Подарки Деда Маразма

Луганцева Татьяна Игоревна

Ко времени этой вечеринки Марта окончила второй курс и, сдав экзамены, ждала распределения на практику на одну из ткацких фабрик.

«Я и не знала, что в наше время остался этот идиотизм — практика! Я, взрослая самостоятельная женщина, должна ходить на какую-то практику, работать на фабрике!» — в глубине души возмущалась она.

Вчерашняя вечеринка была как раз посвящена успешной сдаче экзаменов Мартой.

Замужество не принесло большого счастья подругам. Рита развелась со своим мужем Владиславом в тот же год, после этого еще два раза официально выходила замуж и, наконец-то осознав, что она не создана для семейной жизни, решила больше не повторять

роковых ошибок. Со всеми своими мужьями она осталась в прекрасных отношениях, каждый из них винил только себя в том, что не смог удержать рядом с собой такую чуткую и красивую женщину. Все они платили Рите алименты, хотя детей она не родила никому.

— Я отдала часть своей души, молодость!.. — грозила она им, а Марта удивлялась, как подруга смогла заставить их всех содержать ее. Скорее всего, неплохо устроившись в повторных браках, они просто боялись, что Рита вернет их обратно к себе и к ее богемному, совершенно безумному образу жизни, от которого они и сбежали.

Маргарита жила на деньги бывших мужей и на то, что она зарабатывала сама в качестве гадалки и предсказательницы человеческих судеб. Причем ее клиентами были в основном люди состоятельные, и они уходили от «предсказательницы Риты» вполне довольными.

Марта понимала, что ее подруга является просто классным психологом, кем она, собственно говоря, и была. Маргарита ушла с последнего курса института, не дождавшись получения диплома буквально два месяца, так как снова окунулась в пучину страсти со стройным голубоглазым шведом. В этом и была вся Рита, не похожая ни на кого и словно не от мира сего. Она не контролировала себя, не могла держать себя в руках, если ее захлестывали чувства и эмоции. Рита уходила в них с головой. Естественно, из Швеции она вернулась через пару месяцев, но ее это обстоятельство нисколько не смущало.

Марта, кое-как расчесав свои «железные волосы» и умывшись холодной водой, прошлепала на кухню. Даже звук закипающего чайника в этот день вызывал у Марты раздражение, шум в ушах и боль в голове. Она заставила себя проглотить кусочек сухого невкусного печенья, которое застряло у нее где-то в горле, и запила его двумя чашечками горячего растворимого кофе, что прибавило еще и ощущение изжоги у нее в желудке. Закашлявшись, Марта поплелась к себе в спальню одеваться. Она жила одна в хорошей двухкомнатной квартире дома сталинской постройки, с высокими потолками и большими, трехстворчатыми окнами. Дело в том, что Марта была более постоянна в любви, чем ее подруга Рита, но, к сожалению, их брак с Дмитрием — директором кладбища — закончился ровно через четыре года после того, как он начался. Хотя сейчас Марте казалось, что он закончился в день их бракосочетания. Сожалений из-за расставания никто не испытывал. Не было истерик, слез, обид, битой посуды, слежек за неверными супругами и длительных бесед с адвокатом. Просто в один прекрасный день Дима извинился перед Мартой за то, что причинил ей столько неудобств, что не оправдал ее надежд, собрал свои вещи и ушел, оставив квартиру и все совместно нажитое имущество жене. Марта оценила поступок бывшего мужа, и у них сохранились достойные, приятельские отношения. Развод они не оформляли, так как юридическая свобода была им не нужна, никому не хотелось заниматься бумажной волокитой.

После мирного ухода Дмитрия прошло два года, Марта оставалась по-прежнему одна, хотя недостатка в кавалерах у нее, конечно же, не было. Например, за ней ухаживал бывший одноклассник Женя Прохоров. Причем ухаживал он, надо отметить, весьма оригинально.

— Ты не смотри,

Марта, что я женат и у меня трое детей. Ты же знаешь, что я люблю только тебя! Просто, я же должен был как-то существовать! Ты была замужем и так недоступна для меня. Ты только свистни, и я сразу же оставлю свою семью и приду к тебе со своими вещами.

Марта мысленно аж содрогнулась от сей радужной перспективы. Маргарита же была куда более прозаична.

— Твой брак с Дмитрием Песковым был обречен с самого начала, да и как можно жить долго с мужчиной, занимающим должность директора кладбища? А Женька — отличный парень! Ну и что, что ты разрушишь семью? Любовь — превыше всего! А его детям будете помогать вместе. Если мужик идет сам в сети, его отгонять не надо! Это как на рыбалке, кому повезет, в те сети мужик и попадется. Эх, где бы мне порыбачить… но меня один карась не устроит, мне надо заловить целый косяк рыбы!

Марте же снился несколько дней подряд один и тот же сон. Она в тренерском костюме сборной России по бегу вальяжной походочкой прогуливается по стадиону. На стартовой линии появляется улыбающийся Евгений. Марта пронзительно свистит в свисток, и он бежит в ее сторону, распахивая объятия и призывно шевеля бровями. Лицо Марты постепенно вытягивается, так как за высокой фигурой Евгения она видит несущихся за ним на всех парах троих детей разных возрастов и полов и грузную даму в бигудях, с хозяйственной сумкой в одной руке и скалкой в другой, видимо, законную супругу Жени. Марта просыпалась от звонкого трезвона будильника в холодном поту, понимая, что не сможет стать ни тренером, ни главным призом в этом забеге с препятствиями из троих детей.

Вторым ухажером Марты был Родион Хомутов, аскетического вида красавец-брюнет, который все время ей говорил, что они одной породы, словно речь шла о скаковых лошадях. Это была отдельная песня. Он работал у ее бывшего мужа в должности заместителя директора кладбища, был свободен и вечно находился в разладе с окружающим миром, то есть являлся форменным занудой. При этом Родион Игоревич умудрялся не пропускать ни одной юбки, которые покупались на его внешность и умные разговоры ни о чем. Романы с женщинами у заместителя директора кладбища заканчивались примерно через два-три месяца, это тот срок, который отводил он, чтобы полностью узнать женщину и еще раз удостовериться, что все они — «глупые трещотки».

Почему-то к Марте он питал особые чувства, называя ее женщиной-загадкой. Это не мешало Роде, даже разговаривая с ней, засматриваться на других представительниц прекрасного пола. Марта не раз замечала, как преображается его лицо, шевелится тонкий кончик носа и загораются темным огнем глаза, словно у вампира, унюхавшего кровь, когда на горизонте появлялась очередная юбка. Лицо у Родиона Игоревича вечно было всем недовольное и обиженное, а фигура несколько обрюзгшая. Марте одно время казалось, что это из-за того, что он сожалеет, что работает в таком месте, где вокруг много женщин, но все они уже мертвы. Один раз даже Дима, бывший муж, пряча глаза, сказал Марте:

— Мне неудобно, но я должен с тобой поговорить. Я вижу, что Родион пытается ухаживать за тобой. Ты женщина свободная, он тоже… холост, и я не вправе тебе что-либо советовать, но на правах друга я хочу тебя предупредить. Он хороший партнер, честный бизнесмен, моя правая рука, но по отношению к женщинам он… как бы это помягче выразиться…

— Ничего не говори, Дима, я все прекрасно понимаю и вижу. Родя — элементарный бабник!

— Я просто не хочу, чтобы ты разочаровалась и страдала… еще раз.