Под сенью Дома Блэк...
Шрифт:
Под ногами хлюпала грязь, с неба сочилась жидкая грязь, колкими осколками впиваясь в лицо, через дорогу юркими змеями шныряли крысы... как двуногие, так и четверолапые, что не добавляло настроения. Только повышая градус раздражения. И к пункту назначения Баст добрался уже злее некоторых Сивых. Дрянная хлипкая дверь с душераздирающим стоном-скрипом поддалась под рукой, открываясь внутрь. Спертый, жаркий воздух ударил в лицо тошнотворным ароматом. В запахах Баст не разбирался, не видел в них особой разницы. Как для человека, они делились
А что он хотел от притона перевертышей?
С дюжины особей вяло повернули головы на явление очередного "собрата". Без интереса скользнули взглядом и уткнулись в свои стаканы с мутью. Маленькая победа. Полнолуние, чтоб его, не способствует активной жизнедеятельности в последующие трое суток. Все перевертыши забиваются по своим норам, отлеживаясь и зализывая раны, а в притоны приползают только самые стойкие. Да и те не в форме, а то раскусили бы его в один миг.
Какого хрена он здесь делает?
Покрутиться надо, разнюхать, что к чему, какие мыслишки бродят в головках пугал добропорядочного общества. И сообразить, чем бы привлечь их на свою сторону. Перевертышей, а не общество, само собой...
Столы в притоне, грубо сколоченные доски, - что приятно, - расположены у стен, в углах и нишах. Это дает иллюзию безопасности, прикрытой спины. К Басту, серой мышью, скользнул тощий мальчишка в лохмотьях. Приказав ему принести горячего пойла, Баст нахохлился в своем углу, надвинув на брови шляпу. Огляделся и понял - провал.
Дюжина перевертышей, как полудохлые мухи, сидели за столами молча, равнодушно поглощая муть из своих стаканов и кружек. Что он может узнать при таких делах? С людьми в подобных местах проще. Подсел к выпивохе, слово за слово, угостить нового "друга", а там раскрутить на информацию легче легкого.
А здесь?
Щедростью здесь никто не страдает. Слишком непросто достаются кругляшки. Плюс, вервольфы хорошо друг друга знают. Новички недолго живут неузнанными. Свои же министерству и сдают, стоит им учуять его. За денежку и с полного одобрения Сивого. Оно и понятно. Чем быстрее новообращенный прибьется к "стае", тем лучше. Лестрейндж справедливо полагал, что в другое время с ним уже бы "поздоровались". Просто всем сейчас действительно хреново.
Пацан притащил что-то в старой обколотой кружке. Горячее - да, а вот что за муть - загадка. Мало это похоже на кофе. Но всяко лучше, чем "водичка" в Азкабане, приправленная зельем-блокатором. Он поднес кружку к носу, сделал вид, что принюхивается, а сам незаметно следил за рубином в печатке, скрытой чарами от посторонних. Так-с, все же подлили... интересно, что?
С очевидным для всех недовольством отставил кружку. Из угла слева раздался хохоток и издевательский хлопок-аплодисмент.
– Право-право, - протянул голос и перед Рабастаном вырос вертлявый парень в клетчатых штанах, потертом плаще и с шелковым грязным шарфиком на шее. Франт,
– Почуял, надо же ты... а я тебя не знаю-ю-ю...
Вот так, резко и без обиняков. Ты кто и откуда? Небось, весь зал уши навострил.
– И?
– Какой ты неприветливый, - осуждающе покачал головой вертлявый, внаглую усевшись за стол Баста.
– О, извини, - оскалился Лестрейндж, и щедро подвинул вертлявому свое пойло.
– Угощайся!
Тот заржал довольный шуткой "новичка".
– А ты мне нравишься! Может, и сойдемся. Тебя как звать?
– Рей.
– Просто Рей? Ах, да, смысл... А я Струпьяр.
– И что тебе надо, Струпьяр?
К сожалению, ответ он не получил.
Дверь притона под чьим-то сильным пинком с грохотом врезалась в стену.
– Аврорат! Всем ни с места!
Рабастан и Струпьяр синхронно выдали одно емкое, нецензурное слово, отшатываясь в тень и лихорадочно обдумывая пути отступления. В этот миг они были очень близки... по отношению к аврорату.
В помещении очень быстро материализовалось с десяток авроров во главе с чернокожим. Кингсли. Дело дрянь!
– Руки за голову! Не двигаться!
Взаимоисключающие приказы - логично. Если что, ты дернулся, и тебя приголубили не со зла...
План "Б" срочно заменяет план "А". Берем языка и до свиданья, амигос!
– Хватайся.
Струпьяру понадобился миг, чтобы осознать сказанное шепотом, а в следующий миг Рабастан активировал портал, и их двоих выдернуло из притона. Молодец Руквуд, его порты из-под завесы чар действуют. Но переместило их не так далеко, как хотелось. Из-за угла виднелась Косая аллея. Авроры среагируют быстро, сложив два и два. Ходить под чарами и аппарировать в Косом невозможно. Защита, чтоб ее...
Думай! Думай, Рабастан! Сейчас выходы перекроют!
– За мной!
– выдохнул Струпьяр, не подозревая о своей участи "языка".
– Я знаю дырку!
Размышлять над своеобразным жаргоном времени не оставалось. Выбора не было и оставалось лишь последовать за перевертышем.
Скользнули тенями за крытыми лотками, где торговали печенью драконов. Через минуту добрались до двери какой-то лавчонки. Быстро просочились внутрь в полумрак лавки. Над головой глухо звякнул колокольчик и из-под прилавка высунулась голова старика.
– Папаша! Нам уйти. Быстро!
Лавочник встал и мотнул головой на подсобку, закрытой занавеской.
– Туда. Пароль знаешь.
– Должняк!
– радостно вякнул Струпьяр и метнулся за занавес. Басту ничего не оставалось, как последовать за ним. Сейчас главное - уйти.
Подсобка была завалена коробками и странными бутылками с не менее странным содержимым. Впрочем, Баст не приглядывался, а Струпьяр резво обнюхивал стенку, шаря по ней руками. На смех, впрочем, не тянуло. Звякнул колокольчик и Баст рефлекторно приготовился к драке, встав в классическую боевую стойку.