Под страхом смерти
Шрифт:
Они молча ели, думая каждый об одном и том же. За десертом он просто сказал:
– Я приду к тебе ночью.
Она так же просто ответила:
– Ты меня привел в такое состояние... Но теперь, после того как мы договорились, я чувствую себя лучше.
Она поставила на стол бутылку водки и наполнила рюмки.
– За твой успех, Стефан.
– За нашу любовь, Изадора.
Она поправила его очень серьезно:
– У нас, Стефан, на первом месте работа, а любовь потом.
Он улыбнулся:
– Мы будем заниматься любовью
Она закурила сигарету и посмотрела на Юбера:
– Черкесов ввел меня в курс дела. Для меня это большая честь и большая ответственность. Я знаю, кто ты и какие на тебя возлагают надежды...
Юбер спросил себя, неужели она так же серьезно будет заниматься любовью? Она продолжала:
– Сейчас я провожу тебя в лабораторию. Ты ни с кем не должен разговаривать. Это приказ Черкесова: никаких контактов с другими сотрудниками лаборатории.
Думая о тарелках, Юбер спросил:
– Мы будем выходить на свежий воздух?
– Да. На короткие прогулки, если ты считаешь, что тебе это необходимо.
Она погасила сигарету и направилась к двери:
– Идем.
Они дошли до конца коридора и в лифте спустились в зал, из которого расходились многочисленные галереи.
Они прошли в одну из галерей, но Юбер не успел заметить ее расположения относительно других галерей. Пройдя метров двадцать, они остановились перед дверью, которую Изадора открыла своим ключом. Войдя в дверь, они оказались в вестибюле, стены которого были завешаны плакатами по технике безопасности. Юбер решил, что позднее внимательно их изучит. Предприняв некоторые меры предосторожности, он мог бы получить ценную информацию о характере производимых здесь работ.
Еще одна дверь... Новый ключ...
– Входи.
В небольшой комнате стоял письменный стол. Другая комната оказалась ультрасовременной лабораторией, оснащенной высокотемпературной электропечью.
Обведя лабораторию глазами, он спросил:
– Я здесь буду работать?
– Да. Это твой стол... Если тебе понадобится документация, ты ее получишь. Для этого ты откроешь вот это отверстие и просунешь в него карточку, на которой запишешь свое требование. После этого нажмешь кнопку. Через несколько минут тебе пришлют из архива то, что ты просишь. Но есть одна небольшая формальность: на каждой карточке должна стоять моя подпись.
«Жаль, – подумал Юбер, – иначе я мог бы сразу же попросить документацию о летающих тарелках».
Изадора сама заполнила одну из карточек, подписала ее и запустила грузовой подъемник. После этого они осмотрели лабораторию. В ней было много странных инструментов, о которых Юбер не имел ни малейшего понятия. Он внимательно слушал объяснения Изадоры, с гордостью перечислявшей предоставленное в его распоряжение оборудование.
Короткий звонок предупредил их о том, что подъемник вернулся. На диске лежала красная папка с пятью цифрами.
Изадора открыла ее.
– Это документы, которые ты должен
Она вынула фотокопии с непонятными формулами и символами... Юбер спросил:
– Как вы догадались о важности этого документа? По символам разных металлов, например, циркония?
Она сухо ответила:
– Мы просто знали это.
Внезапно Юбер побледнел, увидев заголовок на одной из фотокопий: «Воздушный материал США». Теперь он знал, откуда взялись эти формулы... Если он когда-нибудь вернется в свою страну, то у него сразу появится работа. Как могли попасть сюда эти сверхсекретные сведения?
12
Гарри уже достаточно выпил. Ему пора было остановиться и вернуться домой, но сегодня ему не хотелось быть благоразумным.
Доктор Маттеоти выгнал его из клиники. Какая страшная несправедливость!.. Но Маттеоти ничего не хотел слушать.
– Вы были на дежурстве, поэтому должны нести ответственность, – сказал он холодно. – Я не хочу знать, чем вы занимались, когда этот гнусный репортер проник в палату.
Гарри не стал ему рассказывать, как в тот вечер Бетти Вуд стала его любовницей... Он дорого заплатил за свое удовольствие. Тем более дорого, что на следующий день Бетти не хотела его знать...
С моря подул прохладный ветер. Ночь была светлая, на небе сияли звезды, и луна ярко светила. Прекрасная ночь...
Мимо прошла женщина, держа за руки двоих детей, и Гарри подумал о своей жене и детях, которые ждали его дома. Он не решался вернуться домой с дурной новостью. Он не строил иллюзий: найти другую работу невозможно. Маттеоти никогда не даст ему хорошей рекомендации.
Он выругался и остановился, привлеченный неоновой вывеской «Джонни».
Гарри открыл дверь и неуверенно прошел к обтянутой красной кожей стойке.
В баре было много посетителей.
– Рюмку чинзано, – пробормотал он.
Бармен подал ему рюмку и спросил:
– Вам не по себе? Что-то не так?
– Не твое дело, – ответил Гарри раздраженно.
Бармен пожал плечами и отошел, искоса поглядывая на него. Гарри залпом выпил рюмку.
– Повтори и оставь замечания при себе.
Бармен с подчеркнутой небрежностью обслужил его. Вдруг Гарри услышал позади женский голос:
– Это помогает при хандре. Я знаю, как это бывает... Гарри медленно обернулся, и ему показалось, что он погрузился в вату.
Рядом с ним сидела круглолицая блондинка с приятным лицом, красивыми голубыми глазами и пухлыми губами. На ней было облегающее сиреневое платье со смелым декольте в форме каре. Ему показалось, что сегодня вечером он уже где-то ее видел.
Она положила руку на его плечо и наклонилась к нему.
– У вас что-то случилось, – сказала она. – Можете не рассказывать, я знаю, что это такое. Вам плохо?
Он покачал головой. Заметив, что у нее пустая рюмка, он предложил:
– Что-нибудь выпьете?