Под защитой камня
Шрифт:
— Волк, пойди найди Джондалара, — сказала она, давая ему сигнал уходить. Он немного помедлил и побежал прочь, когда она направилась к огромному каменному навесу Девятой Пещеры вместе с тремя женщинами.
Ненавязчиво, подобно женщинам Клана, Эйла приглядывалась к Мароне и ее подругам. Только женщины Клана в полной мере обладали способностью оставаться незамеченными. Они умели сливаться с окружающей обстановкой, словно растворялись в ней, и, казалось, не замечали ничего вокруг себя, но это было обманчивое впечатление.
С раннего детства девочкам внушали, что им запрещено разглядывать или просто прямо смотреть на мужчин, приучали вести
Эйла приобрела такую же сноровку в этом искусстве, как они, хотя, живя в Клане, не осознавала этого приобретения так ясно, как способность понимать знаковый язык. Наблюдения за этими подругами вновь заставили ее задуматься о побуждениях Мароны, но пока ей не хотелось делать никаких предположений.
Оказавшись на скалистом уступе, они направились к большому жилищу, расположенному дальше дома Мартоны, ближе к центру жилой площадки. Марона пригласила их войти в дом, где они встретили еще одну женщину, видимо, поджидавшую их.
Эйла, это моя кузина Уилопа, — сказала Марона, проходя через главное помещение в боковую спальную комнатку. — Уйлопа, это Эйла.
— Привет, — сказала Уилопа.
После почти ритуального знакомства со всеми родственниками Джондалара такое небрежное представление кузине Мароны, лишенное приветственных слов, поразило Эйлу, тем более что она впервые оказалась в их жилище. У нее уже сложились некоторые представления о Традициях Зеландонии, и она не ожидала от них такого поведения.
— Пррривет, Уилопа, — сказала Эйла. — Ты ррродилась в этом доме?
Уилопу удивило необычное произношение Эйлы, ей никогда не приходилось слышать никакого другого языка, кроме Зеландонии, и она с трудом поняла эту чужеземку.
— Нет, — вмешалась Марона. — Это дом моего брата, его жены и их детей. Мы с Уилопой просто живем вместе с ними, вот это наша спальня.
Эйла мельком глянула на комнату, отгороженную от остальных перегородками, подобными тем, что разделяли жилище Мартоны.
— Мы собирались сделать прически и подкраситься к вечернему празднеству, — сказала Портула. Она посмотрела на Марону с какой-то заискивающей улыбкой, превратившейся в ухмылку, когда она перевела взгляд на Эйлу. — И подумали, что ты, возможно, захочешь подготовиться к нему вместе с нами.
— Спасибо, что вы пригласили меня. Я с удовольствием посмотрю, что вы будете делать, — сказала Эйла. — Я не знаю ваших обычаев. Моя подруга Диги иногда делала мне прическу, но она из племени Мамутои, а они живут очень далеко отсюда. Я понимаю, что больше никогда не увижусь с ней, и мне очень не хватает ее. Ведь гораздо интереснее жить, когда у тебя есть подруги.
Портулу удивил и тронул честный и дружелюбный ответ новой знакомой; ее ухмылка сменилась обычной улыбкой.
— Раз уж на этом празднике будут приветствовать тебя, — сказала Марона, — мы подумали, что можем заранее подарить тебе какой-нибудь наряд. Знаешь, Эйла, я попросила мою кузину подобрать кое-что из одежды, чтобы ты могла ее примерить. — Марона окинула взглядом разложенную вокруг одежду. — Ты выбрала хорошие наряды, Уилопа. — Лорава хихикнула. Портула отвела глаза.
Эйла заметила несколько вещей, разложенных на лежанках и циновках, в основном — узкие штаны, рубахи с длинными рукавами или туники.
На Уилопе, выглядевшей постарше Мароны, был очень просторный наряд, похожий на один из предназначавшихся для примерки. На более молодой Лораве хорошо сидела подпоясанная на бедрах кожаная туника с короткими рукавами, покрой которой отличался от подобранной одежды. Довольно пухленькая Портула носила широкую юбку из какого-то волокнистого материала и просторную верхнюю майку с длинной бахромой, спускающейся на юбку. Стройная и фигуристая Марона отлично смотрелась в коротенькой безрукавке с большим вырезом, богато украшенной бусинами и перышками, с красноватой бахромой по краю, спускающейся чуть ниже талии, и коротенькой юбочке, напоминающей набедренную повязку, которую Эйла иногда надевала в жаркие дни во время Путешествия.
Джондалар показал ей, как можно протянуть между ног прямоугольную полоску мягкой кожи и закрепить ее на талии. Длинные концы, оставшиеся спереди и сзади, соединялись вместе на боках, и в результате получалась набедренная повязка, похожая на коротенькую юбочку. Спереди и сзади подол юбки Мароны, как заметила Эйла, также украшала бахрома. А на боках ее не было, и эти дополнительные оголенные участки подчеркивали длину и стройность ее ног, а поскольку пояс был завязан намного ниже талии, то бахрома но время ходьбы свободно покачивалась. Эйла подумала, что наряд Мароны — совсем короткая, разрезанная впереди безрукавка, полы которой явно не сошлись бы на ее груди, — выглядит слишком маленьким для нее, словно его шили для девочки, а не для зрелой женщины. Однако она была уверена, что эта блондинка с особой тщательностью подбирала себе одежду.
— Ну давай, выбери, что тебе нравится, — сказала Марона, — а потом мы уложим твои волосы. Нам хочется, чтобы ты надолго запомнила сегодняшний вечер.
— Все эти наряды выглядят слишком большими и тяжелыми, — сказала Эйла. — Неужели их носят летом?
— К вечеру похолодает, — заметила Уилопа, — и вообще одежда должна быть просторной. Как у меня. — Она подняла руки, показывая, какая у нее просторная блуза.
— Вот, примерь-ка это, — сказала Марона, выбирая одну тунику. — Мы покажем тебе, как ее обычно носят.
Сняв свою тунику и висевший на шее мешочек с амулетом, Эйла положила вещи на полку и позволила женщинам нарядить ее в новую тунику. Хотя она была выше ростом любой из этих женщин, предложенная туника доходила ей до колен, а длинные рукава полностью скрывали руки.
— Она мне слишком велика, — сказала Эйла. Она не видела Лораву, но услышала какой-то сдавленный звук, доносившийся из-за спины.
— Нет, вовсе даже не велика, — широко улыбаясь, заверила ее Уилопа. — Нужно просто подпоясаться и закатать рукава. Как у меня, видишь? Портула, дай-ка мне тот пояс, и я покажу, как надо сделать.
Пухленькая женщина принесла пояс, но она уже не улыбалась в отличие от Мароны и ее кузины, которые так и сияли улыбочками. Марона взяла пояс и обхватила им талию Эйлы.
— Завяжи его пониже, на бедрах, и чтобы туника слегка наплывала на него, а бахрома будет просто болтаться. Понятно?
И все же Эйле показалось, что наряд выглядит слишком громоздко.
— Нет, по-моему, такой наряд мне не подойдет. Он слишком уж большой. И потом, если взглянуть на эти штаны, — сказала она, беря в руки ту пару, что лежала рядом с туникой, и, прикладывая их к себе, — они тоже будут мне велики в талии. — Она стянула тунику через голову.