Подруга мента
Шрифт:
— Поля! У ТЕБЯ гости. Я воспользовался ключом, который ТЫ мне давала в августе, чтобы Я кормил кота и поливал цветы. Не сделай Я этого, с вами бы беседовали официально. Не все ли равно, позвонили бы в твою дверь через минуту после того, как ты ее за собой закрыла, или подождали в доме. Тем более, что вы вдвоем с Валерой понадобились. Извини, конечно, за самовольство, но так будет спокойнее и лучше.
Крайнев стиснул мой локоть и прошептал:
— Я предупреждал, желающие мешать найдутся.
— Мы же ничего не натворили.
Я не сомневалась, что это
— Сергей, никто не умер? Борис? Мой бывший?
— Нет, нет, успокойся, Поля.
Ладно, тогда с Измайловым я как-нибудь справлюсь.
— Пошли, ребята.
Балков протянул мне ключ Вика. Хоть бы отмычку от собственной норы догадался снять с колечка, конспиратор.
— Ты, Сережа, кого-то пустил, ты и отпирай.
Он горестно вздохнул. Поднаторел парень в актерском мастерстве. Оно конечно, вздыхать менее хлопотно, чем убийц ловить.
Виктор Николаевич Измайлов стоял посреди моей комнаты. Добро бы в позе чуткости. Но он до безобразия самоуверенно раскачивался с пяток на носки и ухмылялся. У меня даже под ложечкой засосало, так я по этому типу соскучилась. В кресле сидел еще какой-то мужчина. Он и повернуться к нам физиономией не удосужился. Если это не мера предосторожности против выцарапывания глаз, то многократное свинство. Погодите же. Как говаривал булгаковский Шариков, в очередь, сукины дети, в очередь. Оба легко не отделаетесь.
— Прелестная манера заскакивать на чашечку кофе. Сергей — мой друг, а с вами я едва знакома, — обратилась я к Вику. — И не пригласила бы вас даже, даже…
Я не осеклась, у меня спазм горла случился. Потому что второй визитер изволил раскрыть инкогнито. Мы с Крайневым синхронно покачнулись и, словно фигуристы, взялись за руки. Впору было прыгать в три оборота. Или тодес изобразить? Из податливых недр моей мягкой мебели жестко торчал… Игорь.
Будучи не в состоянии издавать звуки, я перешла на язык жестов. Он ведь тоже богат. Краткое, но емкое «Вон отсюда» я успела выразить тремя способами, когда Измайлов обратился к этому горе-охраннику, к этому милицейскому прихвостню:
— Ну что, капитан, досталось вам от буйной парочки?
Капитан? Вот уж не думала, что муженек им звания присваивает. Надо выяснить, кто там, в домашней иерархии, Крайнев.
— Да, силы у них неисчерпаемые. Но идей полны головы. Удачный альянс, не худо сработались, — приветил нас душка Игорек.
Валерий зарычал, но мужики у меня собрались не пугливые.
— Капитан — сотрудник ФСБ, авантюристы, — представил нас друг другу по-новой Измайлов. — Присматривает кое за кем в том районе. Всякого навидался и натерпелся, но вас чистосердечно
— А вы кто? — заершился Крайнев.
— Полковник Измайлов.
Аплодируйте! Полковник Измайлов! Его все обязаны знать? Однако Валерий уважительно протянул:
— Наслышан.
Популярный Вик выдержал паузу. Мои предположения насчет открытия им и Валковым любительского театра укрепились. Крайнев ринулся в атаку сам:
— Полина ни в чем не виновата. Она это… Слишком женщина.
Измайловские глазоньки налились кровью.
— В смысле нелогичности, — не сумел понять его бешенства Валерий. — Но товарищ верный.
Кажется, слово «товарищ» Вик трактовал специфически, потому что сжал кулаки. И разжал их: плечом к плечу с Крайневым поднялся Балков. Если выживу, обязательно спрошу у Измайлова, как он с товарищами развлекается. Особенно с верными.
— Виктор Николаевич, — засмеялся Игорь, — я образовал бы с ними цепь, но должен вас контролировать со своей позиции. Согласен, эта девочка ставит палки в колеса милиции. Но она и любой мафии все порушит. Нет в мире ни человека, ни организации, способной разобраться, чем она руководствуется.
Ах, девочка. А что насчет Полины Аркадьевны? Предлагала перейти «на ты», отказался. Шпион, тоже мне.
— Господин капитан Игорь, не представилось случая выяснить, как по батюшке, я собой руководствуюсь.
— Ясно, не нами, зашоренными. Только мы ведь договорились без отчеств обходиться.
— Когда? — заерзал Вик.
— Был рабочий момент, — посерьезнел Игорь.
Значит, про баллончик лака для волос Измайлов ни сном, ни духом? О, телохранитель…
— Что же ты нас так незатейливо заложил, Игорь? Всего лишь полковнику Измайлову, — не стала размякать я, представив себе предыдущие судороги на крючке этого фээсбэшника. — Мог бы свое учреждение задействовать.
«Всего лишь полковник» Вика не вдохновил, но он сдержался. Любопытно, честно заслуженную зарплату от мужа Игорь в детский дом перечисляет, или как? Как у них вообще это устроено? И не он ли изуродовал моего бывшего ненаглядного?
— Ни черта не боится, — пробормотал экс-главный охранник с неприятной гримасой.
Боюсь, Игорь, и тебя боюсь. Но не показывать же этого. Страх — самое интимное в человеке. А я женщина скромная.
— Вы зарвались, ребята, — повысил голос Игорь.
Я зыркнула на Валеру. Он был далек от солидарности с начальником.
— Мы справляли свои частные нужды, сударь, — сказала я.
— Вы зарвались, — заело Игоря. — Вы начали мешать. Не полковнику Измайлову, ему вы давно пакостите. Мне. Полина, что произошло на пресс-конференции, к примеру? К чему было настораживать подполковника Самойлова и спускать на него всех собак?
Оперативность повышенная, как бы это ни звучало. Надо отбиваться.
— Самойлов — скотина. Журналисты — не собаки.
Крайнев полез в задний карман, возможно, за носовым платком. Я погрозила ему пальцем. Зачем провоцировать вооруженных? Наша пантомима выглядела глупо, но эффектно. И дала мне возможность подзавести себя: