Подруга Мародеров
Шрифт:
Сириус пронзительно устремил свой взгляд на письмо в руках Джеймса, но ничего не сказал. Только слегка содрогнулся, и на его лице на миг проскользнуло волнение, но тут же вновь скрылось за уверенной маской хладнокровия.
За окном, всё ускоряясь, замелькали деревья, иногда меж ними виднелись небольшие аккуратные дома. Джеймс, сцепив руки на затылке, уставился на них, стараясь отогнать от себя плохие мысли. Непривычное для компании Мародеров молчание воцарилось в купе. Ребятам, разумеется, было что обсудить. Проведенные каникулы, результаты экзаменов
– Лунатик, наверно, ты сдал все на «превосходно»?
– усмехнувшись, нарушил тишину Сириус. Люпин робко улыбнулся.
– Не все, Сириус. И не прибедняйся, вы с Джеймсом тоже сдали все замечательно.
– Один Хвост нас опять подкачал, - хмыкнул Блэк, толкнув сидящего рядом Питера локтем в бок. Тот смущенно опустил глаза.
– В июле приезжала моя кузина, Белатрисса, - продолжал Сириус, своими разговорами пытаясь заставить Джеймса немного расслабиться.
– Это был настоящий кошмар. Я едва сдержался, чтобы не сбежать оттуда. Лунатик, лучше расскажи про Францию?
Римус покосился на Джеймса и со вздохом ответил:
– Ничего не изменилось. Еще одна ложная надежда.
– Не переживай, - внезапно подал голос Поттер.
– Это ничего не меняет. Будем веселиться все вместе. Как и прежде.
И тут дверь купе негромко стукнула. Все разом ребята обернулись. На пороге стояла Джейн с большим чемоданом в одной руке и метлой в другой. И глядя на девушку, мародеры не могли понять, прежняя ли Джейн стоит перед ними. Вроде бы, это была она же. Но что-то ощутимо поменялось в ней. Быть может, даже навсегда. Волосы были пострижены до плеч неровными выступами и каскадом и небрежно торчали во все стороны наподобие шевелюры Джемса. Лицо словно вытянулось и похудело. Уголки губ пессимистично опущены вниз. И что-то надломленное во взгляде.
– Всем привет!
– первой поздоровалась Джейн. Сердце, учащенно бьющееся до этого, замерло. Она была так рада видеть своих друзей, что хотела с громким радостным смехом кинуться им на шеи, обнимая, но отчего-то испуганно сжалась вместо этого. Взгляд перебегал с одного родного лица на другое и так по кругу.
– Джейн!
– первым опомнился Римус и вскочил на ноги.
– Привет!
Он тепло заключил подругу в объятья. А потом, широко улыбаясь, подхватил ее чемодан. Поднявшийся Сириус выхватил метлу и ловко закинул ее на верхнюю полку.
– Котенок, - пропел он. И самая прекрасная улыбка подобно солнцу озарила его лицо. Всегда такой хладнокровный, решительный, расчетливый, он словно таял. Он уклонился от поднимавшего наверх чемодан Лунатика и, наконец, оказался напротив девушки.
– Привет, - негромко поздоровался он, глядя ей в самые-самые глаза. И, не дав Джейн произнести ни слова, обнял. Так, будто это был совсем не он, несвойственно. Крепко сжав ладони на ее хрупкой спине, он закрыл глаза, чуть склонив голову, чтобы подбородком касаться ее волос. И Джейн почти растворилась в его объятьях.
– Питер, как дела?
– воскликнула Джейн, когда Блэк, наконец-то соизволил ее отпустить. При этом она продолжала ощущать какую-то неловкость от того, как ее только что обнимал Сириус. Настроение ее улучшалось прямо на глазах. Страх
– Садись, давай!
– выпалил Бродяга. Он вновь стал собой. И голос его звучал звонко и уверенно.
– Теперь ты не отвертишься, пока все нам не расскажешь.
Но Джейн не обратила внимания на слова друга. Она не могла отвести глаз от четвертого из Мародеров. И он все это время, с момента появления, не отводил от нее взгляда.
– Джеймс… - только и успела прошептать Джейн одними губами. Как в ту же секунду Джеймс сделал резкий шаг вперед и обнял ее. Его сердце бешено колотилось. И все внутри перевернулось.
– Никогда больше так не делай, ясно?
– выдохнул он, сжимая ее волосы.
– Никогда.
Мурашки пробежали по спине. И Джейн ощущала, как много было вложено в эти слова. И так надежно, так хорошо, как с Джеймсом, ей не было ни с кем. Она поняла, что больше всего нуждалась именно в том, чтобы он ее обнял. Вот так вот, как сейчас. И ни за что больше не расставаться.
Почти полдороги Мародеры провели за тем, что слушали рассказ Джейн. Слова давались ей непросто, но друзья не торопили ее, давая собраться с мыслями. Сидящий рядом Джеймс на протяжении всего этого времени обнимал подружку за плечи. Друзья с ужасом узнавали, что ей пришлось пережить. Но выговорившись, Джейн ощутила, что ей стало легче. Потому что теперь свою огромную боль она могла разделить с друзьями.
– Нам очень жаль, Джейн, - вздохнул Римус, когда она замолчала.
– Мне тоже, - кивнула она почти без эмоций. И с какой-то просьбой как у детей, надеждой, подняла на них глаза.
– Ведь теперь все будет хорошо, правда?
– Правда, - первым отозвался Джеймс. Голос его изменился, стал таким взрослым, глубоким. Серьезным. И это невольно заставило Джейн улыбнуться.
– Если бы ты всегда был таким как сейчас, Сохатый, - произнесла она, - возможно, Лили бы относилась к тебе иначе.
Сириус, Римус и Питер рассмеялись. А Джеймс ухмыльнулся.
– Возьми на заметку, Сохатый, - весело фыркнул Блэк.
– А то она тебя и весь этот год отшивать будет. Или ты уже решил отступить?
– Даже не мечтай!
– отмахнулся Джеймс. И Джейн вдруг подумала, что он и сам уже это понял, раз так настойчиво писал ей летом, что сумел заставить ответить. И мнение Лили о Потере уже начало меняться. Джейн чувствовала это. И наверно, должна была быть рада за своих друзей.
========== 17. ==========
Распределение омрачилось разговорами старшекурсников о Том-Кого-Нельзя-Называть. Он собирал своих сторонников. Начинали происходить темные вещи. Кто-то даже поговаривал о надвигающейся войне. Об этом Джейн уже рассказали в поезде друзья, не покидавшие мир волшебников и бывшие в курсе последних новостей. Более того, как выяснилось, родственники Сириуса были на стороне Сами-Знаете-Кого. Да, о пожирателях разговоры шли давно, как минимум половина Слизерина собиралась оказаться в их рядах. Но ситуация накалялась.