Под защитой камня
Шрифт:
— Когда должен вернуться Вилломар? — спросил Джондалар. — Мне не терпится увидеть его.
— Скоро, — сказала Мартона. — Он отправился по торговым делам к Великому Океану, чтобы пополнить запасы соли и приобрести другие полезные вещи, но ему же известно, когда мы уходим на Летний Сход. И он наверняка вернется пораньше, если не будет особых задержек, хотя я уже пару дней, как поджидаю его.
— Ладуни из племени Лосадунаи рассказал мне, что они торгуют с одной Пещерой, которая добывает соль из горы. Они называют се Соляной горой, — сказал Джондалар.
— Целая
Джондалар усмехнулся, но у Эйлы возникло явное ощущение того, что его мать сомневается в услышанном, хотя и не говорит об этом открыто.
— Сам я не видел ее, но склонен верить словам Ладуни, — сказал он. — У них было много соли, а живут они очень далеко от соленых вод. Если бы им приходилось выменивать ее на ценные вещи или отправляться за ней в дальние края, то, по-моему, они не стали бы пользоваться ею с такой расточительностью.
Джондалар вдруг широко улыбнулся, словно вспомнил что-то забавное.
— Кстати, о дальних краях, я должен передать тебе привет, мама, от одного знакомого тебе человека, встретившегося нам во время нашего Путешествия.
— От Даланара или от Джерики? — спросила она.
— И от них, разумеется, тоже. Они придут на Летний Сход. Даланар хочет уговорить кого-нибудь из учеников Зеландони вступить в их племя. В Первой Пещере Ланзадонии уже много народа. И я не удивлюсь, если им вскоре понадобится основать Вторую Пещеру, — сказал Джондалар.
— Думаю, он с легкостью найдет желающих, — заметила Мартона. — Очень заманчивое предложение. Ведь любой служитель Великой Матери окажется у них единственным, а значит, Верховным Ланзадонии.
— Но поскольку у них пока нет своей жрицы, Даланар хочет, чтобы Джоплая и Экозар прошли Брачный ритуал на Летнем празднике Зеландонии, — продолжал Джондалар.
Легкое облачко пробежало по лицу Мартоны.
— Твоя сводная сестра такая красивая молодая женщина, хотя ее красота и непривычна для нас. Молодые парни просто не сводят с нее глаз, когда она появляется на наших Сходах. Захочет ли она соединиться с Экозаром, когда может выбрать любого другого приглянувшегося ей мужчину?
— Нет, ей не нужен никто другой, — сказала Эйла. Мартона взглянула на нее и увидела пылкий оборонительный взгляд. Она слегка покраснела и отвела глаза. — И еще она говорила мне, что ей никогда не найти того, кто любил бы ее больше Экозара.
— Ты права, Эйла, — сказала Мартона, помолчала немного и, взглянув прямо ей в глаза, добавила: — Есть несколько мужчин, с которыми она не может соединиться. — Взгляд пожилой женщины скользнул по ее сыну. — Но они с Экозаром совсем… разные. Джоплая потрясающе красива, а он… в общем-то, не красавец. Однако внешность далеко не главное; порой она вовсе не имеет значения. А Экозар, видимо, добрый и внимательный мужчина.
Эйла поняла, о чем умолчала Мартона,
Джондалар, казалось, вовсе не заметил легкого напряжения, возникшего между двумя женщинами, он слишком увлеченно вспоминал о том, что его просили передать его матери, вспоминал ту женщину, о которой она ему никогда не рассказывала.
— Привет тебе просили передать не Ланзадонии. Путешествуя, мы столкнулись с одним племенем, и нам пришлось провести у них много времени, хотя мне совсем не хотелось там задерживаться… Но это уже другая история. Когда мы с ними прощались, их жрица сказала: "Когда увидишь Мартону, скажи, что Бодоа передает ей сердечный привет".
Упомянув это, вероятно, подзабытое уже имя, Джондалар надеялся увидеть удивленную реакцию своей сдержанной и властной матери. Ему хотелось, разумеется, разбавить их добродушную беседу веселой шуткой, но он совершенно не ожидал того, к чему привели его слова на самом деле.
Глаза Мартоны широко раскрылись, а сама она сильно побледнела.
— Бодоа! О, Великая Мать! Бодоа? — Она прижала руки к груди, словно ей вдруг стало нечем дышать.
— Мама! С тобой все в порядке? — встревожено спросил Джондалар, вскакивая и склоняясь над ней. — Извини. Я не думал, что это так потрясет тебя. Может, позвать Зеландони?
— Нет, нет, все в порядке, — медленно сказала Мартона, переводя дух. — Я очень удивилась. Просто не ожидала, что мне еще придется услышать это имя. Я даже не знала, жива ли она. А ты… близко с ней познакомился?
— Она сказала, что вы с ней вместе могли бы стать женами Джоконана, но я подумал, что она, вероятно, преувеличивает или просто память подводит ее, — сказал Джондалар. — Ведь тогда ты, наверное, рассказала бы мне о ней? — Эйла бросила на него насмешливый взгляд. Она не знала, что он не поверил словам Ш'Армуны.
— Это слишком тяжелые воспоминания, Джондалар. Бодоа была мне как сестра. Я была бы счастлива разделить очаг с ней и Джоконаном, по наш Зеландони выступил против этого. Он сказал, что они обещали ее дяде, что она вернется в родное племя после обучения. Ты говоришь, она стала служительницей? Значит, может, это было к лучшему, но тогда она ушла от нас в расстроенных чувствах. Я умоляла ее подождать смены сезона, перед тем как пересекать ледник, но она даже слушать не стала. Как хорошо, что она благополучно переправилась, и мне очень приятно, что она передала мне сердечный привет. Как ты думаешь, она говорила искренне?