Подруга бога

Одувалова Анна Сергеевна

– Главное – не мешать? – хмыкнула я и задумалась. Доверять Елене Владленовне было очень сложно. Я не верила в ее искренность, но в то же время не понимала, что тут можно возразить и какого подвоха от нее ждать.

– Алина, неужели ты не понимаешь, что рано или поздно твоя новая сущность станет причиной трагедии, если ты не научишься усмирять свои желания и злость? – вкрадчиво заметила Елена Владленовна. – Скажи мне, насколько часто ты в последнее время выходишь из себя? А бесконтрольно забираешь чужую силу? Молчишь? Я тебя прекрасно понимаю, мне и не нужны ответы. Я все это знаю, потому что проходила сама, но мне

было сложнее: помощи ждать не приходилось. – А ты, между прочим, первая королева за многие годы…

– Чем королева отличается от обычного нага? – спросила я не столько для того, чтобы узнать, сколько чтобы потянуть время.

Елена Владленовна не возражала против вопросов. Видимо, сегодня она была настроена на общение.

– Я уже говорила тебе об этом. Кроме того, что ты сильнее любого нага, тебе еще подвластна магия воздуха. Ты ее уже использовала. Сильная злость сопровождается ветром, было ведь?

– Я смогу вызывать ураганы?

– Я не могу, как разовьешь свои способности ты… не знаю. Ты получила больше, чем я, и больше…

– …чем заслуживаю, – горько усмехнулась я, уловив что-то в ее тоне.

– В твоих силах сделать так, чтобы я перестала так думать, – не стала отрицать очевидные вещи Елена Владленовна.

– Я не просила всего этого… Меня вынудили.

– Хочешь ты того или нет, у тебя есть сила, способности и есть предназначение, о котором, так и быть, мы пока говорить не будем. Но рано или поздно ты сама осознаешь, что это твоя карма. А сейчас готова приступить?

Я не была готова, но послушно кивнула и вытянулась на гимнастическом коврике, закрыв глаза.

Мне совсем не понравилось то, что происходит. Сначала процесс и правда напоминал обычную и ставшую привычной медитацию. Даже с закрытыми глазами я угадывала потоки энергии в воздухе, видела нити Елены Владленовны, пребывающие в покое, и тонкие лучики чужой энергии, просачивающиеся сквозь стены. А потом я заметила, что кроме привычных нитей вокруг моего тела обвивается достаточно толстая, похожая на бельевую веревка, она, подобно толстой, липкой паутине, опутывала мое тело, местами раздваиваясь или свиваясь в плотные узлы. Испугавшись, я распахнула глаза и поняла, что просто перешла на более глубокий уровень медитации и увидела то, чего не замечала никогда раньше.

Сидящая напротив меня Елена Владленовна находилась в трансе – глаза были закрыты, губы беззвучно что-то шептали, а руки осторожно разматывали обвивающую меня веревку. Толстая неопределенного цвета нить в ее руках послушно делилась на три более тонкие – зеленую, синюю и красную.

Я замерла, не решаясь даже подать голос. Происходящее завораживало и пугало одновременно. Я видела, как помощница директора перекручивает нити заново, она перебирала их руками, словно плела макраме, отметала почти все синие и зеленые, а красные скручивала между собой. Елена Владленовна словно меняла цвет связывающих меня веревок. Возможно, именно так она избавляла меня от злости и агрессии? Пока особых изменений я не чувствовала, но, судя по побледневшему лицу помощницы директора, она затратила много сил.

– Теперь все просто замечательно, – хрипло прошептала женщина и, откинувшись на пол, закрыла глаза. – Иди, – велела она. – Я слишком устала.

– Что это было? – Я не удержалась от вопроса и внимательно осмотрела свое тело. Опутывающая его веревка исчезла,

словно ее и не было. Нити я видела до сих пор, а ее нет.

– Не сейчас, – едва слышно шепнула помощница директора, не открывая глаз. Доставать ее вопросами сейчас было бесполезно.

Я не стала больше возражать и вылетела в коридор. Я была настолько взволнованна и так сильно ждала подвоха, что не могла разобраться в собственных ощущениях. С одной стороны, никаких изменений пока не чувствовалось. С другой – приливы злости и агрессии на меня накатывали внезапно, сейчас ничего подобного не было, скорее легкость, подъем и странное возбуждение. Организм требовал действий – желательно танцев, веселья, музыки. Мне впервые за полгода хотелось по-настоящему оттянуться. Моя агрессия сменилась неожиданно хорошим настроением? Или это просто очередная прихоть изменяющегося организма?

Так сразу определить, что именно во мне изменилось и изменилось ли вообще, не представлялось возможным, поэтому я решила прекратить самоанализ и все же дойти до комнаты Влада, как и собиралась раньше.

В коридорах лицея было совсем пусто. Даже странно. Все словно вымерли. Или просто ритуал, который проводила Елена Владленовна, занял намного больше времени, чем мне показалось. Ни часов, ни мобильника у меня с собой не было, а по густой, непроглядной тьме за окном время определить было невозможно.

Длинные запутанные коридоры огромного старинного здания всегда тонули в полумраке. Вечерами они подсвечивались лишь немногочисленными настенными бра. И когда здесь не носились толпы шумных лицеистов, становилось немного жутковато. Особенно на третьем, почти пустом этаже, где жили немногочисленные преподаватели и некоторые студенты. Например, Влад и Ян.

Гулкое эхо моих шагов отражалось от стен, резонировало и растворялось где-то в темных сводах потолка. Тишина, ставшая совсем неестественной, настораживала. Я остановилась и оглянулась через плечо. Казалось, за моей спиной наблюдает пара внимательных глаз. Между лопаток пробежал неприятный холодок, а под ногами я увидела низко стелющийся по полу туман. Сначала он тянулся из-под плинтусов и подоконников тоненькими сизыми струйками и походил на полупрозрачный сигаретный дым. Но со временем становился все гуще и гуще, превращаясь в достигающую колен плотную белую вату.

Я испуганно шарахнулась, пытаясь выбраться из странного, пугающего тумана, но знакомый коридор неуловимо изменился, удлинившись и сузившись. Еще секунду назад до выхода было рукой подать, а сейчас он отдалился от меня метров на сто.

Я панически заметалась в постоянно изменяющемся пространстве и с ужасом поняла, что попала в чью-то хитроумную ловушку. «Мерзавец Шеша! – пронеслось у меня в голове. – Или коварная Елена Владленовна со своими подозрительными ритуалами! Какую ловушку они мне приготовили на этот раз?»

Я поняла, что мои подозрения неверны, когда за спиной услышала тихие, уже знакомые голоса. Именно их я слышала у себя в комнате накануне вечером. Они просили впустить, а теперь нашли меня сами.

– Смотри, какая хорошенькая, – вкрадчивый шепот принадлежал явно девушке или женщине.

– Юная, даже жаль…

– А мне – нет. Знаешь, как она будет биться в наших объятиях?

– Ее кровь такая сладкая, красная! Я чувствую этот притягательный запах.

– Алая, словно страсть…