Подчинись мне

Сова Анастасия

— Выходи за меня замуж?

— Что?

— Я хочу, чтобы ты стала моей женой. Сегодня. Мы сделаем это сегодня.

— Тимур...
– выпуская из легких воздух и убираю руки.

Но Абрамов не дает мне этого сделать. Перехватывает мои ладони и прижимает их к своей груди.

— Ты нужна нам. Мне и Никите. Сам я не справлюсь...

— Справишься, - уверяю его с улыбкой.
– Теперь, когда все встало на свои места, будет гораздо легче. Как я тебе уже говорила, ты проецировал чувства к Маше на сына. Ты делал это бессознательно.

И теперь, когда его мать перестала быть для тебя отрицательным персонажем, а я на это очень надеюсь, ты позволишь себе испытывать любовь. Твой ребенок очень в ней нуждается. Всегда нуждался. А сейчас особенно. Да и ЗАГСы уже закрыты. Вечер.

— Откроют.

— Тимур, - усмехаюсь, - ты просто неисправим!

— А ты слишком упряма. Отнекиваешься, точно я тебе снова трахаться предлагаю.

— А ты что предлагаешь?

— Другое. Как ты хотела. Ни тачку, ни бабло, ни трах. А это, - прижимает мою ладонь в области своего сердца. Оно стучит так сильно, что сотрясает обе наши руки.
– Тачка, бабло и член прилагаются.

— Абрамов, ты такой дурак!

— И долго вы тут будете шептаться?
– дверь в комнату Никиты неожиданно распахивается, и он сам выходит в коридор.

Мы с Тимуром в недоумении смотрим на него.

Я оказываюсь абсолютно не готовой к разговору.

— Расслабьтесь, я все слышал. Бабка - зло, папка — хороший.

Мы с Абрамовым переглядываемся.

— Поехали уже!
– поторапливает Никита.
– В ЗАГС опоздаем.

Глава 76

Варвара

Когда мы спускаемся на первый этаж, Маргариты Анатольевны уже нет внизу. Испытываю невероятное облегчение по этому поводу.

Не знаю, куда она делать, и что намерена делать, но видеть ее сейчас нет никакого, желания.

Уверена, Тимур и Никита тоже предпочитают уйти незамеченными.

У каждого в голове слови мысли. Все сделали выводы, но приняли решение идти дальше. Жить дальше. И я буду безумно рада, если отношения между отцом и сыном вскоре выйдут на новый уровень.

Никита тащит на себе пузатый рюкзак с вещами. Выражение его лица суровое. Сейчас он, кажется, обижен на весь мир.

Не хочу торопить ребенка, но все же, когда мы отъезжаем от дома его бабушки на достаточное расстояние, не выдерживаю и произношу, поворачиваясь к нему:

— Мы можем поговорить об этом, если хочешь...

— Я же сказал!
– подросток груб, но я пропускаю эту грубость мимо ушей. Он не серьезно, знаю.
–

Все нормально!

Нормально... выдохнула бы, если бы истинные чувства не были написаны на его лице.

Ладно. Нельзя быть навязчивой. Возможно, Никита сам придет ко мне, если решит, что готов разделить с кем-то свои чувства.

Замечаю, что едем мы в центр. Абрамов живет в элитном поселке в Новой Москве, и я отлично это помню. Моя хибара находится на окраине, в одном из самых бедных районов

города.

— Куда мы едем, Тимур?

Неужели, правда? Ну, то, что он сказал про предложение.

— У тебя память как у рыбки, Варь?

— Нет, я просто... Ты ведь не серьезно?

— Я хоть раз был несерьезен?

— Нет, но...

— Я еще никогда не был так серьезен, как сейчас, кукла!

— А мне еще никогда не было так страшно.

Зарождается неловкая пауза.

— Я ведь тебя не отпущу, понимаешь?
– Абрамов первым нарушает ее.
– Однажды я уже просрал свою женщину и не намерен делать это снова!

— Ты не был виноват тогда. А Маша... она просто испугалась.

— Давайте, пожалуйста, не будет об этом, - подает голос Никита с заднего сидения.

— Да, прости, - откликаюсь я.

— Женитесь уже, а то мозги ебете!

— Никита!
– восклицаю возмущенно.

— Я зашью твой поганый рот!
– рявкает Абрамов, на что подросток отвечает:

— Сначала себе зашей!

Не знаю почему мне становится так смешно, но покрасневшее от ярости лицо Тимура вызывает смех.

— Что?!
– рычит он на меня.
– Это нормально, когда ребенок матерится?

— Я уже не ребенок!

— У него стресс, — напоминаю.
– И у нас тоже. Слышали, есть такая методика, когда выезжаешь в лес или поле и кричишь во все горло, высвобождая весь негатив? – спешу увести разговор в другое русло. — Нам бы не помешало прокричаться, как думаете?

— Я - за, - воодушевляется Никита.

— А я против!
– отрезает Абрамов.
– Это что, такой глупый способ соскочить?

— Нет, это реальная методика и, судя по разговорам, вполне рабочая.

— Сначала ты станешь моей женой! А потом можете горланить сколько влезет!

Абрамов настроен серьезно. Теперь не остается никаких сомнений. Властный и жесткий человек, он всегда привык добиваться своего и отказов не потерпит.

Хочу ли я отказать? Не знаю. Нас тянет друг к другу, и это факт. Мы разные, но рядом. И все могло бы сложиться иначе, встретились бы мы при других обстоятельствах.

Сейчас четко можно сказать только одно - Тимур нуждается во мне. Внутри он сломленный и уязвимый. А я хочу чувствовать его рядом. Ощущать тепло. Видеть, как расслабляется этот мужчина, касаясь меня. Как меняется что-то у него внутри.

Все так круто закрутилось, что нет даже слов, чтобы описать это. Эмоции и чувства, они просто дерут изнутри. Бурлят, клокочут. И ты боишься упустить что-то важное, в погоне за тем, что чувствуешь.

— Мы закрыты, - бубнит уставшая на вид женщина, выходящая из дверей ЗАГСа. —Завтра приходите.

Абрамов тянется за бумажником и достает деньги. Закатываю глаза. Нужно будет отучить его.

Нельзя же покупать всех и каждого. Какой пример он показывает Никите?

Женщина мнется, но все же берет взятку.