Подмененная

Холт Виктория

— Многое… для вас?

— Да, он помог мне уладить конфликт между мной и человеком, за которого я надеюсь выйти замуж.

— И этот счастливчик…

Я сделала нетерпеливое движение, и Джерсон продолжил:

— Я имел в виду, что он самый счастливый человек на земле. Это Патрик Картрайт?

— Да.

— И Лэнсдон совершил подобное чудо? Какая ему польза от этого?

— Никакой. Вы ничего не понимаете. Он не может заставить себя забыть о прошлом… о смерти моей

матери. Мы с ним…

— Все это очень трогательно, — сказал Джерсон с оттенком цинизма.

Я поднялась:

— Я вижу, этот разговор бесполезен.

— Но это не так. Послушайте, я и в самом деле хочу, помочь вам.

— Вы говорите серьезно?

— От всего сердца.

— Вы всегда исключительно предупредительны.

Только не знаю, насколько вам можно доверять.

— Поверьте, я готов сделать все, чтобы помочь вам. — Он посмотрел на меня так открыто, что я действительно начала верить ему. — Расскажите мне о Патрике, — попросил он.

К своему удивлению, я выложила ему все о случившемся в Корнуолле, о той роли, которую сыграла Белинда, пытавшаяся перекроить наши жизни и вполне преуспевшая бы, если бы не вмешательство Бенедикта.

— Вот это ребенок! В общем-то, из-за вас она и совершила этот чудовищный поступок.

— У нее, конечно, богатое воображение, но меня поражает то, что она зашла так далеко… пусть даже ради меня.

У меня вдруг мелькнула догадка;

— А не она ли случайно помогла вас раздобыть ключ от запертой комнаты?

Джерсон улыбнулся, но промолчал.

— Конечно она! — воскликнула я. — И почему я раньше не подумала об этом? Она украла ключ у миссис Эмери, не так ли?

Он продолжал молча улыбаться.

— И принесла этот ключ вам. Вы сделали с него дубликат. А потом она вернула ключ в комнату миссис Эмери.

— Звучит правдоподобно, а?

— Как вы могли так поступить! Использовать ребенка для своих махинаций!

— До чего же велика преданность этого; юного существа… Видите ли, мне нужно было взглянуть в те бумаги, удостовериться кое в каких фактах.

— И вы выяснили, что ведутся переговоры по поводу «Дьявольской короны».

— Вы очень умны. Нет необходимости что-то рассказывать вам, потому что вы уже все знаете. О да, мисс Белинда была готова для меня на все.

— Ее чувства весьма поверхностны, — не без злорадства заметила я. Сейчас она перенесла их на другого гостя. Это австралиец, который ведает золотым рудником. Своими рассказами об Австралии он полностью вытеснил ваш светлый образ.

— Что ж, наверное, это к лучшему. А Бенедикт, значит, докопался до сути? Зачем?

— Ради того, чтобы видеть меня счастливой.

— Значит, он

начинает жизнь с новой страницы?

— Все мы время от времени начинаем жизнь заново. И это хорошо. Возможно, помогая людям, можно выиграть больше, чем делая мелкие пакости. Так вы поможете мне?

— Вы считаете, что я замешан в этом?

— Я сама слышала, как вы обещали отомстить Бенедикту.

— Знаете, моя зависимость от него кончилась.

— И вы получили удовлетворение, узнав, что для него не нашлось места в кабинете министров.

— Он очень расстроился?

— Вы же сами сказали, что он умеет выносить удары судьбы. Так произошло и на этот раз. Но он изменился. Если бы нашелся ответ на эту загадку… возможно, он был бы счастлив.

— При условии, что это будет подходящий ответ.

Я слышал, что в районе усадьбы велись какие-то земляные работы.

Я кивнула:

— Кому-то показались, что там недавно копали землю, и это навело на некоторые соображения…

— Но ничего не нашли?

— Нет. Я не верю в то, что она мертва. Ах, если бы она вернулась!

— Вы думаете, что, произойди это, они могли бы жить счастливо?

— Думаю, если бы они постарались… Да, это вероятно. Я уже говорила вам, что он изменился.

Оливер взял мою руку, лежавшую на столе, и пожал ее.

— Вы очень милая девушка, Ребекка, — сказал он. — Я был бы счастлив, если бы все пошло в соответствии с моим планом.

— Я никогда не вышла бы за вас замуж. У меня всегда был…

— Счастливчик Патрик.

— По-моему, пока ему не слишком-то везет. Когда он вернется, все пойдет по-другому.

— Я завидую ему все больше и больше. Вы знаете, мне действительно хотелось бы помочь вам.

— Теперь вы понимаете, почему я старалась разыскать вас. Я подумала, что раз вы встречались с Селестой, то можете что-то знать о ней.

— Где вы остановились?

— У Картрайтов.

— В доме родителей счастливчика Патрика? Я знаю этот дом. И долго вы здесь пробудете?

— Не более недели.

— Вы приехали в Лондон, чтобы навести справки.

Вы хотите разгадать тайну исчезновения Селесты ради Бенедикта, потому что он оказался к вам так добр. Он начал новую жизнь и теперь станет любящим отцом и отчимом. И все вы станете одной счастливой семьей.

— Пожалуйста, не смейтесь надо мной.

— Я и не смеюсь. Я исполнен благоговения. Это ведь много для вас значит, не правда ли?

— Очень много.

— Мне кажется, с вашей стороны было чрезвычайно благородно отправиться в это странствование с целью расследования. Я сделаю все возможное, чтобы помочь вам.