Под прицелом судьбы

Штеф Мира

— Это Павел тебе сказал? — перебила я Руслана, решив уточнить одну деталь.

— Да. Павел! Не водись с ним, больше! Он слабак и ничтожество! За деньги продал всю информацию о тебе, даже не спрашивал, что я с ней буду делать!

Я хмыкнула, даже сильно не удивившись! Павел никогда не отличался честностью и порядочностью! Я поднялась на ноги и взяла с тумбы бутылку воды, чтобы смочить пересохшее горло. Открыла бутылку и глотнула прохладную жидкость. Поставила на место воду и повернулась к встающему Руслану. Он поднялся, подойдя ближе, и прямо взглянул в мои глаза.

— Ты ведь не вернешься ко мне? — с болью задал вопрос бывший муж. В его глазах читалась

обреченность вперемешку с мнимой надеждой, которой не суждено сбыться.

Я отрицательно покачала головой, будучи на сто процентов уверенной в правильности своего ответа!

— Я понял это, когда ты открыла мне дверь! Ты изменилась! Очень!

— Это правда… — шепотом сказала я и подошла еще ближе к Руслану. Подняла руку и коснулась его груди, где гулко билось сердце. В ответ он приобнял меня с нежностью и заботой, не позволяя себе большего. — Я больше не злюсь на тебя, и обида прошла! Но и чувств я не испытываю! Мое сердце забрал другой человек, с которым, к сожалению, у нас разные пути! Поэтому, если хочешь помочь, помоги собрать чемодан и отнести его вниз. И на этом все!

Я решительно поставила точку в нашем неудачном браке! К моему удивлению, Руслан все понял или сделал вид, что это так, но я решила, что хочу верить! Пока он помогал мне с вещами, я переоделась в ванной, надела на себя легкий льняной костюм, состоящий из длинных штанов и рубашки с рукавами. Полковник, как и говорил, пришел за нами через минут пять-десять. Охрана Руслана забрала вещи, а я шла позади в сопровождении бывшего мужа и товарища полковника.

В душе острыми когтями скребли кошки. До ломоты в теле хотелось увидеть Виктора, еще раз извиниться перед ним, а может быть, и попытаться сказать о чувствах, которые рвались наружу. Но не хватало храбрости! Я предатель! Какие могут быть извинения? Виктор четко дал понять, что ему противны мои слова после причиненной ему боли. Мне хотелось и одновременно не хотелось уезжать из этого города! Я понимаю, что сюда больше не вернусь и не увижу лицо любимого и такого родного мне человека! Он останется в прошлом, как и те чувства, что были между нами!

Руслан довел меня до машины, что стояла прямо у входа в гостиницу. На улице стояла солнечная, ясная погода. В воздухе витали запахи асфальта, пели птицы и гудели машины. Людей рядом не было, только несколько машин стояли на парковке. Мы с полковником сели в служебный микроавтобус, а Руслан, поцеловав меня на прощание в щеку, ушел к своему автомобилю. На сердце лежал тяжелый камень грусти! Руки затряслись, а на глазах выступили слезы. Меня разрывало на части от переизбытка чувств и переживаний!

Полковник сидел напротив меня и внимательно следил за мной. Он шумно выдыхал, нервно постукивая пальцами по коленям. Я быстро смахнула с лица слезы и уставилась в окно. Мы направлялись в сторону выезда из города. И чем дальше мы отъезжали, тем сильнее приходило понимание, что это конец! Слезы душили, но я пыталась сдерживать их. Полковник долго наблюдал за моими страданиями и молчал, но после очередного всхлипа, подсел рядом и взял меня за руку.

— Лиля! — начал Владимир Петрович, заботливо поглаживая мою ладонь. — Прости меня! Это я, старый дурак, виноват! Втянул тебя в это дело! Я думал, все пройдет тихо, спокойно! Я ведь знать — не знал о Шевцове!

