Под провокатором

Фортуна Яна

— Сволочь ты! Дикарь! Вандал! Круши-ломай! — шипела она под свой нос без остановки.

Драка хоть и закончилась быстро, но Джошуа хорошенько досталось, как и двум другим ребятам, которым знатно влетело за их благородные позывы.

– Я должен придать тебя трибуналу, — сказал Клауд, с мрачным выражением лица, шаря при этом по карманам в поисках сигарет.

Джошуа кротко кивнул.

— Значит, моя сестра…, — он запнулся, упирая потупившийся взгляд в пол.

— Да.

— Понятно.

Мне было жаль Джошуа. Невыносимо обидно,

что именно такому хорошему человеку, как он, досталась такая участь. Нести ответственность за неосознанные действия, это очень несправедливо.

В тишине комнаты раздался голос младшего командира.

— Генерал… — немного подумав, он обратился к нему по имени, — Клауд…

— Что?

Тон Джошуа был неестественно спокойным, для вопроса, который он впоследствии задал.

— Меня будет судить Верховный джудах? На повестке же вопрос о казни, да?

В моих жилах застыла кровь.

Клауд до одури медленно смерил его холодным взглядом, таким, от которого в по коже идет холодок, и, поймав прямой взгляд Джошуа, коротко, без лишних слов, кивнул.

Джошуа кивнул ему в ответ и опустил голову.

— Что вы такое говорите? — прошептала я. — Он же не сам сделал это, он не виноват!

— Таков закон, — сказал Клауд, не поворачивая головы в мою сторону. Сейчас он не был тем чувственным мужчиной, который любил меня ночью, он был жёстким, холодным человеком, таким, каким я встретила его в первый раз. — В любом случае, решение будет принято только после суда. Нет смысла говорить об этом сейчас.

— Но…

— Нет никаких но. Хватит! — он сурово уставился в моё лицо, затем повернулся к одному из солдат, и кивком головы указал на меня. — Амбал, отведи её в мой номер, — сказал он, и, забывая о моем присутствии, быстрой поступью пошёл в сторону Джошуа.

Он решил меня отослать! Что бы я не мешала ему вершить бесчинства! Я яростно сверлила взглядом его спину, хоть в душе и понимала, что он старается для моего блага, считает, что мне не место глазеть на творящееся тут. Он не виноват в том, что будет с Джошуа, не он, скорее всего, придумал эти законы. Но всё равно, я жутко злилась.

Ну ничего, я не оставлю Джошуа в беде. Хватит бездействовать, пора брать все в свои руки!

Глава 53. Приготовиться к старту

МЕЛАНИЯ РОШ

Клауд вернулся в отель тогда, когда уже совсем стемнело. Пришел без настроения, но меня это не остановило.

— Ты не можешь с ним так поступить! — с порога кинулась на него я.

Он, разувшись, прошёл внутрь номера.

— Почему ты так о нём беспокоишься? — холодно произнес он, не оборачиваясь, расстегивая молнию на куртке.

Я начала задыхаться от возмущения. Он ревновал! Как будто его ревность — это самое важное сейчас, а не жизнь человека.

— Как это почему? Он…, он хороший парень, и не виноват в том, что с ним случилось! На его месте мог оказаться каждый.

— Но не оказался.

— Это же несправедливо!

— У каждого свой крест, девочка.

Что бы ты понимала, к справедливости я отношусь крайне болезненно, и отчасти, даже с тобой согласен.

— Но почему тогда… ты отправляешь его на этот чертов трибунал?!

— Я уже говорил тебе…, таков закон. Решение о его казни ещё не принято. Но, учитывая, какими колоссальными потерями всё обошлось, а именно, наш дом, столько жертв, — он сделал паузу. — Я должен и обязан представить его нашему суду. И представлю.

— А принимать решение будет кто? Ты?

— Какое отношение я могу иметь к суду? Его будет судить Верховный джудах. Мое слово будет иметь некую весомость, но не более того.

— Ты же будешь настаивать на том, что бы его помиловали…

Он посмотрел мне прямо в глаза, и, не проронив ни слова, развернувшись, прошёл вглубь комнаты, стягивая с себя на ходу майку. Я, игнорируя вид его потрясающей, по мужски — красивой спины, от которой я почувствовала уже знакомый, подступающий к низу живота жар, проследовала за ним.

— Почему ты молчишь? — не унималась я. Он прошёл в сторону душа, расстегивая свои брюки. — Клауд, ответь. Ты же будешь на стороне справедливости? Ты же понимаешь, что это будет неправильно, если его осудят за то, что он делал неумышленно.

Он полностью разделся, представая передо мной полностью обнажённым, так, будто это всё уже у нас в порядке вещей. А я, ещё не привыкнув к такому нашему общению, отвела взгляд. Он зашел в душевую.

— Ты знаешь, какие потери понёс бункер, из-за того, что он сделал? Сколько человек погибло? Из твоего отряда, в котором ты тренировалась, к сведению, осталось меньше половины, — эхом послышался его голос из кабины.

И вот тут до меня дошел смысл его слов, будто на голову вылили ушат ледяной воды. Неужели, эти девочек, которых я знала, с которыми тренировалась…, больше нет. Они не стали мне подругами — нет, однако, никому из них я не желала смерти, даже Бланке.

Я молча шла следом за ним в ванную, намереваясь получить от него ответ — хотя бы убедить его поступить правильно, по человечески. Не отрывая глаз от пола, и следуя за его пятками, я остановилась в дверном проеме. Услышала, как включилась вода, наблюдая, как его босые ноги ступали по глазированной поверхности пола, и переступили бортики душевой кабины.

— Присоединиться хочешь? — сказал он, но без привычных мне, подтрунивающих ноток. Он был серьёзен.

— Нет, — обиженным тоном, ответила я.

Я терпеливо ждала, что он скажет что ни будь, но он этого не сделал. Не выдержав, я вновь заговорила:

— Это всё равно неправильно, и делу не поможет. Казнь Джошуа, просто будет очередной смертью, как будто их и без этого мало произошло. Ты не можешь так поступить! Клауд, ты не должен, так нельзя! Я так устала от этой жестокости, почему нельзя быть добрее и… — я не успела договорить, меня рванула неведомая сила, и я в мгновение ока оказалась под напором душа, промокая до ниточки.