Под прицелом взгляда
Шрифт:
– Да, сеансы гипноза и прочей хренотени мне помогли, – после этих слов Кристина улыбнулась. – Пардон.
– Не извиняйся за свой французский, – Карина улыбнулась в ответ. – Расскажешь?
– Вам так интересно? – Кристина прищурила глаза.
– Я бы хотела узнать твою историю, если ты, конечно не против.
Кристина сделала еще несколько финтов своей сигаретой, а затем посмотрела в окно. Солнечные блики падали на ее лицо, растворяясь в бархатном оттенке ее кожи. Она пододвинула стул поближе и поставила
– Вы были правы, доктор, виной моей болезни послужила травма. Это травма была как физической, так и психологической. Как вы, наверное, уже знаете, меня изнасиловали, и с этим мой мозг отказался справляться. Я сняла все деньги с карты, а там их было очень много, поверьте, отец никогда не был из тех людей, кто экономит на детях. – Кристина почесала ладонь об край стола и посмотрела в сторону. – Моим альтер эго стала Юлия Резник. Мне до сих пор интересно, почему именно Юлия, я никогда не любила это имя. Ну да ладно. Из всего, что я узнала о ней, это то, что она была, мягко говоря, не от мира сего, возможно, всему этому способствовал сам факт насилия надо мной. Юлия была жестокой, не терпеливой ко всем и делала всегда только то, что хотелось ей самой, у нее не было границ и рамок. Знаете, есть такой термин как «нарциссизм» – черта характера, заключающаяся в исключительной самовлюбленности, – Кристина снова улыбнулась и посмотрела Карине в глаза. – Термин происходит из греческого мифа о Нарциссе, прекрасном молодом человеке, который отверг любовь нимфы Эхо. Как много можно узнать, лежа в клинике для душевнобольных.
– Вы не в такой клинике, Кристина.
– Я просто утрирую. Так вот, я, то есть она, проживала свою жизнь так, как хотела, до тех пор, пока не убила свою первую жертву. Не буду вдаваться в детали, как и из-за чего это произошло, но в этот момент я или она встретила его.
– Кого? – Спросила доктор, хоть и знала ответ.
– Того человека, который перевернул две мои жизни вверх дном. Его харизма и все остальное взяли верх над ней, и Резник сдалась. Я не думаю, что вообще найдется такая женщина, которая могла бы устоять перед ним. – Кристина нежно прикусила нижнюю губу и закрыла глаза. – Я до сих пор вижу кадры того, как он брал меня в свои объятия и занимался со мной такой любовью, о которой не написал еще ни один писатель за всю историю. – Она вдохнула воздух полной грудью и на несколько секунд погрузилась в свои воспоминания. – Я не смогу это описать, Карина, это нужно было пережить. Его запах, его тело, его поцелуи на моей груди заставляли трепетать каждый миллиметр моей кожи.
Доктор Миллер прищурилась и взглянула глубоко в глаза Кристины, нащупывая хоть что-нибудь от той девушки, которая приходила к ней на терапию. Но сейчас на нее смотрела совсем другая личность.
– И чем вы с ним занимались, помимо вашей
– О, это было то, о чем даже говорить вслух не стоит.
– И все же. – Настояла Карина.
– Он был помешан на убийцах.
– На убийцах?
– Именно, когда человек настолько многогранен и знает практически обо всем, ему всегда хочется познать саму матушку – смерть, доктор.
– Что это значит?
– Первое время нашим хобби было отлов маньяков и всякого рода отрепья. Мы выслеживали их и уничтожали, – Кристина провела кончиком своего языка по губам.
– Уничтожали?
– Это слово было нашим термином. Мы просто избавляли мир от нечисти, получая неистовое удовольствие.
– Каким образом?
– Мы убивали их тем же образом, которым они сами убивали своих жертв.
Кристина начала свой рассказ о том, как она охотилась за людьми, которые, по их мнению, не должны были существовать в нашем мире. Ее рассказ был таким насыщенным, словно это она прожила все это время, а не Юлия Резник. Карина Миллер знала, что даже вспомнив все, человек не может так точно передать все эмоции, которые владели им в тот или иной отрезок времени, когда он не был собой. Правой рукой Кристина перекручивала сигарету, а левой отбивала непонятный ритм на столе, простукивая его пальцами.
– А в какой момент ты вернулась обратно?
– В смысле?
– Что случилось, что ты вновь стала Кристиной?
– Видимо пришло время, – она положила ногу на ногу и увела взгляд от Карины. – Всегда наступает момент, когда фуга заканчивается. Так мне сказали врачи. – Изгиб ее губ поменялся, и на лице появилась еле уловимая улыбка.
– Можно задать последний вопрос, Кристина? Он очень личный.
– Пожалуйста.
– Как ты справилась с тем, что твоего брата так и не нашли? – От этого вопроса Доктор Миллер сама заерзала на стуле.
– Это нужно было просто принять. Я не могла его вернуть, он умер, мне пришлось с этим лишь смириться. – Как по листочку отчеканила Кристина с пустым взглядом.
На телефоне Карины прозвучал звонок, и она нажала на кнопку заглушения сигнала. Встав со стула, доктор поправила свою юбку и протянула руку Кристине.
– Спасибо, что побеседовала со мной. Надеюсь, это не последний раз, когда мы видимся.
– И я, – Кристина встала и пожала руку Карине. – До скорого. – Напоследок она одарила ее улыбкой.
С глубочайшим чувством сомнения, доктор Миллер проследовала к выходу. Еще долго был слышен звук ее каблуков на кафеле. Закрыв за собой дверь, Кристина увидела парня в спортивной жилетке и белых кедах с цветами в руках. Через стекло он пристально смотрел на Кристину и ждал своей очереди…
Но она ли сидела за тем столиком, посреди этой пустой и холодной комнаты?