Под страхом смерти
Шрифт:
Чудесное и зачаровывающее зрелище.
Внезапно двигатели самолета смолкли, и он стал снижаться. Юбер инстинктивно взглянул на альтиметр, висящий над низкой дверью, ведущей в кабину пилота.
Две тысячи метров.
Юбер повернулся к Андрею Сурику и спросил:
– Мы прилетели?
Сурик улыбнулся:
– Скоро будем на месте.
– Где мы находимся?
– Над облаками, но это ненадолго...
Юбер вздохнул. Он и не надеялся получить информацию. Он смотрел в иллюминатор. Альтиметр показывал
В кабине зажегся свет.
Средняя высота высокогорных плато Синкьяна была около пятисот метров.
Альтиметр показывал девятьсот... восемьсот... семьсот... шестьсот...
Юбер заерзал в кресле и украдкой взглянул на Сурика, сохранявшего олимпийское спокойствие.
Пятьсот... Четыреста...
Самолет снижался под одним углом.
Что-то сжалось в груди Юбера. Он начал нервничать.
– Скажите, Сурик, вы не боитесь, что мы разобьемся?
Русский загадочно улыбнулся:
– Не беспокойтесь, доктор Мендель. Летчик знает свое дело.
Немного успокоившись, Юбер сказал:
– Надеюсь.
Двести... Сто...
Юбер облокотился на подлокотник кресла и сжал губы, не отрываясь глядя на стрелки альтиметра.
Пятьдесят... Ноль...
– Черт побери! – выругался Юбер.
Внезапно он рассмеялся.
– Это шутка! – крикнул он Андрею Сурику: – Альтиметр неисправен.
Русский холодно посмотрел на него.
– Наши приборы всегда исправны, – заметил он с некоторым раздражением в голосе. – И этот тоже исправен, я гарантирую.
Самолет продолжал снижаться...
Пятьдесят... Сто...
Если верить прибору, то самолет находился сейчас на глубине ста метров ниже уровня моря!
На глубине ста пятидесяти метров самолет вышел наконец из облаков. Пилот прибавил газа, и двигатели в течение нескольких секунд громко ревели.
Юбер прилип к иллюминатору: внизу простиралась зеленая долина. По прямой бетонной дороге вереница грузовиков направлялась к большому городу с серыми и блестящими крышами домов. В поле, пересеченном бурным потоком, трактор тянул плуг. Тракторист приветливо помахал рукой пролетающему самолету, и Юбер, к своему удивлению, ответил ему.
Затем начались огромные ангары с толевыми крышами, смотровая вышка, цементные полосы...
Самолет выпустил шасси, подпрыгнул, затем плавно заскользил по бетону.
Стрелка на циферблате альтиметра показывала отметку «триста»...
Самолет остановился. Двигатели загудели, и тяжелая машина повернула с большому железобетонному зданию, почти весь фасад которого был застеклен.
– Где мы находимся? – спросил Юбер.
– В трехстах десяти метрах ниже уровня моря, – ответил Сурик, которому доставляло удовольствие замешательство Юбера.
Сурик встал, взял
Член экипажа вышел из кабины и, улыбнувшись Андрею Сурику, подошел к двери, чтобы выбросить металлическую лестницу.
– Пожалуйста, – сказал Сурик Юберу.
На аэродроме царило большое оживление. На одной из взлетных полос шесть грузовых самолетов были готовы к взлету. Множество самолетов стояло вокруг ангаров.
Юбер следовал за Суриком к зданию из стекла и бетона.
Они вошли в просторный холл, в котором толпились военные. Были среди них и желтолицые, с раскосыми глазами, в основном офицеры низшего звания.
Сурик провел Юбера в отделение Службы безопасности, где суетилось около десяти сотрудников. У Юбера неожиданно для него самого остановилось сердце. Сурик доложил по-русски:
– Капитан Андрей Сурик прибыл.
Из-за стола поднялся человек с красным лицом и сонным взглядом.
– Так точно, капитан. Мы получили приказ относительно...
Он указал пальцем на Юбера:
– Это пленник, которого вы привезли?
Слово «пленник» неприятно резануло слух Юбера. Андрей Сурик поправил:
– Речь идет об иностранном ученом, который будет работать в наших лабораториях и не может рассматриваться как пленник. Он приехал сюда по доброй воле.
Человек с красным лицом не понимал оттенков. Он продолжал:
– Я как раз это и имею в виду, капитан.
Он вынул лист бумаги из картонной папки и положил его на стол перед Суриком:
– Распишитесь здесь, капитан. Укажите дату и время вашего прибытия...
Сурик подписал. Сотрудник добавил:
– Машина ждет во дворе. Я провожу вас.
Они пошли по широкому коридору, в который выходили застекленные двери с номерами комнат. Во дворе стояло много машин, почти все советские зисы.
По знаку провожавшего их функционера к ним подъехали три автомобиля. Два из них были битком набиты людьми в форме, в третьем не было никого, кроме шофера. Сурик и Юбер сели на заднее сиденье.
Конвой тронулся.
– Зачем это сопровождение? – спросил Юбер. – Я же бежать не собираюсь. Я мог бы сделать это раньше. Или в районе беспорядки?
Сурик строго посмотрел на Юбера.
– В нашей стране никогда не бывает беспорядков, – сухо сказал он.
– А мы находимся на территории СССР? Мне показалось...
– Вы правы. Мы находимся в Синкьяне, но это не имеет значения. Этот эскорт означает лишь проявление почтения к вашим заслугам, доктор Менцель.
Юбер не мог сдержать улыбки.
– Я польщен, – вымолвил он.
Они ехали по шоссе с односторонним движением в направлении к городу. По дороге Юберу удалось прочитать на указательном щите: «Турфан – 3400 метров».