Подари мне дитя
Шрифт:
И кто придумал такое место? На служебной машине я добирался долбаных полтора часа. И это без пробок и учитывая, что живу я не в самом отдаленном районе столицы.
Погодка была прекрасной, настроение – ей под стать. На ресепшене меня встретила волшебная нимфа, тут же сраженная моим обаянием. Она едва ли не вприпрыжку, что было достаточно сложно на таких шпильках, проводила меня до нужной двери.
В процессе я ее осмотрел, оценил и сделал заключение: годна по всем моим пунктам. Надо брать. Брать сзади, спереди, в рот. Короче,
Возле кабинета девушка опасливо покосилась на табличку, зачем-то пожелала мне удачи и испарилась со скоростью звука. А вот это уже интересно. Должно быть, буду иметь дело с какой-нибудь старой грымзой.
Табличка на двери гласила: «Иванова Мария Сергеевна». С Сергеевнами и Сергеевичами у меня всегда все складывалось удачно. Пусть будет знак! Я постучался и сразу вошел.
Кабинет был таким… нехилым. Просторный и светлый, в нем царил спартанский порядок. Люблю организованных людей, так как я вообще не способен к подобному на рабочем месте. Назовем это уважением.
У стены стоял небольшой диванчик, письменный стол и стул. Во второй части комнаты, отделенной от первой, через дверной проем виднелась стерильная зона с медицинским оборудованием.
Девушку в кабинете я заметил не сразу. Распознал только по шуршанию листочков.
Она была крошечной. Просто Дюймовочка в сравнении с только что покинувшей меня нимфой. Блондинка. Фигурка ничего так. Даже больше чем ничего. Розовый халатик до середины колен, а ниже – изящные щиколотки.
Униформа обтягивала осиную талию и высокую задницу. Я почувствовал, что от одного обзора этой барышни в штанах шевельнулось. Странно, пора завязывать с воздержанием. Уже от вида всяких Дюймовочек теряю голову.
Я пошел к ней. Пора начинать обольщение.
– Если что-то срочное, то буду свободна через десять минут.
Эта фраза немного сбила мой настрой. Голосок у нее оказался не таким, как я ожидал: ничего девчоночьего и пищащего. Она говорила жестко, хлестко. С характером? Ну-ну, я люблю укрощать строптивых. Я двинулся дальше.
– Вы меня не слышали? Я занята! Будьте добры выйти тем же способом, что зашли! Или мне помочь?
Командирша, тоже мне. Она явно была чем-то занята и не могла повернуться, поэтому шага я не сбавил. Я знаю, как обходиться с подобными пупами земли. Спорю, через пару дней будет стонать подо мной, прося, чтобы я называл ее госпожой.
Я подошел вплотную к девушке, которая оказалась ниже меня почти на голову. С наслаждением опустил обе руки ей на бедра. Нет, все-таки что-то в ней есть.
Ее волосы были убраны в строгий пучок. Я тихо прошептал ей на ушко:
– Ммм, какая грозная доктор в розовом. Может, подлечишь меня? Я тебя не обижу, буду самым послушным на свете пациентом.
Она застыла, а я уже мысленно праздновал победу. Руки сами переместились на аппетитные выпуклости
Лучше бы я этого не делал. Это вроде как переключить тумблер.
Дюймовочка, моментально перешедшая в разряд пигалиц, положила свои бумажки. Затем попыталась отдавить мне ногу и ткнуть острым локотком в ребра. Щекотно. Я охнул. Терпеть не могу щекотки.
Затем она схватилась за мою кисть наработанным движением и попыталась применить прием захвата. Интересненько.
Я блокировал ее и развернул лицом к себе. На меня уставились потрясающие аквамариновые глаза. Которые были тут же забыты, так как пигалица сделала не самое приятное движение ногой в область моих яиц.
Я сбросил груз в виде мелкой нахалки и взвыл от боли.
– Твою мать! Пигалица, ты что творишь?
Она не осталась в долгу:
– Я тебя препарирую, как лягушку, идиот безмозглый!
Мы стояли в окружении разлетающихся листов бумаги. Оба – в довольно раздраженном состоянии.
Пигалица было дернулась, пытаясь сбежать, но я ее зафиксировал, посадив на стол. Какая же все-таки она была мелкая.
В паху все еще ныло, я начал раздражаться:
– Сдурела? Ты мне все самое дорогое в жизни чуть не угробила!
Ничуть не смутившись, она прошлась по мне оценивающим взглядом. Это моя прерогатива!
– Уважаемый, мне, безусловно, очень жаль, что ваша жизнь так скудна, что лучшее в ней – это ваши собственные яйца, но я здесь ни при чем. Сами отпустите или посмотрим, чем еще я могу нанести ущерб ценности года, по версии самого себя?
Ничего себе выдала! Я внимательно рассмотрел ее. С раздражением осознал, что внутри просыпается давно погасший благодаря представительницам дающего пола азарт.
Затем произошло нечто, что превратило азарт в легкое наваждение: розовый халатик не выдержал напора достоинств пигалицы и сдал свои позиции в самом интересном месте!
Одна пуговица попала мне в глаз. Но даже это не могло отвлечь от роскошного вида, открывшегося мне. Священный Грааль, сокровище инков, масонский клад…
И ты это прятала под халатом, пигалица? Я на своем веку повидал столько грудей, что Казанове и не снилось! Но эта была идеальной!
Два идеальных, совершенных полушария. Об этом свидетельствовала и мгновенная реакция моего тела.
Нет, ну это выше моих сил! И я впился в розовые губы. Боже, это был чистый кайф!
Но пигалица не поддалась моим чарам. Эта чокнутая воткнула в меня ручку! А если бы ей попался канцелярский нож?!
– Пошел вон! Пока я не сделала так, чтобы детей у тебя никогда не было!
Я постепенно начинал проникаться ситуацией. С одной стороны, было понятно, что интерес эта пигалица вызывает у меня немалый, и я бы с радостью испробовал ее на вкус, а с другой… С другой стороны, в наличии имелась ее явная неадекватность в совокупности с тем обстоятельством, что она была нужна мне.