Подарок богов
Шрифт:
— Слушаюсь, гесса Кордиана, — склонила голову Лаверния и попятилась к двери.
— Я тебя не отпускала, — обрушился на неё гневный окрик госпожи.
Начальницу стражи буквально приморозило к месту. Что ни говори, а гесса Кордиана виртуозно владела стихиями. Лишь спустя несколько мгновений, лёд под ногами Лавернии начал таять. Только после этого она облегчённо перевела дух, вполне осознавая, что только чудом избежала смерти. Госпоже ничего не стоило превратить не сумевшую угодить подчинённую в ледяной столб, тогда бы ни один целитель не вернул её к жизни.
— Простите, — произнесла Лаверния
А Кордиана, не обращая внимания на состояние подчинённой, продолжила отдавать указания:
— Продолжать наблюдение за домом Арменга. Разрешаю использовать любые средства для получения информации о гессе Малини: подкуп, шантаж, угрозы, вплоть до физического воздействия.
— Будет исполнено, гесса Кордиана, — вновь поклонилась Лаверния, мысленно пожалев о том, что ментальная магия ей не доступна. Обладание столь редким даром сильно упростило бы ей задачу. Но увы, менталисты рождались лишь в правящем роде Аливасар, что, собственно говоря, и способствовало удержанию власти в их руках.
— Вот теперь можешь идти, — с ноткой снисходительности в голосе произнесла гесса Кордиана и жестом указала на дверь.
Лавернии пришлось сжать волю в кулак, чтобы не сорваться на бег, а медленно, соблюдая все условности, покинуть кабинет правительницы. И лишь оказавшись за дверью, женщина позволила себе слабость, отерев бисеринки пота со лба и рухнув в кресло для посетителей. Секретарь посмотрел на неё с нескрываемым сочувствием и налил стакан воды.
— Тяжко пришлось? — полюбопытствовал он осторожно.
— Терпимо, — поморщилась Лаверния. — Обошлось без членовредительства и ладно. Я думала, будет хуже.
Говорили они полушёпотом, да ещё прикрывая ладонями рты, чтобы не приведи боги, столь крамольные речи не достигли ушей их всесильной госпожи. В этом случае им обоим пришлось бы несладко. Не хотелось бы испытать на собственной шкуре, на что способна разгневанная представительница рода Аливасар.
Лесная тропинка терялась в гуще деревьев. Видно было, что ходили по ней не часто. Ларинике и Виларду приходилось буквально продираться сквозь кустарник, то и дело спотыкаясь о выступающие из земли корни и при этом постоянно отмахиваться от насекомых, которых в сырой чаще водилось в избытке.
— Ты хоть представляешь, что нужно делать, чтобы распечатать эту проклятую колыбель? — нарушил тишину Вилард после довольно продолжительного молчания.
Ради этого он даже притормозил и обернулся назад, чтобы видеть реакцию плетущейся за ним девушки. Вопреки ожиданиям, держалась она неплохо. Не ныла, не жаловалась на усталость, хотя было заметно, что каждый новый шаг даётся ей всё с большим трудом.
— Давай сперва доберёмся до места, а думать будем потом, — отмахнулась она.
— Интересная стратегия, но боюсь, в нашем случае она себя не оправдает, — покачал головой Вилард.
— Можешь предложить что-то получше, дерзай, я вся внимание, — огрызнулась девушка, тоже останавливаясь и борясь с желанием немедленно упасть в траву, чтобы отключиться по меньшей мере на два часа. Из чистого упрямства она не просила Виларда
— Хорошо, что колыбель находится на таком большом расстоянии от человеческого поселения, — сменил тему Вилард, ведь ссора в его планы не входила. — Не хотелось бы, чтобы люди пострадали из-за нас, — в голосе мужчины послышалась озабоченность. Чувствовалось, что он действительно переживает за тех, кого знает не первый год.
Лариника воспользовалась моментом и прислонилась спиной к широкому стволу дерева, а после и вовсе сползла по нему вниз, да так и застыла без сил, вытянув ноги и прикрыв глаза.
Вилард с трудом сдержал улыбку. Честно говоря, именно этого он и добивался, именно для этого и затевался весь разговор. Предложи он спутнице отдых просто так, и она наверняка отказалась бы, а так всё получилось само собой, и ничья гордость при этом не пострадала.
Пристроившись по соседству, Вилард принялся перебирать продукты, собранные им в дорогу заботливой Калистой. Кое-что из снеди следовало оставить на обратную дорогу. Нет никакой гарантии, что у них всё получится. В конце концов, того, что им удалось выяснить, явно не достаточно, чтобы быть уверенными в успехе задуманного предприятия на все сто процентов.
Будить спутницу было жалко. В бессознательном состоянии иллюзию было не удержать, и потому крепко спящая девушка предстала перед Вилардом в своём истинном обличье.
При свете дня она выглядела ещё более беззащитной. И всё же не стоило забывать, что эта юная красавица водила его за нос не один день, а будучи раскрытой, даже не подумала о том, чтобы раскаяться в своём обмане.
Вилард понимал, что в нём говорит обида, но недоверие с её стороны казалось ему по меньшей мере оскорбительным. Разве мог он предать того, кому был обязан жизнью? Да он вообще не способен на предательство. Родовая честь не позволит ему совершить столь низкий поступок. Уж лучше умереть, чем стать позором для своей семьи.
— Нам пора, — Вилард коснулся плеча девушки, вынуждая её проснуться. Близился полдень, тянуть дальше было некуда, если конечно они не собираются ночевать в лесу.
Лариника мгновенно очнулась, как будто и не спала вовсе. Усталость в её глазах сменилась голодным блеском. Улыбнувшись, Вилард протянул ей кусок ветчины и краюху хлеба. Мясо поможет восстановить силы, а хлеб придаст ощущение сытости желудку.
Перекусив всухомятку, парочка отправилась дальше. После короткого отдыха у обоих улучшилось настроение, а в мыслях поубавилось пессимизма.
— Ты так и не сказала мне, как тебя зовут, — бросил через плечо Вилард.
Лариника посмотрела на него удивлённо.
— Я думала, ты и сам сообразил, что Алария в тот вечер говорила именно обо мне.
Вилард невольно сбился с шагу, когда осознал, кого ему столь беззастенчиво навязывала в супруги уважаемая гесса.
— Лариника? — он чуть было не подавился воздухом, произнося это имя.
Первым порывом Виларда было желание высмеять матримониальные планы гессы Аларии, но он вовремя прикусил язык. Такие мысли лучше держать при себе, чтобы не заводить новых врагов. Женщины не прощают пренебрежения, даже если оно подкреплено вескими обоснованиями.