Под куполом

Кинг Стивен

Муравьи

1

Они увидели свечение, миновав старый, ржавый мост, под которым теперь среди ила тек узенький ручеек. Барби, сидевший сзади, наклонился между передними сиденьями:

— Что это? Выглядит, как самые большие часы «Индигло». [170]

— Это радиация, — ответил Эрни.

— Не волнуйтесь, — подал голос Ромми. — Свинцовой ленты у нас предостаточно.

— Норри позвонила мне по мобильнику матери, пока я вас ждал, —

сообщил Эрни. — Рассказала о свечении. Она говорит, что, по мнению Джулии, это всего лишь… что-то вроде пугала, если позволите так выразиться. Ничего опасного.

170

«Индигло» — часы с использованием электролюминесцентной технологии подсветки циферблата.

— Я думала, у Джулии диплом журналистки, а не инженера, — покачала головой Джекки. — Она очень милая женщина и умная, но мы все-таки навесим эту броню, хорошо? Потому что такой подарок к сороковому дню рождения, как рак яичников или груди, мне не нужен.

— Мы проедем этот участок быстро, — пообещал Ромми. — И можем прикрыть тебе грудь и перед джинсов свинцовой лентой, если ты волнуешься.

— Это так смешно, что я забыла рассмеяться, — ответила она… потом рассмеялась, потому что представила себя в свинцовых трусах и лифчике, скроенных по последней моде.

Они подъехали к дохлому медведю, лежащему у телеграфного столба. Могли увидеть его даже с выключенными фарами, потому что света от розовой луны и радиационного пояса хватало и для того, чтобы читать газету.

Пока Ромми и Джекки закрывали окна микроавтобуса свинцовой лентой, остальные полукругом стояли у разлагающегося медведя.

— Не радиация, — отметил Барби.

— Нет, — кивнул Расти. — Самоубийство.

— И не единственное.

— Да. Но маленькие животные вроде бы в безопасности. Мы с детьми видели птиц, и в яблоневом саду я столкнулся с белкой. Вполне живехонькой.

— Тогда Джулия точно права. — Барби улыбнулся. — Свечение — одно пугало, а дохлые животные — другое. Типичный ремень с подтяжками.

— Не понял тебя, друг мой, — признался Эрни.

Но Расти, который, еще учась на фельдшера, познакомился с подходом «ремень с подтяжками», очень даже понял.

— Два предупреждения, чтобы отпугивать любопытных. Трупы животных днем, светящийся радиационный пояс ночью.

— Насколько мне известно, — Ромми присоединился к ним, — зараженная радиацией территория светится только в научно-фантастических фильмах.

Расти хотел сказать, что сейчас они живут в научно-фантастическом фильме, и Ромми это поймет, когда они доберутся до той странной коробочки на гребне. Но разумеется, Ромми все говорил правильно.

— Нам это подсовывали, — ответил ему Расти. — То же самое и с погибшими животными. Предполагалось, что мы скажем: «Ух ты, это какие-то смертоносные лучи, которые действуют на крупных млекопитающих. И нам лучше держаться подальше. В конце концов, мы крупные млекопитающие».

— Но дети не повернули назад, — напомнил Барби.

— Потому что они дети, — ответил Эрни. Подумав, добавил: — Еще и скейтбордисты. Они — другая порода.

— Мне все равно это не нравится, — гнула свое Джекки, — но, раз уж деваться нам некуда, может, мы сумеем прорваться через этот пояс Ван Аллена, [171]

прежде чем нервы окончательно меня подведут. После того, что случилось в участке, меня все еще трясет.

— Подождите минутку. — Барби смотрел на медведя. — Что-то здесь не так. Сомнений у меня нет, но дайте мне секундочку, чтобы подумать, как это сформулировать.

171

Имеется в виду радиационный пояс Земли.

Они ждали. Лунный свет и радиационное свечение заливали останки медведя. Барби по-прежнему не отрывал от него глаз. Наконец поднял голову.

— Ладно, так вот что меня тревожит. Они. Мы знаем о них, потому что коробочка, которую нашел Расти, создана не природой.

— Чертовски верно! — воскликнул Расти. — Кто-то ее изготовил. Но не на Земле. Готов поставить на это свою жизнь. — Потом подумал, как близко подошел к тому, чтобы час назад ее потерять, и содрогнулся. Джекки сжала его плечо.

— Я как раз не об этом, — продолжил Барби. — Мы имеем дело с ними, и если бы они действительно не хотели нас подпускать, то не подпустили бы. Сумели же они отрезать от Честерс-Милла остальной мир. Если бы хотели держать нас подальше от этой коробочки, почему не поставили над ней маленький Купол?

— Или не снабдили ее излучателем некоего звука, который поджарил бы наши мозги, как куриные ножки жарятся в микроволновке? — Расти начал понимать, куда клонит Барби. — Вот тебе и настоящая радиация.

— Возможно, это настоящая радиация, — указал Эрни. — Собственно, счетчик Гейгера, с которым вы приезжали сюда, это подтвердил.

— Да, — согласился Барби, — но означает ли это, что излучение, которое зарегистрировал счетчик Гейгера, опасно? У Расти и детей никаких повреждений нет, они не теряют волосы, не выблевывают куски собственных желудков.

— Пока еще нет, — уточнила Джекки.

— И это радует, — поддакнул Ромми.

Барби шпильки проигнорировал.

— Если они могут создать барьер, разбивающий лучшие ракеты, которые есть у Америки, им не составит труда соорудить радиационный пояс, который будет убивать быстро, даже мгновенно. И это могло бы послужить их интересам. Парочка человеческих трупов остановит нежеланных исследователей куда как быстрее, чем десяток животных. Нет, я думаю, Джулия права, и так называемый радиационный пояс — безвредное свечение, настроенное так, чтобы регистрироваться нашими приборами. И приборы эти представляются им очень даже примитивными, если они действительно инопланетяне.

— Но почему?! — взорвался Расти. — Зачем вообще этот барьер? Я не смог поднять эту чертову штуковину, не смог даже сдвинуть ее. А когда накрыл свинцовым фартуком, он загорелся. Хотя сама коробочка оставалась холодной.

— Если они охраняют ее, значит, есть способ уничтожить этот предмет или отключить, — предположила Джекки. — Если только…

Барби ей улыбался. Чувствовал себя как-то странно. Словно парил над собственной головой.

— Давай, Джекки. Скажи.

— Если только они ее совершенно не охраняют, так? Не охраняют от людей, которые настроены до нее добраться.