Подчини волну!

Снежинская Катерина

Ракшас снова скрипнул зубами, попытавшись ступить на раненную ногу. Кажется, пока он отдыхал, конечность увеличилась раза в два. Пришлось передвигаться вперёд, придерживаясь за стеночку, ковыляя, как пёс с перебитым хребтом. Хорошо, что идти было недалеко.

***

Вейр вяло ковыряла ложкой кашу, больше размазывая её по тарелке, чем зачерпывая. В столовой народу хватало. Идя сюда, она не сразу и сообразила, что у остальных на Базе рабочий день, в смысле ночь, только начинается. Но разворачиваться в дверях и удирать,

показалось глупым. Хотя на неё и пялились, как на явление самой Девы. Офицеры-акшара даже не пытались сделать вид, что она их не интересует. Таращились в открытую. А Най, как назло, нигде видно не было.

Вот и приходилось сидеть, чувствуя себя голой под лучами софитов. Осознавая, что все прекрасно видят и бледную физиономию, и распухшие веки и покрасневшие глаза. И мантра «мне все равно» не помогала абсолютно.

– Разрешите к вам присоединится?
– раздалось над головой так неожиданно, что у Ли ложка из пальцев вывернулась, громко звякнув по краю тарелки.

Вейр уставилась на рослую, даже статную женщину, стоящую рядом. В том, что это именно акшара, никаких сомнений не было. И дело не только в габаритах, которые по всем параметрам превышали вейровские раза в два. Видимо, тут мода была такой. Платья с широким подолом в пол и длинными рукавами в купе с головой, замотанной платком, пребывали в тренде.

– Ну, так как? Можно?
– женщина улыбнулась, видимо, желая подстегнуть мыслительный процесс доктора.

Ли кивнула и неловко махнула рукой. Движение вышло действительно странным. Не то врач указывала на свободный стул, не то на входную дверь.

Видимо, акшара предпочла расценить жест как приглашение, и устроилась за столиком.

Больше всего к этой женщине подходил синоним «царственная». Даже движения, плавные и неторопливые, были бы гораздо более уместны в каком-нибудь зале приёмов, а не в местной столовой. Да и осанка вполне могла принадлежать урождённой аристократке. Но раздражения акшара не вызывала и величием не подавляла.

Наверное, дело было в выражении лица, а, может, во взгляде. Вот как-то сразу и полностью верилось, что она принимает окружающих такими, какие они есть, со всеми тараканами и заскоками. И не просто принимает, а любит. Вероятно, кого-то больше, кого-то меньше. Но в том, что эта акшара была местной Большой Мамочкой, никаких сомнений не возникало.

– У нас не было возможности познакомиться. Меня зовут Доба или Доб - это как вам удобнее. В смысле, Доброта. Я супруга Реса, - улыбнулась женщина.

При этом вокруг её глаз и уже подвядающих губ собрались морщинки, делающие её гораздо старше, чем показалось на первый взгляд. Но и, действительно, добрее. Даже роднее как-то.

Вот только имя Рес врачу не говорило ни о чем. Но ради вежливости Вейр скроила заинтересованную физиономию.

– Ну, да, действительно. Наверное, он сам уже не помнит, как его зовут, - легко рассмеялась акшара.
–

Рес - это Кабан. Майор.

– О!
– это самое умное, что смогла выдавить из себя Ли.

В принципе, майора она видела только один раз. Но как-то он не произвёл на неё впечатления мужчины, у которого может быть вот такая жена. Скорее, ему бы подошла бой-баба со сковородкой наперевес.

– Не судите по внешности, - подмигнула Доб, - ежовые рукавицы я с собой в косметичке ношу.

– И ещё читаете мысли?
– буркнула Вейр, возвращаясь к размазыванию каши по тарелке.

Вот эдакую показную прозорливость она терпеть не могла. К ней обычно прилагалась мудрость прожитых лет, которую изливали, позабыв спросить желание собеседника.

– Вы меня простите, и за то, что навязываюсь и за то, что сейчас скажу.
– Акшара не преминула подтвердить правильность выводов доктора.
– Во-первых, чтобы догадаться, о чем вы думаете, читать мысли необходимости нет. У вас очень живое лицо. А, во-вторых, вы сделаете очень правильный выбор, если останетесь с ним.

– Спасибо за совет. Я его обязательно учту. А сейчас извините, мне нужно идти.

Ли резко отодвинула от себя тарелку с безнадёжно остывшей кашей и попыталась встать.

– А могу я вас попросить о консультации? Вы ведь доктор, верно?
– придержала её за руку Доб.

– Я не психолог и не психиатр, - гораздо резче, чем стоило бы, ответила Ли.

– Но более подходящих кандидатур тут и нет, - улыбнулась акшара.
– Мне правда очень хочется просто поговорить. Знаете, на Базе с женщинами вообще не густо. А те, что есть - молоденькие девочки. Я их не слишком хорошо понимаю. Они меня ещё меньше.

– Ну, хорошо, - нехотя сдалась врач.
– Тут поговорим?

– Не думаю, что здесь слишком удобно. Пойдёмте, это недалеко.

Идти казалось действительно недалеко - всего лишь до часовни. Которая ничуть не изменилась с последнего раза. Те же свечи, горящие на полу. Те же блики витражей на стенах. Та же помпезная статуя Девы и чёрный крест за ней.

Вейр здесь было неуютно, как будто она без спроса в чужую спальню залезла. Врач даже руками себя обняла, зябко потерев плечи. Зато акшара ничего не смущало. Женщина остановилась перед статуей и улыбнулась ей как старой подруге. Кстати, между Девой и Доб явно было что-то общее.

– Знаете, доктор, с Ресом я познакомилась, когда мне было всего семнадцать. И, естественно, влюбилась тут же. Ну, вы меня понимаете. Та-акой мужчина!
– супруга майора обернулась через плечо, как будто желая убедиться, что Ли её действительно поняла.

Доктору оставалось только кивнуть. Ну, правда же! У восторженных девочек не было ни шанса не влюбиться в местных парней. Про них всех скопом и про каждого по отдельности можно сказать: «Та-акой мужчина!».

Стадо отборных самцов.