Подрывник
Шрифт:
Шли быстро, даже вспотели. Саша дважды выбирал путь по дну небольших ручьёв на случай, если немцы по следу пустят собак.
Далеко позади слышались приглушённые взрывы, потом стихли и они. Старшина выдохнул:
— Не могу больше!
— Привал! — объявил Саша.
Без сил бойцы повалились на траву. Отдышавшись, старшина сказал:
— Ну ты как лось здоров, старшой. Прёшь и прёшь вперёд, как танк.
— А ты, небось, курил да по танцам бегал в своём Минске,
— Да ну тебя, Александр, тебе бы только шуточки. А всё же здорово мы его рванули! Нашим бы рассказать!
— Не поверят.
Глава 3
КАРАТЕЛИ
— Старшой, мы что — на запад идём? — спросил старшина.
— Точно.
— Зачем?
— Немец подумает — окруженцы мост взорвали. Куда они могут направиться после взрыва? К линии фронта, там их и искать будут.
— Что-то мудрено.
— Сначала постарайся думать, как твой противник, а потом поступи вопреки очевидному.
— Хм, слова у тебя заковыристые. Ты сколько классов закончил?
— Школу, после — техникум.
— Вот — потому что умный. А я без отца рано остался, у матери кроме меня ещё четверо. Кто братьев кормить будет? Я после отца старшим остался. Школу пришлось бросить, работать пошёл. В кузнице деревенской работал подмастерьем, потом в армию призвали, потом — на курсы, телефонистом стал. На сверхсрочную остался. Оклад хороший, матери с братьями половину отсылал. А ты — «думать», «очевидное»!
— Прости, старшина, обидеть не хотел.
— Похоже, ты у нас самый грамотный, — вставил Сергей. — Я вот семь классов окончил, а не всегда тебя понять могу.
— Разговорились! Передохнули — и в путь. Подъём!
К суровым армейским будням сержант и старшина привыкли и не роптали. Одно их напрягало: Саша — тоже сержант, Сергею ровня по званию, а Борис — вообще званием выше. Но Саша действиями своими ежедневно доказывал, что именно он имеет право командовать маленькой группой.
После отдыха шагалось веселее. До сумерек они успели пройти, по прикидкам Саши, километров двадцать. И всё-таки не по шоссе ровному да гладкому шли, да налегке — с грузом, да по пересечённой местности, остерегаясь внезапно наткнуться на немцев.
Наконец Саша объявил привал. Вокруг глухомань, лес, да болото справа. И никаких следов человека — тропинок, жилья.
Саша собрал сухой валежник. Дыма от него мало, жар хороший, жаль только — прогорает быстро. Котелка у них нет, это правда, но картошку можно в золе испечь, в «мундире». Получается вкусно, не хуже варёной.
Когда валежник прогорел,
Закатили в золу по десятку картофелин на каждого. Прутиком каждый переворачивал свои картофелины, чтобы не обгорели.
— Вроде всё, готово, — старшина выкатил из угольев картофелину, разломил её. — Ой, горячая!
Обжигая пальцы, он очистил картофелину от кожуры, подул, осторожно попробовал.
— Готово, хлопцы, доставайте.
Саша залез в ранец, достал банку тушёнки.
— Знатный ужин получится!
— Сюда бы ещё по сто грамм — мост взорвали с поездом, отметить не грех.
— Не грех, только где её взять?
Мужчины дружно вздохнули. Никто из них пьяницей не был, но после сегодняшних испытаний не отказался бы снять напряжение.
Картошку под тушёнку умяли в пять минут. Старшина приподнял мешок с картошкой.
— Красота, завтра нести легче будет!
— От пулемёта бы кто отъел часть, — мечтательно произнёс Сергей.
Пулемёт был тяжёл, и вместе с коробкой с патронной лентой тянул килограммов на пятнадцать. Но Саша старался Сергея сильно не нагружать. Пулемётчик он хороший, в бою очень пригодится. Старшина же пока себя никак не проявил, вот и пусть груз тащит.
Они улеглись спать, но часа через полтора Сашу толкнули в бок. Он открыл глаза и схватился за пистолет.
— Тс, тихо! — прошептал старшина. — Слышь, командир, вроде стонет кто-то недалеко.
— Показалось, старшина. Глухомань, болото рядом. Небось леший. Спи.
— Сам послушай. Пойдём.
Не хотелось Саше вставать, а пришлось.
Они подошли к краю болота. Топь, камыши, кочки, комары зудят.
— Ну, кто стонет?
— Постой, послушай.
И в самом деле, издалека донёсся не то стон, не то далёкий короткий крик.
— Тьфу ты, в самом деле! Что делать будем?
— Я ночью в болото не полезу, — заявил старшина. — Я хоть в чертей и леших, болотников всяких не верю, но утонуть в болоте не хочу.
— Пошли спать, старшина, до утра всё равно ничего сделать нельзя. А утром, как солнце встанет, посмотрим.
Они улеглись снова.
— Старшина, а как это ты стоны услышал? Я отсюда не слышу ничего.
— До ветру ходил.
— А…
Саша придвинулся к тлеющим углям костра. От болота тянуло тиной, волглостью, становилось зябко. У костра комары меньше донимали. Похоже, они сюда слетелись со всего болота. Как же! Жратва для них сама в гости пришла. Праздник у комаров сегодня. Зудят над ухом, спать мешают. Но уснул всё-таки.