Подкидыш

Хэррод-Иглз Синтия

Сейчас она вскинула глаза на мужа и, увидев выражение его лица, улыбнулась.

– Все прошло хорошо? – спросила Элеонора. Роберт взял её руки и нежно поцеловал.

– Все прошло отлично, миледи, – ответил он, думая о том, как она прекрасна в своем новом зимнем платье из фиолетовой шерсти, отороченном каракулем. – Слушания идут полным ходом, и мы получим решение к следующему месяцу. И тогда имение Твелвтриз будет нашим.

– Хорошо, если так, – рассмеялась Элеонора. – А то ведь у нас там уже пасется сотня овец.

– А почему бы и нет? – пожал

плечами Роберт. – Считай, что оно уже наше! И по дороге домой я подумал, что мы можем перебраться туда прямо сейчас. Дом там гораздо лучше: во-первых, больше, а во-вторых, теплее. Временами мне кажется, что я просто превращаюсь в сосульку в этой продуваемой всеми ветрами голубятне – нашем старом доме. Ну, Рейнольд, как дела? – осведомился Роберт, вдруг вспомнив, что они не одни.

– Все хорошо, хозяин, – ответил Рейнольд, но голос его звучал не слишком уверенно.

– Зачем же ты тогда беспокоишь госпожу? – строго взглянул на управляющего Роберт.

– Да все эти счета, хозяин... – начал Рейнольд, но Элеонора взмахом руки велела ему замолчать.

– Я помогаю ему, а он учит меня, – быстро сказала она. – Я хочу разбираться в нашем деле – начиная с разведения овец и кончая поступлением денег за проданную шерсть.

– Тебе не стоит забивать себе голову делами, – проворчал Роберт, – особенно в твоем положении. Элеоноре оставался всего месяц до шестых родов.

– Чем больше я буду знать, тем лучшей женой тебе стану, Роберт, – ответила Элеонора, отлично умевшая умаслить своего господина и повелителя, а потом честно добавила. – И потом, я просто не могу сидеть без дела, а ходить мне сейчас трудно. Хорошо, Рейнольд, я думаю, на этом мы сегодня закончим. Вы можете идти – возможно, завтра я найду время, чтобы продолжить.

– Слушаюсь, госпожа. Спасибо, хозяин, – поклонился Рейнольд и выскользнул из комнаты. Роберт наградил жену лукавой улыбкой и произнес.

– А Джоб сказал мне, что управляющий опять запутался в счетах.

– Джоб слишком много говорит, – улыбнулась Элеонора и передернула плечами. – Рейнольд – хороший управляющий и честный человек. Просто стыдно ругать его за то, что он не может справиться со счетами. Почему бы нам не поручить Джобу часть его дел?

Роберт слегка нахмурил брови.

– Это работа управляющего, а управляющий у нас – Рейнольд. У Джоба хватает своих забот.

– Парень вполне справится, – настаивала Элеонора, но без особенного нажима. Ей вовсе не улыбалось ввязываться в ссору из-за своего дворецкого. – Как бы то ни было, я и сама совсем не против помогать Рейнольду. И уж коли разговор зашел о слугах, я хочу побеседовать с тобой кос о чем, касающемся Эдуарда.

– А что случилось с Эдуардом? – быстро спросил Роберт. Сын был для него всем.

– О, нет, не волнуйся – он не сделал ничего плохого, – успокоила мужа Элеонора. – Наоборот, порой меня тревожит, что он такой тихий. Конечно, ребенок должен быть послушным, но мне бы хотелось почувствовать в нем и какой-то характер.

– Как у Изабеллы? – сухо усмехнулся Роберт. Изабелла в свои четыре с половиной

года заставляла дрожать весь дом. От неё каждую минуту ожидали какой-нибудь отчаянной выходки. Не далее как неделю назад она умудрилась удрать от не спускавшей с неё глаз Энис и полдня пропадала неизвестно где. В доме стоял ужасный крик, почти всех слуг отправили на поиски беглянки и все успокоились только тогда, когда Изабеллу наконец привез Бен, снявший девочку с дерева, на которое её загнал разъяренный баран. Она попыталась покататься на нем верхом, его это разозлило, и он, наставив на малышку рога, принудил спасаться на ветке. За такие дела Изабеллу выпороли, она устроила дикий рев, но наказание явно ничему её не научило. На следующей неделе она, несомненно, выкинет что-нибудь еще.

– Не обязательно как у Изабеллы, – ответила Элеонора. Она с трудом поднялась, и Гелерт, лежавший рядом с её креслом, тоже немедленно вскочил, уткнувшись носом в ладонь хозяйки. Опершись на руку Роберта, Элеонора прошла вместе с ним в крытый сад. – Но Эдуарду ведь три, почти три с половиной. Он уже вырос из доставшихся ему по наследству девчоночьих одежек и носит теперь мальчишечьи костюмчики. Пора ему и переходить из-под женской опеки под мужскую.

– Энис вполне справляется с ним, разве нет? – удивился Роберт. Элеонора раздраженно потрепала его по руке.

– Конечно, справляется. Эдуард – спокойный, послушный мальчик. И, надеюсь, вполне может сам за собой ухаживать. Но дело не в этом. Ему нужен наставник-джентльмен, который из него сделает джентльмена. Эдуарду нужен гувернер – возможно, один на двоих с Робом.

– Робу всего два года, – напомнил Роберт. Второй день рождения самого младшего члена семьи отпраздновали только в прошлом месяце.

– Я знаю, – кивнула Элеонора, – но он – гораздо более живой мальчик, чем Эдуард. Я думаю, что Энис будет только рада передать его кому-нибудь и заниматься лишь девочками и новорожденным.

– Хорошо, дорогая, – согласился Роберт. – Завтра, после мессы, я поспрашиваю, не знает ли кто-нибудь подходящего человека. Если ты считаешь, что Эдуард уже вырос, то, может быть, ему действительно лучше иметь в наставниках мужчину.

– Ну конечно!.. – начала Элеонора, но замолчала, увидев, что в сад входит дворецкий. – Да, Джоб?

– Я принес то, что хозяин забыл в седельной сумке, госпожа, – объяснил Джоб, протягивая завернутый в ткань предмет Роберту.

– Ах, да – это подарок тебе, моя дорогая, я случайно оставил его во дворе. Вот, возьми, со всей моей любовью.

Элеонора приняла подарок с улыбкой, в которой, на взгляд Джоба, было больше веселья, чем признательности. Роберт засыпал её подарками, почти никогда не возвращаясь из своих поездок, какими бы краткими они ни были, без чего-нибудь для жены, а порой – и для детей. Казалось, он делает все возможное, чтобы завоевать сердце Элеоноры, – и все без толку. Элеонора по-прежнему относилась к мужу с уважением, а иногда – и с нежностью, которую проявляла по отношению к детям или любимым слугам, но не более того.