Подарок богини
Шрифт:
«Девочка? Какая девочка?»
И тут свет в моих глазах окончательно меркнет.
Богиня задумчиво смотрит на новоявленного попаданца.
«Я не успела ему сказать, что мой дар проявится не сразу… — подумала она, — …и ещё о том, что он делает человека талантливым во всём, в чём он будет искренне стараться преуспеть. Что ж? Придётся ему жить, не зная об этом. Меньше нужно было о деньгах болтать. А теперь — поздно. Пусть его душа отныне сама ищет свой путь…»
— Доктор, доктор! Что с моей
— Как зовут вашу дочь, нунним? (Нунним — уважительное обращение к женщине в Корее. — Прим. автора.)
— Пак Юн Ми!
— А… да. Ваша дочь сейчас в реанимации, нунним.
— Что с ней?!
— Не беспокойтесь, она жива, и её жизнь находится вне опасности. Девушка была доставлена к нам с черепно-мозговой травмой, полученной в автомобильной аварии…
— Авария?!
— Да, нунним. Автомобильная авария. В заявке на выезд «Скорой помощи» указано, что легковая автомашина сбила скутер, которым управляла ваша дочь. Никаких повреждений, кроме травмы головы, она не получила. Однако, судя по сделанному рентгеновскому снимку, имеется обширное кровоизлияние в мозг. Сейчас ваша дочь находится в реанимации. Она подключена к системе обеспечения жизнедеятельности.
— К системе? Почему? Всё так плохо?
— Простите, нунним, но я не знаю вашего имени…
— Пак Дже Мин… Меня зовут Пак Дже Мин!
— Дже Мин-сии… (Сии — уважительная приставка к имени. Она создает официальную обстановку и подчеркивает, что говорящий не знает слушающего, дистанцируется от него и старается быть нейтрально вежливым. — Прим. автора.)
… — Есть ещё одна плохая новость. У вашей дочери была остановка сердца. К счастью, мы смогли её реанимировать. Но сейчас она находится без сознания и ей производится искусственная вентиляция лёгких.
— Кк… как… — остановка сердца?!
— К сожалению, при травмах головы это иногда случается. Поэтому очень важно ездить на дороге в шлеме.
— Но она всегда ездила в шлеме!
— Похоже, в этот раз она была без него…
— Юн Ми всегда надевала шлем!
— В шлеме получить такую травму невозможно. Но давайте не будем об этом спорить, Дже Мин-сии. Сейчас уже неважно, не надела она его или надела, но забыла застегнуть… Это уже прошлое. А в настоящем она больна, и мы её должны вылечить. Пойдёмте со мною, Дже Мин-сии. Нам с вами нужно будет поговорить о дальнейшем лечении вашей дочери. Если вы, конечно, сейчас в состоянии об этом говорить.
— Доктор, я хочу видеть свою дочь!
— К сожалению, я буду вынужден вам отказать. Посторонним доступ в реанимацию запрещён.
— А когда я смогу её увидеть?
— Думаю, что не раньше следующего дня. Если эта ночь пройдёт спокойно, то завтра к обеду мы её переведем в обычное отделение. Тогда вы сможете быть рядом с ней.
— Так долго ждать…
— Дже Мин-сии, уже поздно… Думаю, вам стоит вернуться домой и отдохнуть. Ничем помочь вы тут не сможете. У вас есть кому заехать за вами?
— Старшая дочь… Мне
— Как пожелаете, нунним. Тогда лечение Юн Ми вы обсудите тоже завтра с другим врачом. Думаю, это будет даже правильнее, так как динамика изменения состояния пациента к завтрашнему дню станет более понятной… Прошу прощения, но меня ждут пациенты.
— Да, конечно. Большое спасибо, доктор…
Открываю глаза. День. Свет. В теле — полная опустошённость. Ни намёка на каплю силы даже на то, чтобы хотя бы просто пошевелиться. Ощущение чего-то инородного и неприятного в левой руке. Скашиваю глаза и чуть напрягаюсь, фокусируя зрение. Вижу, что из-под белой повязки на моём локте наверх, к прозрачному квадратному пакетику с жидкостью, уходит прозрачная трубочка, по которой что-то неторопливо капает. Некоторое время просто смотрю на падающие капли, без единой мысли в голове.
«Капельница…» — всплывает слово в мозгу.
Я — в больнице? Да, похоже… Почему? Не помню… Что-то не так… Что-то меня беспокоит… Что? Какое-то… слово… Какое?
Голова пустая и звонкая, как колокол. Опускаю глаза вниз.
Странная у меня рука… Отчего она вдруг такая — тонкая? А это точно моя рука?
Внезапно в поле зрения появляется девушка в белом медицинском халате, прижимающая обеими руками к своей груди что-то, издали похожее на планшет. Она ласково улыбается, кивает, смотря на меня, и что-то мне говорит. Судя по интонации — спрашивает. Молча, бездумно смотрю на неё, не понимая ни слова из того, что она произносит.
Казашка какая-то, — наконец формирую я своё мнение о ней и о её внешности, — не соображает, что нужно говорить по-русски… Понабрали тут…
Девушка продолжает говорить мне что-то успокаивающим тоном. Внезапно на меня наваливается дикая усталость. Веки мои закрываются, и я засыпаю…
— Добрый день, уважаемая Дже Мин-сии! Я назначен лечащим врачом вашей дочери. Я окончил Сеульский университет и пять лет проходил стажировку в Соединённых Штатах. Зовут меня Пак Чун Сон.
— Здравствуйте, Пак Чун Сон-ним! (Суффикс «ним» может прикрепляться к личному имени или титулу, должности и делает обращение более вежливым. — Прим. автора.)
— Что с моею дочерью? Ей лучше?
— Эээ, Дже Мин-сии, давайте я расскажу вам с самого начала, чтобы последовательность событий была ясной и понятной. Итак, вашу дочь привезли к нам вчера вечером, без сознания, после того, как её скутер сбила машина. При осмотре у пострадавшей была обнаружена травма головы. Сделанный рентген не выявил трещин и переломов костей черепа, но на снимке было большое затемнение, что указывало на наличие в её мозге гематомы. Девочке были введены препараты, рекомендованные в таких случаях, и она была помещена в реанимацию, так как она не приходила в сознание. Внезапно, без каких-либо предварительных симптомов, у неё произошла остановка сердца. К счастью, наши реаниматологи сумели его снова запустить. Но это удалось сделать лишь на одиннадцатой минуте…
Мистики, розенкрейцеры, тамплиеры в Советской России
Научно-образовательная:
история
религиоведение
рейтинг книги