— Это не из-за Шевцова, товарищ полковник! — сквозь слезы прошептала я, заставляя себя успокоиться. Меня бесило, что я не могу остановить поток слез! — И я не злюсь на вас! Я выполняла задание!

На последнем слове мой голос дрогнул! Долг чести привел меня к разбитому сердцу!

— Да,

да! И ты его выполнила! Как всегда профессионально и качественно! Думаю, тебе можно выхлопотать повышение! — Попытался подбодрить меня полковник, но вышло у него не очень. Очередная звезда на погонах меня мало интересовала!

— Товарищ полковник, а можно мне в отпуск? — спросила я, немного успокоившись.

— Конечно можно! О чем речь! Тебе, в твоем состоянии, он необходим! Кстати, Бурова отпустили!

Я резко повернулась, ошарашенно вглядываясь в лицо полковника. Не врет ли он? Неужели мои бумаги все же сработали!

— Оказалось, — продолжил Владимир Петрович, — всем заправлял Шевцов. Вчера и сегодня проводятся обыски в доме Шевцова, уже найдено много чего интересного! Посадят его и прокурора заодно, за то, что продался, сукин сын, бандитам!

Больше я не слушала! Виктор на свободе, и теперь будет жить своей свободной жизнью! Никакой Шевцов не испортит его будущее! Его задумки, планы! Неужели, я все — таки смогла воплотить свой план в реальность? Получается, что так!

Через пару-тройку часов мы оказались в Москве. Меня отвезли домой, помогли внести вещи в квартиру и пообещали завтра пригнать мою машину. Войдя в свое жилище, я выдохнула, закрываясь на все имеющиеся замки. После почти двухнедельного отсутствия, квартира стала словно неживой. Лишь пустота и давящая тишина. Некогда любимое одиночество сейчас раздражало! Товарищ полковник позаботился о моем пропитании и лекарствах. Все необходимое мне привез один из людей нашего отдела. Но к вечеру я четко поняла, что не могу здесь находиться! Меня ломало при мысли о Викторе! Руки так и тянулись к телефону, чтобы набрать ему и услышать любимый голос!

Но каждый раз меня останавливала совесть, напоминая о содеянном! После долгих терзаний и не одной выкуренной сигареты, я твердо решила уехать к бабуле в деревню. Отпуск подписан без точной даты возвращения на службу, машину должны завтра пригнать! Вещи еще не распакованы, так что меня здесь держит?

На город опустилась черная ночь, без луны и звезд, словно сплошной темный ковер! Я докурила очередную сигарету и закрыла балконную дверь. На кухне призывно пахло выпечкой из пакетов с продуктами. В животе неприятно заурчало, заставляя вспомнить, когда последний раз я нормально питалась. Кофе и быстрый фасфуд на заправке и легкий завтрак в гостинице не считается! Поставила на плиту чайник и приготовила себе чай в кружке. Из холодильника достала нарезанный сыр и йогурт. Глазами, казалось, я все съем, а на деле выпила кружку зеленого чая и с трудом впихнула половину булочки.

Решила себя не мучать, наспех приняла душ и, одевшись в легкую пижаму, легла в постель. Включила телевизор, даже не выбирая канал и программу. Просто хотелось убрать пугающую тишину! Уснуть быстро у меня так и не получилось. Перед тем, как уснуть, я поменяла кучу положений, устраивая болезненные ноги поудобнее. Порыдала в подушку, коря себя во всех смертных грехах. И только после этого, с раскалывающейся головой и заложенным носом, я наконец-то уснула!

Ночь была беспокойной. Мне снились эпизоды издевательств надо мной. Те страшные и неадекватные шавки Шевцова, что мерзко лапали меня. Мне снился Виктор. Весь избитый и в крови! Я проснулась вся мокрая и испуганная. Меня колотило от страха и кошмаров, что мне виделись во сне! За окном рассветало. Небо было затянуто серыми тучами, но тонкие яркие лучи все же пробивались сквозь серую массу. Я подняла тяжелую голову с подушки и потянулась за телефоном, лежащим на прикроватной тумбе.