Подкидыш
Шрифт:
— Ты не паразит, — прервал мои невеселые размышления Финн. — Они тебя любили, и ты искренне любила их. Это необычно, но в этом нет абсолютно ничего плохого. Более того, это даже хорошо. Возможно, благодаря этому ты окажешься способна на сострадание, чего недостает многим лидерам трилле.
— Сильно сомневаюсь, что я способна на сострадание.
— Я же вижу, насколько тебе неприятно наблюдать, как Элора обращается с другими. Она полагает, что уважения можно добиться исключительно силой и страхом. Но у меня есть чувство, что ты станешь
— И какие же?
— Это уже тебе решать, — просто ответил Финн.
На том наше занятие и завершилось. Финн настоял, что мне нужно отдохнуть перед завтрашним днем. Честно говоря, я и вправду устала, не физически, нет, то была нервная усталость. Мне хотелось спрятаться ото всех, зарыться под одеяло и заснуть. И спать долго-долго, до самого воскресенья, пропустив ужасную субботу.
Однако заснуть все не получалось. Я ворочалась с боку на бок, в голове крутились самые разные мысли, но чаще всего, разумеется, о Финне, о его чудесных прикосновениях, о… Я решительно отогнала эти воспоминания, и мысли мои перескочили на Мэтта. Я очень скучала по нему. Даже не думала, что буду так скучать. Считается, что время лечит, но я здесь уже почти неделю, и тоска по брату стала только острее. Мне так не хватало рядом человека, который поддерживал и любил меня всегда и безо всяких условий.
Проснулась я ни свет ни заря. Сна не было ни в одном глазу. Я оделась и выскользнула из комнаты, собираясь наведаться на кухню. Однако на лестнице наткнулась на Риза.
— Привет, чего так рано? — Риз отхватил от плюшки, которую держал в руке, изрядный кусок.
— Не спится. А ты чего?
— Тоже не спится. Да и в школу уже скоро собираться. — Он отбросил челку с глаз. — Дергаешься перед балом?
— Не без того, — призналась я.
— Как подготовка? Тяжко?
Я неопределенно кивнула.
— Тебя ведь что-то беспокоит, правда? Вид… кхм… расстроенный.
— Ничего особенного… — Я опустилась на верхнюю ступеньку. — Просто скучаю по брату.
— По брату? — как-то сдавленно переспросил Риз.
Он сел рядом. Только сейчас я сообразила, с кем разговариваю. Мне ведь и представить трудно, каково все эти годы приходилось Ризу. Ведь он-то, в отличие от меня, всегда знал, что он не родной. И наверняка чувствовал себя очень одиноким. И понимал, что родных никогда не увидит. Родители от него не отказывались. Его украли, и украли те, кому он сам не нужен, а нужно лишь его место в другой семье. От сочувствия у меня сжалось сердце.
— Да… Он ведь и твой брат, — пробормотала я.
Именно так. Мэтт всегда останется моим братом.
— Как его зовут? — тихо спросил Риз.
— Мэтт. Он классный. Самый классный парень на свете.
— Мэтт, — повторил Риз благоговейно.
— Самый смелый на свете. И самый верный. На все готов, лишь бы защитить тех, кого любит. И самый бескорыстный. И он очень-очень сильный. Он…
Я с трудом проглотила комок в горле и поняла, что
— А мама с папой какие?
Я долго молчала, прежде чем ответить.
— Папа умер, когда мне было пять… Мать не смогла этого перенести, и… с тех пор она живет в клинике. Психиатрической. Меня воспитывали Мэтт и тетя Мэгги, это папина сестра.
Меня вдруг захлестнула волна неприязни к Ким. Допустим, всеми ее поступками двигала любовь к Ризу, который навсегда останется для нее Майклом, но ведь именно мне приходится рассказывать ему обо всем. А она даже увидеться с ним не сможет, потому что до конца своих дней просидит в психушке. И чего она добилась своей ненавистью ко мне? Только боли. Себе, мне, Мэтту, Ризу, всем.
— Мне очень жаль. — Я коснулась руки Риза. — Сложно объяснить, откуда я это знаю, но твоя мать очень тебя любила. Она очень тебя ждала. А меня всегда ненавидела, потому что знала, что я — не ты.
— Правда?
Впервые я видела Риза грустным.
— Да. Для меня это, конечно, было ужасно. Ну просто полный отстой, — добавила я уныло, и Риз вдруг рассмеялся.
— Прости… Получается, меня очень нелегко забыть.
— Получается так.
Риз сжал мои пальцы:
— А тетя Мэгги? Какая она?
— Чудесная. Чересчур заботливая и хлопотливая, но чудесная. И терпеливая. Чего они только не натерпелись от меня… Знаешь, все странно. Они ведь на самом деле твои родные, не мои.
— Нет, они и твоя семья тоже, — возразил Риз. — Они тебя любят, они тебя вырастили. А это и есть настоящая семья, разве нет? Вряд ли Риз знал, как долго я ждала этих слов. Я люблю их и всегда буду любить. И очень хочется, чтобы все остальные это понимали.
— Венди!
Разумеется, это был Финн, направлявшийся подглядывать, как я сплю. Я быстро выдернула руку из ладони Риза. Тот вскочил.
— Что ты здесь делаешь? — вопросил Финн.
— Только что проснулась. Мы просто болтали.
Я взглянула на Риза, и он быстро кивнул. Во взгляде Финна подозрение так и плескалось, будто он застукал нас с поличным при ограблении банка.
— Тебе пора собираться в школу, — холодно сказал он Ризу.
— Сам знаю, — раздраженно буркнул тот и улыбнулся мне: — До встречи, Венди.
— Ага, пока, — улыбнулась я в ответ.
— Так что тут происходит? — прошипел Финн, когда Риз ушел.
— Я уже ответила, — отрезала я и встала. — Мы просто болтали!
— О чем?
— О семье.
— Нельзя ему рассказывать о твоей приемной семье. Мансклиги не должны знать о своем происхождении. Иначе они могут отправиться на поиски родных. А это недопустимо. Мансклиги не должны общаться со своими семьями. Это слишком опасно для нашего сообщества. Ясно?
— Но это нечестно! Нечестно и несправедливо! Вы их дважды лишаете семьи! Сначала украли, а потом не позволяете познакомиться с родными! Хотя они вам все равно не нужны! Почему им нельзя вернуться домой?