Под лунным светом
Шрифт:
Хоть бы поскорее пришёл этот шутник… Томпсон…
Алекс ожидал четыре дня. Ему хотелось куда-то бежать и что-то делать, но пришлось сидеть на месте. Как же скучно было без Грейс. Без её соблазнительной улыбки и тёплых глаз. Она мерещилась ему среди остальных, снилась, приходя во сны, как призрак, и тут же исчезая. Его недосягаемая звезда. Его фея. Его сладкая Грейс. Его возлюбленная.
Наконец, парень решился на тот шаг, которого ждал. Он направился к аббатству, к которому путь стоял в несколько часов. Надежда на то, что его предложение понравится аббатисе, росла с каждым шагом. Специально,
Через время, Томпсон дошёл к главным воротам. Но не успел, ни постучать, ни позвать, как выбежала Гвендолин.
— Мы рады вам…но нельзя находиться в женском монастыре мужчине! Прошу вас, не стоит навещать послушницу часто. Вы, ведь за этим пришли? — она точно прочитала его мысли.
— И за этим тоже.
— А, зачем же ещё? — она многозначительно взглянула на парня.
— Понимаете, я обустроился недалеко в поселении, нашёл ночлег. Мне за него следует платить, а работы у вас нет, да и людей мало в деревушке. Я хочу предложить вашему монастырю помощь.
– Какую помощь? — удивилась аббатиса.
— Я отметил, что некому ухаживать за ржавыми воротами, чинить замки. Послушницы с таким точно не справляются, а я наслышан, что от такой мужской помощи женские монастыри не отказываются, — женщина задумалась меньше, чем на минуту.
— Вы правы. Нам просто необходима помощь. Нанимать кого-то из постояльцев слишком накладно для аббатства. Но, если вы не много запросите за ваши труды…
– Я совсем немного запрошу, мадам.
– Я, вероятно, догадываюсь…
– Позвольте мне видеться с мисс Уолкер.
— Это невозможно! Она послушница, приехавшая учиться смирению и послушанию. Неужели вы забыли о приличиях? А её отец? Если сэр Генри узнает…
— Прошу вас, не стоит так горячиться. Я могу видеться с леди при посторонних. Дело в том, что она не просто так сюда приехала.
— Я, не могу знать истинной причины появления этой леди, но на всё воля божья. — Алекс предпринял очередную попытку.
— Вы святая. Не будьте столь суровы. Я не прошу у вас платы за услуги. А всего лишь мимолётные встречи с мисс Уолкер, — женщина задумалась, но ненадолго. После чего её лицо осветила замысловатая улыбка.
— Хм. Ну что ж, я согласна. Только и у меня есть одно условие.
— Я вас слушаю.
— Вы должны встречаться с мисс Уолкер подальше от монастыря и без посторонних. Если послушницы увидят такую вольность, в аббатстве начнётся хаос.
– Благодарю вас.
— Начните с починки калитки на воротах. Она скрипит.
Алекс улыбнулся сам себе, предвкушая встречу с любимой. Аббатиса Гвендолин, вероятно, сразу согласилась на такие условия лишь потому, что не хотела платить за услуги. Но Томпсона это вполне устраивало. Деньги, которые платил ему Генри Уолкер за прислуживание, хватит даже больше, чем на шесть месяцев. Так, что леди Грейс для него станет на один небольшой шаг ближе.
Подумав, что теперь впервые, не считая тех раз в конюшне, он сможет оставаться наедине с девушкой, Алекс взбодрился. Лишь бы она сама не сочла это безрассудным. Хоть бы виделась с ним.
Томпсон починил дверцу, замок на входной двери, и уже стоял, радуясь маленькому везению. Когда
— Не думайте, что за один починенный замок я позволю вам забрать леди Грейс. Она мне нравится. К тому же, я нашла ей достойное занятие. Он переписывает тома. Должна признаться, девушке легко это даётся.
Алекс молчал, но понял замысел женщины. Она хотела взвалить на него все беды монастыря, думая, что он откажется от своей затеи. Но она его совсем не знала, и не понимала такого чувства, которое он испытывал к мисс Уолкер.
Это вовсе не было похотью или только одним желанием. Это было светлое, лёгкое, одурманивающее, почти целомудренное чувство. Конечно, он желал свою сладкую Грейс, но она до сих пор казалась ему недосягаемой. Он подавлял в себе эти ощущения с каждым разом, как они появлялись.
Алекс трудился уже неделю. Всё ещё ни разу не заметив свою фею. Аббатиса специально прятала девушку от него, он почему-то так думал.
От мыслей, снова отвлекла Гвендолин, пока Алекс чинил стол в её келье.
— Отнесёшь переписанные томики в город. Послушницы не смогут донести такую тяжесть, — потом, оценив старания молодого мужчины, прибавила: — Я отправлю леди Грейс показать дорогу.
Завидев, как глаза Алекса засияли, аббатиса и не заметила, как ответила улыбкой.
— Только завтра. Сегодня уже поздно. Идти далеко.
Не веря в то, что строгая наставница сдалась под старательным усердием работника, парень воспрянул духом. Всё-таки он сумеет видеться с мисс Уолкер. Закончив работу, Томпсон отправился обратно в поселение. Ходить приходилось много, но он быстро привык к таким нагрузкам, теперь практически их не замечая.
Хозяйка ночлега даже удивилась тому, что её поселенец вернулся домой таким бодрым и весёлым. Обычно на его лице читалась напряжённость и тоска. А сегодня, всё наоборот.
И он ожидал следующего утра. Просыпаться необходимо было в четыре утра, чтобы вовремя приходить и успевать выполнять поручения аббатисы. Он ни разу за всю неделю не проспал, и всегда вовремя являлся к аббатству. Забываясь сном, Алекс думал о недосягаемой девушке, которая станет чуть ближе к нему. И он крепко заснул, в предвкушении встречи.
Грейс была утомлена постоянным переписыванием. И ещё её мучили вопросы, куда подевался Алекс. Он обещал ждать всего несколько дней, но прошло больше недели, а он не объявлялся. Возможно, что-то произошло. Или он передумал. Грейс опечалилась. Ей чудилось, будто она находится в каком-то оцепенении, и как робот выполняет распоряжения маленькой женщины. У себя в поместье, девушка, хотя бы, переживала какие-то эмоции, а теперь, кроме тоски ничего не ощущала. И то такой слабой, едва уловимой.
Она каждый день думала о своём селянине. Когда аббатиса Гвендолин сообщила, что ей придётся завтра идти в город, отнести переписанные тома, то намекнула о том, что её будут сопровождать. Грейс думала, что послушница Сибилла, ставшая за неделю к ней чуть ближе, завтра направится с ней. Но та ничего не знала о походе в город. Возможно какая-то другая. Ей всё равно с кем идти. Главное хоть на день вырваться из холодных стен аббатства. Вспомнить, что она ещё живая и слишком юная.