Подкидыш
Шрифт:
— Погодите, — неуверенно пробормотала я, — а где… Ну… Где мой отец?
— Ах, это… — Элора перевела взгляд на пейзаж за окном. — Умер. Мне жаль. Это произошло вскоре после твоего рождения.
Финн обещал мне другую жизнь в другом мире, где я не буду чувствовать себя чужой. Что ж, мир действительно другой, зато жизнь вполне себе прежняя. Прямо дежа-вю: такая же равнодушная холодная мать и такой же покойный отец.
— Между прочим, никаких денег у меня нет.
— Разумеется, нет. — Элора осталась спокойна. — Доступ к трастовому фонду ты получишь,
— Вы ошибаетесь. Насколько мне известно, у меня нет трастового фонда.
Как же мне хотелось уколоть эту высокомерную особу, воткнуть иголку в ее самое уязвимое место. Решила, стало быть, избавиться от ребенка, а заодно и наследство получить? Что ж, не удалось.
— Я выбрала Эверли исключительно за их солидное финансовое состояние, — сообщила Элора спокойно.
— Да, это я уже поняла. Жаль, что не приняли в расчет их психическое состояние. Отец покончил с собой, когда мне было пять лет. Никакой страховки, естественно, мы не получили. Мать ни дня в жизни не работала. Последние одиннадцать лет она живет в психиатрической клинике, на оплату которой ушла большая часть сбережений. Мы постоянно переезжали, бесконечные расходы на новое жилье и новую школу. Мы, конечно, не бедняки, но я сомневаюсь, что мы богаты.
— Что за «мы»? Они не твоя семья! — Элора даже приподнялась на кушетке. — О чем ты толкуешь? Эверли были одним из самых богатых семейств. Ты просто не могла истратить все их деньги.
— Я не знаю, сколько у нас… то есть у них денег, но мы… они никогда не купались в роскоши. Вы попросту ошиблись. И вы, может, не расслышали! — Я почти кричала. — У меня было жуткое детство! Мать пыталась меня убить!
Элору, однако, больше потрясло отсутствие у семейства Эверли несметных богатств, чем покушение на мою жизнь. Я ждала ее реакции.
— Так она оказалась одной из этих? — наконец спросила она.
— Что значит «одна из этих»? — процедила я.
— Видишь ли, иногда приемная мать знает правду. И порой пытается у бить ребенка. И некоторым это удается.
— Так вы понимали, что меня могут убить? — Я вскочила. — Понимали, что меня могут убить, и все равно меня бросили? Вам всегда было плевать на меня, да?!
— Давай обойдемся без сцен. — На лице Элоры проступило раздражение. — Риск минимален, такое случается крайне редко. К тому же ты жива. Никто не пострадал.
— Никто не пострадал?! — Я задрала пижамную куртку, обнажив шрам на животе. — Мне было шесть лет. Мне наложили шестьдесят швов. И это, по-вашему, «никто не пострадал»?
— Что за отвратительные манеры! Принцессе не пристало так себя вести.
Элора величественно поднялась с кушетки, явно желая, чтобы я удалилась. Лицо ее не выражало ничего, кроме крайней степени досады. Ни проблеска сочувствия, ни намека на материнское тепло. Я опустила куртку. Элора проплыла к окну и замерла, устремив взгляд на идиллически-прекрасный пейзаж за стеклом. Она молчала, я тоже. Тишину нарушило появление Финна.
— Что
— Венди утомилась. Проводи ее в ее комнату, — не оборачиваясь, распорядилась Элора. — Проследи, чтобы у нее было все необходимое. Ей нужно привести себя в порядок.
— Разумеется. — Финн посмотрел на меня.
Его теплый взгляд подействовал успокаивающе. И хотя теперь я знала, что он лишь выполняет свою работу, все равно приятно было сознавать, что рядом есть хоть кто-то, кто обо мне заботится.
Финн направился к двери, и я заторопилась за ним.
От услышанного голова шла кругом. Совершенно непонятно, как я вписываюсь во все происходящее. В одном Элора права. Мне действительно нужно привести себя в порядок. Да и утро вечера мудренее. Может, выспавшись, я почувствую себя лучше. И в голове прояснится. Хотя надежды и немного.
Я проследовала за Финном вверх по винтовой лестнице, а затем по богато декорированному коридору. Мой искатель направился к массивной деревянной двери, за которой, как я подозревала, и находилась моя комната. Ничего себе «комната»! В просторной зале с высокими сводчатыми потолками одна из стен, как здесь было заведено, была полностью стеклянная, отчего помещение казалось еще больше.
Если не считать огромной кровати с пологом, обстановка довольно современная. Компьютерный стол с ноутбуком, гигантский плоский телевизор, игровая консоль и еще куча всякой техники с обязательными гаджетами от «Эппл». Финн распахнул дверь гардеробной, которая была буквально набита одеждой, потом открыл другую дверь и щелкнул выключателем. Это была моя личная ванная, размерами больше напоминающая спа-салон.
— Как ловко ты все здесь находишь. Профессиональные навыки?
Мой искатель отлично ориентировался в доме.
— Я здесь иногда живу, — невозмутимо ответил Финн.
— Почему?
Меня кольнула ревность, а в следующий миг затошнило от мысли, что его с Элорой связывают чересчур близкие отношения. По-моему, он преклоняется перед ней чуть больше, чем следует.
— В качестве охранника. Твоя мать — могущественная женщина, но и она не всесильна. А как искатель я могу установить с ней связь. И тогда я чувствую приближение опасности.
— И часто возникает такая необходимость?
Мне, конечно, дела нет до так называемой мамочки, да пусть ее хоть растерзает целая шайка разбойников, но все же лучше знать, как часто на этот замок совершают набеги.
Но Финн как будто не услышал вопроса.
— Я помогу тебе освоиться. Наша система не идеальна, но ты привыкнешь. Комната Риза дальше по коридору. Моя комната, как и покои Элоры, находится в другом крыле.
Все-таки хорошо, что он тоже здесь живет. Наедине с этой женщиной я быстро свихнусь. Она могущественна, красива, умна, но в ней нет тепла, о котором я так мечтала. Материнского тепла. До этого дня я не сознавала, сколь отчаянно нуждаюсь в любви и заботе. Многие годы я отталкивала от себя тетушку Мэгги и даже Мэтта, но лишь потому, что боялась стать уязвимой.