Подарок
Шрифт:
– Значит ты, - произнесла она, встречаясь с ним взглядом, - библиотекарь. А что тогда я? Недельный заём?
Рассмеявшись, Дэниэл отложил книгу в сторону. Приблизившись, он аккуратно сжал ее колени.
– Недельный заём. Не уверен, что мне нравится мысль о необходимости возвращения такой книги.
Его руки поднялись от ее коленей вверх и обхватили бедра.
– А что насчет штрафов за задержку срока сдачи? – игриво спросила она, сверкнув взглядом.
– Думаю, я могу себе позволить их оплату, - произнес он.
Элеонор
Он целовал ее с настойчивостью, которую она не чувствовала прошлой ночью. Вчера он вел себя как завоеватель, клеймил ее собой. Сегодня утром, в его поцелуе присутствовало желание обладать ей. Только теперь она не играла роль куклы, заменяющей ему жену. Элеонор заставила его смеяться, подарила передышку, наверняка, первую и единственную на протяжении всех трех лет. Сейчас она чувствовала его благодарность.
Дэниэл стащил ее со стола. Интересно, он возьмет ее прямо здесь на полу или отведет в спальню? Вместо этого он развернул ее спиной к себе и прижал к груди. Прежде чем опустить ее на поверхность стола, он подарил ей долгий собственнический поцелуй в основание шеи.
Элеонор заставила себя глубоко дышать, пока Дэниэл раздевал ее ниже пояса. Она морально приготовилась к его вторжению, такому же неожиданному и грубому как вчера. Но он выжидал, проводя по ее бедрам ладонями вверх и вниз, поглаживая поясницу и лаская между ног до тех пор, пока она не привстала на носочки от нетерпения. И когда он, наконец, проник в нее, то не торопился и действовал методично. Взяв ее за затылок, Дэниэл начал двигаться. Он не стал погружаться так же глубоко, как прошлой ночью, но он входил в нее круговыми движениями, под каждым углом.
Девушка негромко постанывала, ее горячее дыхание оставляло влажную дорожку на столешнице из махогона под щекой.
– Тебе нравится, когда тебя берут сзади, - сказал он, утверждая.
– Боже, да, - призналась она без капли стыда.
– В таком положении в тебя можно войти…по-разному.
– Если ты считаешь, что это звучит угрожающе, то ты меня плохо знаешь, - самодовольно ответила она, не переставая извиваться под ним.
– Я и не знаю тебя, - сказал он, со слегка сбившимся дыханием, но все еще полностью себя контролируя, - но это изменится.
Словно в доказательство своих слов, он вошел нее глубоко и сильно, вырывая из нее острый вскрик и заставляя сокращаться ее внутренние мышцы.
Она закрыла глаза. Мужчина ускорил темп. Кончила она тихо, но недостаточно для того, чтобы он не услышал. В ответ на что до нее донесся его смех, сменившийся приглушенным рычанием, когда он тремя финальными толчками позволил себе присоединиться к ней в оргазме.
Дыхание Элеонор медленно, но верно возвращалось в норму. Она моргнула и приподняла голову. Все, что она видела – тысячи книг, сложенных и аккуратно расставленных на полках. Дэниэл все еще находился в ее теле.
– Боже, как я люблю начитанных мужчин, - выдохнула она и снова
примечания переводчика:
Азбучный суп* - (лингв.) алфавитная мешанина, буквенное нагромождение (аббревиатуры, сокращения; особенно о названиях организаций)
Огненная Земля** - архипелаг островов на крайнем юге Южной Америки.
Глория Стейнем *** - американская журналистка, общественный и политический деятель, лидер феминистских движений, в 60-х и 70-х - активная участница Движения за освобождение женщин.
***
Задвинув секс на задний план – по крайней мере, ненадолго – Элеонор и Дэниэл как следует занялись делами в библиотеке. Дэниэл сортировал свои книжные запасы согласно новому распорядку, а Элеонор вытирала пыль на полках и раскладывала отобранные мужчиной книги по системе Дьюи.
Иногда, не прерывая работы, они разговаривали: Элеонор узнала о детстве Дэниэла в Канаде и причине его устойчивости к холодам Новой Англии, в свою очередь, девушка призналась том, что ей не хватает амбициозности. Гипотетически она бы хотела чего-то значительнее, чем работать в книжном магазине, но она была счастлива большее количество времени своей жизни, поэтому не стремилась к коренным переменам.
– Чувство удовлетворения может обернуться врагом, - согласился Дэниэл, он ответил так, будто по себе знал, о чем говорил, - но не беспокойся. Жизнь, смерть или Перст Божий вмешаются в течение твоей жизни. Наслаждайся этим состоянием, пока можешь. Оно не вечно.
Элеонор вздрогнула от горечи правды, сквозившей в его словах.
– Все эти три года ты пребывал в довольстве собой. Кем же я являюсь – жизнью, смертью или Перстом Божим?
– Ты, - сказал он, - стихийное бедствие, - Дэниэл шлепнул ее, призывая вернуться к работе.
Дальше они продолжали работать молча, тишина прерывалась лишь незначительными репликами относительно того, как лучше расставить книги. Во время одного из перерывов, предназначенного для того, чтобы подвигаться и размять кости, Элеонор подошла к нише в стене. Внутри тщательно поставленные друг на друга, располагались две дюжины картонных коробок.
– Что это? – обратилась она к Дэниэлу.
– Хлам, - ответил он, подходя к ней из другого угла комнаты, - старые книги Мегги по юриспруденции. В городе есть колледж, где в программу включено изучение права. Я собирался пожертвовать эти книги их маленькой библиотеке.
– Собирался?
– Ну…и до сих пор собираюсь. Я просто еще не…
Элеонор смерила его долгим внимательным взглядом.
– Как долго здесь стоят эти коробки?
– Думаю, около года.
Элеонор продолжила сверлить его взглядом.
– Ты ведь не забыла, что в этих отношениях Доминантом являюсь я?
Девушка даже не вздрогнула.
– Тогда веди себя соответственно.
– Буду.
С этими словами Дэниэл подхватил девушку и перебросил ее извивающееся тело через плечо. Он донес ее до шкафа, у которого они работали до перерыва.