Подарок для Александры
Шрифт:
– Я хочу выбрать себе платье сама.
Он пожал плечами.
– Как хочешь.
Димитрий направился к телефону. Все признаки, отдаленно напоминающие проявления любви, мгновенно исчезли и с его лица, и из поведения.
– Димитрий…
Он оглянулся.
– Да?
– Это все, чего ты хотел?
Он рассмеялся, снова подошел к ней, взял ее за руки, поднял с дивана и крепко обнял.
– Все в порядке, дорогая. Я просто решил поскорей заняться делами, за неделю надо успеть многое.
Объяснение было принято и сомнений не вызывало,
– Ладно.
Он ласково развернул ее в сторону спальни и нежно хлопнул по попе.
– Поспи немного. Беременным женщинам рекомендован дневной сон.
Она отправилась в спальню умиротворенной. Причем в его спальню, в сторону которой он ее и развернул.
Димитрий крепко сжимал в руке телефонную трубку, не набирая номера. А чего он, собственно говоря, ждал? Что Александра скажет, что выходит за него замуж по зову сердца?
Со временем он надеялся вернуть ее доверие. Они могли снова обрести все то, что было между ними в Париже. Привязанность, радость, согласие, близость. И когда она поймет, что он больше никогда ее не бросит, не обойдется с ней жестоко, глаза ее снова заблестят огнем любви.
По крайней мере ему удалось выполнить обещание, данное деду.
– Ты волнуешься, дорогая? Почему?
Александра отодвинула ярды ткани, которые пошли на юбку ее подвенечного платья, аккуратно разложив их на сиденье лимузина.
– На приеме будет так много народу.
– Ты демонстрировала коллекции купальных костюмов перед толпами зрителей.
Правильно. Но среди них не было ни брата Димитрия, ни тем более его бывшей невесты.
– У Спироса не создалось мнения, что я легкомысленная женщина?
– Почему ты вдруг об этом подумала?
– Просто я уверена, что вину за унижение и весь позор, вылившийся на голову Фебы, он возлагает на меня.
Димитрий обнял ее, захватывая руками и бесчисленные ярды белого атласа, неотделимые от его невесты. Он нежно взял ее за подбородок и повернул лицом к себе, чтобы взглянуть в ее глаза.
– Мой брат никого не винит. Он знает, что ты даже не подозревала о существовании Фебы. Ему известен корень зла. Я навлек на себя неприятности сам и причинил страдания окружающим.
– Но он твой брат. Тебя-то он простит. – Сколько раз она прощала матери? – А вот меня вряд ли.
Димитрий от души рассмеялся.
– Спирос и дед знают, что виноват только я. Не волнуйся, пожалуйста. Спирос счастлив в браке и с нетерпением ждет появления на свет племянника.
Александра еще долго продолжала бы свои горестные стенания, если бы лимузин не затормозил и не въехал плавно на стоянку, а секундами позже не открылась бы дверца. Димитрий взял ее на руки и вынес из машины.
Александра яростно запротестовала:
– На руках ты должен перенести меня через порог нашего дома, а не вносить на торжественный прием!
Димитрий рассмеялся, и это был заразительный, искренний смех, который
– Я в состоянии сделать и то, и другое.
Ей не хотелось огорчать его, улыбка красила его лицо. Она не стала возражать, и он нес ее на руках до парадного входа в гостиницу, а затем до огромного зала, отведенного для торжественного приема в честь новобрачных. Громкими возгласами встретили гости виновников торжества. И в течение последующего часа молодые принимали поздравления от собравшихся.
Александра села в огромное кресло и улыбнулась сестре, усаживавшейся рядом с ней.
– Привет, Мэдди! Ну не сказка ли все это? – Она обвела рукой огромное пространство, где танцевали, веселились, беседовали элегантно одетые гости.
Мэделейн улыбнулась.
– Конечно! Кареты, запряженные лошадьми, выглядели просто потрясающе. А внутреннее убранство церкви было таким изысканным!
– Димитрий сделал все от него зависящее, чтобы этот день стал особенным. Всю неделю он только и спрашивал меня, не упустил ли какую-нибудь деталь, стараясь чтобы мои фантастические представления о собственной свадьбе стали реальностью.
– Им суждено было исполниться! – послышался голос Димитрия. Он подошел сзади и опустил руку на плечо Александры. – В брак вступают один раз в жизни. И свадьба должна стать воплощением мечты.
Она повернула голову, чтобы улыбнуться ему в ответ:
– Она стала именно такой.
Димитрий наклонился и нежно поцеловал Александру в губы.
– Я очень рад, любимая. Это было моим заветным желанием.
– Снова строите глазки друг другу? – Подошедший к ним мужчина, которого можно было принять за близнеца Димитрия, если бы не темно-карие глаза и юный вид, по-приятельски похлопал ее мужа по спине. – Времени у вас для этого будет предостаточно, только чуть позже.
Рука Димитрия на секунду чуть сильнее сдавила ей плечо, словно успокаивая, как будто он почувствовал ее смущение и некоторую неловкость.
Феба, очаровательная молодая женщина с классическими греческими чертами лица, одухотворенными юношеской невинностью, весело рассмеялась.
– Не стоит дразнить брата в день свадьбы. Жениху полагается смотреть на свою невесту влюбленными, полными счастья глазами.
Феба разрумянилась, когда Спирос обнял ее за плечи с довольным видом собственника.
– Это чистая правда, – произнес он.
Александра улыбнулась. Как хорошо, что ее беременность не разрушила жизни влюбленных. Было совершенно очевидно, что эти двое купались в счастье, став мужем и женой.
Димитрий наклонился к жене и тихо спросил:
– Ты готова поехать домой?
– Мы же еще не танцевали. – А ей так этого хотелось!
Он благосклонно улыбнулся.
– А нам придется это сделать, чтобы соблюсти традиции?
Она радостно закивала головой. Снисходительный блеск его глаз ей понравился. Она чувствовала себя любимицей, избалованным ребенком.