукой нос, повалил девочку на спину и придавил сверху коленом. Джони долго не открывала рот. Но, наконец не выдержала и, расслабив губы, глотнула воздух. Рой тут же сунул ей сэндвич и начал крутить им, размазывая содержимое по носу и подбородку. Когда девочка стала задыхаться, он отпустил ее и выбросил остатки «биг мака» в костер.
Джони села и, закашлявшись, начала пальцами выбрасывать изо рта куски пищи.
– Смотри, не испачкай мне спальный мешок! – предупредил Рой и толкнул ее в спину.
Она упала на четвереньки и так, стоя возле самого костра на локтях и коленях, еще долго кашляла и отплевывалась.
Рой смотрел сзади на ее короткую плиссированную юбчонку и вспоминал, как сам одевал ее утром. Он выбрал свежую белую блузку и эту зеленую юбку. Джони, лежа на кровати, не сопротивлялась ему и не помогала. Казалось, будто он одевал куклу. Но тут как раз имелась большая разница. У этой куклы все части тела были настоящие, и Рою нравилось трогать их. Он не надел на нее никакого нижнего белья. Ему было приятно, что под юбкой у нее ничего нет.
Когда кашель прекратился, Джони так и осталась стоять на четвереньках и сразу заплакала.
Рой погладил ее ногу. От его прикосновения все тело девочки вздрогнуло и судорожно напряглось, а он стал водить пальцами по бедру вверх и вниз, получая удовольствие от плавных изгибов ее тела и прохладной гладкости кожи. Потом поднял руку повыше. Джони повернулась и отпихнула его.
Рой тут же схватил ее и притянул к себе. Из носа у Джони текло. Он вытер ее своим носовым платком и бросил платою в костер.
Когда Рой начал расстегивать на ней блузку, Джони ударила его по рукам, но он не обратил на это никакого внимания. Тогда она размахнулась и с силой стукнула его кулаком в нос. Это уже было больно; Рой схватил ее за волосы и резко рванул. От неожиданной боли Джони чуть не задохнулась, но он и не думал отпускать ее. Больше она его бить не решалась. Рой снял с девочки блузку и только тогда медленно отпустил ее волосы. Джони обхватила себя руками и задрожала, покрывшись мурашками. Рой убрал блузку в рюкзак.
– Что, холодно? – спросил он. Она ничего не ответила.
Тогда Рой сел позади нее и начал гладить ее спину и плечи. Потом расстегнул «молнию» на юбке.
– Встань, – сказал он.
Джони покачала головой. Рой ущипнул ее за спину.
– Встань, говорю!
Джони встала, и Рой стащил с нее юбку.
– Мне холодно, – тихо сказала она.
– Иди к огню.
Джони не хотелось сходить с мягкого спального мешка, но все же она передвинулась вперед, поближе к угасающему костру.