Под псевдонимом Дора
Шрифт:
Шелленберг принадлежал к нацистской элите, которая пользовалась полным доверием Гитлера. Он входил в число немногих должностных лиц, осуществлявших непосредственное руководство службой имперской безопасности (СД) - составной частью зловещего аппарата СС, возглавлявшегося Гиммлером. Вальтер Шелленберг ведал зарубежной службой СД, которая в широких масштабах занималась шпионажем, контрразведкой, диверсиями и шантажом в нейтральных и воюющих с Германией странах.
Из своей резиденции на Беркештрассе в Берлине, о которой мало кто знал, Шелленберг управлял агентурной сетью, раскинутой по всему миру. В его распоряжении находились также эсэсовские головорезы из десантно-диверсионной группы Отто Скорцени.
Для конспиративного вояжа в Швейцарию шеф разведки
Посланец Гиммлера мог рассчитывать, что в такой благоприятной для Германии военно-политической обстановке швейцарцы легче пойдут на сближение и уступки. И Шелленберг не ошибся.
Бригаденфюреру СС хотелось установить личный контакт с бригадным полковником Роже Массовом - начальником разведывательных и контрразведывателъных органов Швейцарии, которому также подчинялись полиция, таможенная служба и пограничные войска. Наладить деловые отношения с таким влиятельным лицом - хранителем государственных тайн - было чрезвычайно заманчиво. С помощью различных провокаций и многозначительных обещаний Шелленбергу удалось этого достичь.
После войны стали известны многие подробности о закулисной игре шефа гиммлеровской разведки с руководителем секретных служб Швейцарии. Эта неприглядная история получила, в частности, широкое освещение в нашумевшей на Западе книге французских журналистов Аккоса и Кё "Война была выиграна в Швейцарии".
Кстати замечу, что книга эта, не говоря о смехотворно-претенциозном ее названии, полна нелепых выдумок о советских разведчиках, искажает мою биографию и биографии моих товарищей. Названное сочинение стоит в ряду тех западных изданий, где факты намеренно перевраны или истолковываются ложно, в угоду интересам буржуазной пропаганды.
Но вместе с тем книга Аккоса и Кё способствовала тому, что история отношений Шелленберга с Массоном получила более широкое освещение на страницах швейцарских и американских газет. Роже Массой, уйдя на пенсию, якобы сам рассказал авторам книги подробности этих отношений. В книге утверждается, что Шелленберг и Массон имели четыре личные встречи: две - в сорок втором и две - в сорок третьем году. Первое их свидание состоялось в Южной Германии, в пограничном городке Вальдшуте, 8 сентября 1942 года. Прошел примерно месяц, и немец сам пожаловал в Швейцарию. Полковник Массон принял гостя недалеко от Эрматингема, в замке Вольфсберга, на берегу Боденского озера.
Замок принадлежал Паулю Мейер-Швартенбаху - сотруднику Массона. Последующие встречи происходила также на территории нейтральной Швейцарии. Само собой разумеется, все поездки Шелленберга и Массона совершались в условиях строжайшей секретности. О них знали лишь несколько особо доверенных лиц и личная охрана визитеров.
Можно строить различные предположения о содержании бесед руководителей двух разведок. Думается, однако, что в сорок втором году Шелленберг не передавал Массону никаких данных о "Красной тройке" и не просил помощи в поисках нашей организации. И все же полковник Массой не мог не понять, что такой могущественный в рейхе человек, как Шелленберг, ездит к нему и добивается доверительных отношений неспроста. Что ищет в Швейцарии начальник разведки СД? Массой, конечно, мог догадаться, что дело, вероятно, касается какой-то агентуры союзников, работающей против Германии.
Если у швейцарца были такие мысли, то они, безусловно, должны были его обеспокоить. Обеспокоить потому, что тень опасности нависала над лучшим агентом-информатором, который поставлял швейцарскому генштабу ценнейшие сведения из Берлина. Имя этого человека - Рудольф Рёсслер.
Люци, Вертер и другие
Как уже говорилось, летом 1942 года через Сиси мы нашли в лице Тейлора
На приятеля Тейлора сильное впечатление произвели успехи Красной Армии под Сталинградом, и именно это побудило его к сотрудничеству с нами. Во всяком случае, в беседе с Сиси Тейлор заявил, что он и его друг готовы помогать Советскому Союзу безвозмездно, то есть не требуя платы за свои сведения, так как они видят, что СССР - самый непримиримый враг гитлеризма и от его борьбы зависит исход войны.
Но Тейлор сделал и оговорки. Соглашаясь на совместную работу, неизвестное лицо ставит одно категорическое условие: советская разведка не будет выяснять его настоящую фамилию, адрес и род занятий. Тейлор лишь сообщил, что человек этот живет в Люцерне.
Я запросил Центр: соглашаться ли на такое условие? По моему убеждению, его стоило принять, хотя условие было несколько необычным. Иначе можно вовсе потерять связь с новым, весьма осведомленным лицом или даже группой лиц. Взвесив все "за" и "против", Директор согласился со мной, но предупредил, чтобы Сиси, со своей стороны, тоже "держалась настороже - Тейлор ни в коем случае не должен открывать своему другу ее фамилию и адрес. Наше условие было Тейлором принято.
Так в ноябре 1942 года наша группа пополнилась человеком, которому суждено было сыграть очень большую роль в сборе разведданных. Новому источнику я дал псевдоним Люци, по созвучию с Люцерном - городом, где он жил. Как и все другие псевдонимы, имя Люци ставилось только в радиограммах, предназначенных Директору.
Еще до получения согласия Директора мне хотелось выявить, насколько широки разведывательные возможности Люци. Я задал новому информатору вопрос: что известно германскому генеральному штабу о Красной Армии - расположении войск на фронтах, кто ими командует и т. д.?
Люци сообщил по цепочке, через Тейлора, что он готов дать ответ. Мы ждали с нетерпением.
На третий или четвертый день Сиси передала мне несколько листков машинописного текста. Сообщение Люци поразило нас. Он указывал дислокацию советских армий и многих дивизий, перечислял тех, кто ими командует, давал оценку военным кадрам с точки зрения генералитета вермахта. Самой высокой похвалы врага среди высшего комсостава удостаивался начальник Генерального штаба маршал Б. М. Шапошников, занимавший этот пост до июня 1942 года. Немцы считали его чуть ли не гением. Очень лестно говорилось о среднем звене командных кадров Красной Армии.
Я не мог судить о достоверности представленных Люци данных - это было компетенцией руководства Генерального штаба. Но надо полагать, Центр удовлетворился ответом нашего нового сотрудника. С этого времени Директор стал поручать Люци самые сложные и оперативные задания. Он выполнял их блестяще. Кто же он был, этот таинственный человек?
Долгое время нам мало что было известно о нем. Впервые подлинное его имя - Рудольф Рёсслер - было названо лишь в 1944 году, когда в результате провала нашей группы в Швейцарии началось следствие. Затем, уже в послевоенное время, состоялись судебные процессы, а потом о Рёсслере были написаны десятки статей в газетах и журналах, вышли книги. Спор о "проблеме Рёсслера" или Люци, до сих пор не стихает на страницах западной прессы.